«Приходилось доставать тетрадь и ручку - и от руки переписывать..». Интервью с Анатолием Валюженичем – исследователем жизни и творчества Лили и Осипа Бриков

Опубликовано: 4 июня 2019 г.
Рубрики:

Ирина Чайковская. Дорогой Анатолий Васильевич, как так получилось, что в середине 1960-х, Вы, заслуженный энергетик Казахстана, параллельно с основной работой стали заниматься темой «Маяковский и его окружение»? Что Вас подвигло?

Анатолий Валюженич. Не совсем так. Во-первых, в середине 1960-х я только что перестал считаться «молодым специалистом», а «Заслуженным энергетиком СНГ» и «Почетным энергетиком Казахстана» стал лишь через несколько десятилетий. А Маяковским я заинтересовался еще раньше, еще со школьной скамьи, но все это на уровне школьной программы (хотя и более объемной, чем нынешняя). Первоначальным же толчком к более углубленному погружению в маяковедение стал вышедший в 1958 году академический 65-й том «Литературного наследства» - «Новое о Маяковском» - с впервые опубликованными в нем письмами поэта к Лиле Брик. Вокруг их публикации поднялась целая волна негодующих рецензий! По поводу выхода в свет этой «крамолы» вышло специальное Постановление ЦК КПСС! Причастные к этому изданию были примерно наказаны, а сама книга незаметно исчезла с полок библиотек.

А в 1968 году с публикации в самом популярном в СССР в то время журнале «Огонек» статей Колоскова и Воронцова «Любовь поэта» и «Смерть поэта» развернулась еще более масштабная антибриковская кампания, получившая впоследствии название «Операция “Огонек”». И это не только «подвигло» меня к занятиям маяковедением, а буквально втолкнуло в него. 

И.Ч. В дальнейшем, как я понимаю, Ваши интересы сосредоточились на семье Осипа и Лили Брик. Что Вас первоначально заинтересовало в этой паре? Менялось ли Ваше отношение к ним по мере изучения материалов? 

А.В. Я вдруг осознал, что легендарная Лиля Брик не мифологическая героиня ушедшей истории, а моя современница, живущая в Москве, и стал делать попытки связаться с ней, хотя бы по почте. Но одновременно меня заинтересовала личность Осипа Брика, известного литератора в свое время. И я с удивлением осознал, что не так-то просто ознакомиться с его работами. Они публиковались только при его жизни, в 1915-1945 годах, и практически не переиздавались. Мало того, хотя составлением Библиографии работ О.М.Брика последовательно уже занимались зарубежные исследователи: Мария Энзенсбергер, Ваган Барушьян, Розмари Циглер и Бенгт Янгфельдт, она оставалась неполной, и мне, в результате моих поисков удалось увеличить список на треть, доведя общее количество ставших известных мне его работ до 475!

Мне удалось впервые связаться по почте с Лилей Брик только в конце 1977 года, и наша переписка продолжалась полгода, до ее смерти 4 августа 1978 года.

И.Ч. Вы стали одним из первых исследователей-бриковедов, занялись научной биографией Осипа Брика. Пожалуйста, расскажите о Вашей первой работе, ему посвященной. 

А.В. Моя первая книга «О.М.Брик. Материалы к биографии» вышла в Акмоле к 100-летию со дня рождения В.Маяковского, в 1993 году. 

Это был солидный том объемом 390 страниц с иллюстрациями.

 В нем было все о Брике: очерк его жизни и творчества, избранные работы и переписка, воспоминания о нем, библиография его работ, а также моя статья о его творческом наследии. Многие материалы были опубликованы здесь впервые.

И вообще к тому времени штатные литературоведы о нем как бы совсем «забыли». Она явилась «бомбой» в московской литературной среде. Известный тогда литератор Олег Смола, принимая от меня экземпляр этой книги для написания на нее рецензии в «Литературную газету», в задумчивости и с недоумением сказал: «Как же это мы здесь в Москве про Осипа-то позабыли?...».

Несмотря на сравнительно небольшой тираж, книга как-то разошлась по всему миру. О ней вспоминают до сих пор, ссылаются на нее в своих работах. С ее появлением родился и укоренился термин «бриковедение», а людей, занимающихся в этом направлении стали называть «бриковедами».

Яркими событиями в «бриковедении» стали две Международные научные конференции, посвященные ему, которые были проведены в Москве в 2010 и 2013 годах, в которых участвовали специалисты из ряда стран. По их результатам были выпущены «Бриковские сборники» объемом 620 и 680 сс.

И.Ч. О материалах и документах. Для написания таких документированных книг, как «О. М. Брик: Материалы к биографии», «Лиля Брик – жена командира. 1930-1937», двухтомника «Пятнадцать лет после Маяковского», куда вошло исследование «Последние годы Осипа Брика. 1938- 1945», и др. Вам были нужны материалы из библиотек и архивов. Где Вы их брали, живя в разных городах Казахстана?

