Люди и время

Во время наших неспешных прогулок по прибрежным песчаным дюнам Шукшин рассказывал об аресте отца, которого обвинили в антисоветской деятельности и расстреляли в 1933 году, о том, как не просто жилось ему с клеймом «сын врага народа». Общаться с Шукшиным было легко и просто, он умел общаться на равных, не признавал обращения к нему по имени-отчеству и был не только удивительным и неповторимым мастером рассказа, но и постоянно интересовался укладом нашей жизни, особенностью наших профессий, ему всё хотелось знать, всё было интересно...

Исследователи биографии Чуковского отмечали необъяснимый парадокс: человек, тяжело переживавший своё «байстрючество», виновником которого был отец-еврей, обнаруживает явное тяготение к евреям. Начиная уже с Одессы, его жизнь проходила в значительной степени среди евреев, и к этому очень располагала среда обитания. Когда изучаешь письма и документы тех лет, создаётся впечатление, что среди обрусевших евреев он чувствовал себя комфортнее, чем среди просто русских...