А.В. Одна поправка: с начала 1964 года и по сей день я живу в одном и том же городе в Казахстане. Изначально он назывался Акмолинск, в годы освоения целины – Целиноград, став центром Целинного края, после распада СССР он – Акмола, а после переноса в него из Алма-Аты столицы Казахстана он – Астана. В марте 2019 года его переименовали в Нур-Султан в честь ушедшего в отставку Первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева. Такова наша история с географией.

Ну конечно же, собирать интересовавшие меня архивные материалы, проживая на расстоянии 3000 километров от Москвы, было бесконечно трудно. Ведь мне пришлось много часов просидеть в читальных залах ЦГАЛИ (Центрального, сейчас Российского) архива литературы и искусства, ГБЛ (Библиотеки им.В.И.Ленина, сейчас – РГБ) и ее филиала – Газетного зала в Химках. Но при этом мало было найти какую-то ранее неизвестную публикацию О.Брика, надо было ее еще скопировать себе. Сегодняшний читатель вряд ли представляет себе сложность этой задачи тогда. Сегодня достаточно достать из кармана мобильник, щелкнуть им несколько раз, и статья у вас в кармане. Но ведь никаких подобных устройств тогда еще не было, фотографирование, да еще со специальным освещением, в читальном зале не разрешалось, и сама библиотека заказы на копирование не принимала. Вот и приходилось доставать тетрадь и ручку и от руки переписывать эту статью для дальнейшего изучения и возможной повторной публикации. 

И.Ч. Спасибо за разъяснение насчет истории с географией! Все же четыре переименования за короткое время - некоторый перебор. А вопрос у меня такой. Что скажете о тех интересных людях, с которыми Вы встречались и переписывались в ходе Вашей работы? Сама Лиля Брик умерла в общем-то совсем недавно, в 1978 году. Не расскажете о своей переписке с ней? Интересно было бы услышать и о Катанянах – старшем, Василии Абгаровиче, литературоведе, муже Лили Юрьевны, и младшем, Василии Васильевиче, кинорежиссере. Оба бережно хранили память о Лиле и писали о ней. Знаю интереснейшую книгу жены Василия Васильевича Катаняна Инны Генс «Дома и миражи», где много говорится о любимой мачехе ее мужа. А Вероника Полонская, последняя любовь Маяковского? Она умерла в 1994 году. Вы успели с ней пообщаться?

А.В. О своей полугодовой переписке с Лилей Юрьевной Брик я уже говорил. После ее смерти эту переписку продолжил ее овдовевший муж Василий Абгарович Катанян, с которым я впервые встретился в его квартире на Кутузовском проспекте осенью того же 1978 года. Он скончался в феврале 1980 года, и за это время мы довольно интенсивно переписывались и несколько раз встречались у него. Когда я встречался с ним в последний раз осенью 1979 года, он подробно рассказал мне, как и где был развеян под Звенигородом прах Лили Юрьевны. Я съездил туда, нашел по его описанию это место и даже составил маршрутную карту, как туда можно попасть. Пару экземпляров этой карты я передал ему, и, как он говорил, ею воспользовались потом несколько почитателей Лили Юрьевны.

После его смерти (а он завещал развеять его прах там же, где и Лили Юрьевны) в эту знаменитую квартиру на Кутузовском въехал его сын Василий Васильевич с женой Инной Юлиусовной и матерью Галиной Дмитриевной. В последующие 25 лет я много раз побывал в этой квартире, особенно сблизился с Василием Васильевичем, с которым, к тому же, был в интенсивной переписке и который щедро одаривал меня разными приятными подарками из собрания и архива Бриков, который он разбирал в доставшейся ему квартире. Он очень тепло приветствовал выход моей книги «О.М.Брик. Материалы к биографии» и передал мне для публикации переписку Лили Юрьевны и Осипа Максимовича в последующее после смерти Маяковского 15-летие. Но последовательно ушли из жизни все члены этой славной семьи: Галина Дмитриевна в 1991-м, Василий Васильевич в 1999-м, Инна Юлиусовна в 2014-м. Больше я в этой квартире на Кутузовском не был.

Мне посчастливилось познакомиться, повстречаться и переписываться с рядом людей из окружения Маяковского и маяковсковедами.

Где-то в начале 1990-х я побывал в Доме ветеранов сцены, где впервые встретился и познакомился с Вероникой Витольдовной Полонской. По-моему, ей очень импонировало, что в общении с ней я никогда не расспрашивал ее о последних минутах жизни Маяковского, который скончался практически у нее на глазах, т.к. этим вопросом ее, по-видимому, терзали другие собеседники. Мы с ней переписывались потом до ее смерти в 1994-м. Я даже успел послать ей только что вышедшую свою книгу об Осипе Брике.

Переписывался я еще с одной «любовью Маяковского» - Натальей Александровной Брюхоненко.

Часто бывал в семье А.Родченко – его дочери Варвары в доме на Кировской, напротив Почтамта.

А будучи в Ленинграде, бывал в гостях у Луэллы Александровны Варшавской-Краснощековой, которая в юности какое-то время жила в семье Маяковского-Бриков, да и потом постоянно поддерживала с ними связь.

Вспоминается и такой комичный случай. 

В 1978 году из какого-то источника мне стало известно, что еще в 1923 г. Осип Брик совместно с Сергеем Юткевичем написали сценарий фильма «Приключения эльвиста», но я никак не мог его найти. Разузнав московский адрес Сергея Юткевича, я обратился к нему с письмом с просьбой помочь мне. Вскоре получил от него письмо с сожалением, что этот сценарий ни у него, ни у кого-либо не сохранился и он ничем мне помочь не может. А через 4 года после этого я обнаружил следы этого сценария в фонде ССП в ЦГАЛИ, но снять копию с него мне не разрешили «без согласия автора», и я за таковым снова обратился к Юткевичуу. Через три недели, 4 октября 1983 года, я получил от него машинописную копию этого сценария с письмом: «Многоуважаемый Анатолий Васильевич! Я поражен проявленной Вами изобретательностью, настойчивостью, терпением, интуицией и еще другими волшебными качествами, которые позволили Вам разыскать сей «опус», считавшийся всеми (и мною, в первую очередь) окончательно погибшим. 

Конечно я, следуя Вашим указаниям, обратился в ЦГАЛИ (где я состою членом научного совета и чей 4-й сборник «Встречи с прошлым» вышел с моим предисловием) и через два дня имел на руках ксерокс (весьма технически неважного качества), с которого снял две машинописные копии, одну оставив себе, а вторую пересылаю Вам….». В углу титульного листа машинописной копии сценария оставлена надпись: «Анатолию Васильевичу Валюженичу – открывателю «раритетов» с благодарностью. Сергей Юткевич. 4.Х.83».

Такова эта давняя история. Киносценарий Осипа Брика и Сергея Юткевича «Приключения эльвиста» был опубликован мной (с этой историей) в московском журнале «Киноведческие записки», №62, 2003 г.

И.Ч. О Вашей последней книге «Феномен Лили Брик. Биобиблиографический роман» (М.- Екатеринбург, 2016) хорошо отозвался шведский славист Бенгт Янгфельдт («Чайка», 02.10.2017). Были ли еще какие-то отзывы на нее?

А.В. Да. Могу назвать еще, по крайней мере, три весьма положительные рецензии:

 – Александр Фролов. Биобиблиографический роман с продолжением. Научный журнал «Библиография и книговедение». М.: ИТАР-ТАСС, Филиал «Российская книжная палата». 2017, апрель-май, №2 (409), сс. 112-122.

Я всегда ценил библиографию как серьезную науку, и мне очень приятно, что самые высокие ее специалисты оценили мои библиографические изыски.

 – Андрей Крусанов. Муза Маяковского как объект научного изучения. Историко-литературный журнал «Русская литература». СПб.: «Наука», ИРЛИ РАН (Пушкинский дом). 2017, №4, сс. 248-250.

А это отзыв самого известного историка русского авангарда, хорошо ориентирующегося в вопросах маяковедения и бриковедения, опубликованный в столь авторитетном журнале.

 – Ирена Сокологорская. VALIOUJENITCH Anatoli Le phenomene Lili Brik, Roman biobibliographique par IRENE SOKOLOGORSKY. Журн. LA REVUE RUSSE 50, 2018, Paris, pp. 239-241. (на франц. яз.).

Этот отзыв крупного зарубежного специалиста по истории русской литературы, да еще хорошо знавшей и неоднократно встречавшейся с Л.Брик, мне особенно дорог и приятен. 

И.Ч. Нет ли в вашей копилке еще кого-нибудь из знакомых Владимира Маяковского и Лили Юрьевны?

А.В. Тридцать лет назад в сборнике «Встречи с прошлым» мне встретилось имя «казах Юсуп», который был на семейном вечере в конце декабря 1929 года в доме Маяковского-Бриков в Гендриковом переулке, посвященном 20-летию творческой деятельности поэта. Меня очень заинтересовала эта личность, которая вроде бы даже была из Казахстана, где я проживал, и я начал розыски. Не буду пересказывать все перипетии этих розысков (это отдельная история). Но в результате мне удалось установить, что это был Юсуп Абдрахманович Абдрахманов, видный государственный деятель Киргизии, бывший тогда Председателем Совнаркома Киргизской АССР. В какое-то время он не выполнил непосильное для его республики задание Москвы по хлебозаготовкам, чем предотвратил неизбежный «голодомор» своего народа, за что он навсегда остался в народной памяти. Но за это же он был снят Москвой со своего высокого поста, осужден и расстрелян в 1938 году.

Остался его Дневник, из которого стало известно, что он был влюблен в «троцкистку» Мусю Натансон, сосланную в 1928 году в Киргизию. А эта Муся еще с 1918 года была знакома с Маяковским и упоминается в его статье «Только не воспоминания» (1927 г.). Я опубликовал ряд статей по этой теме и теперь имена Юсупа Абдрахманова и Муси Натансон, о которых до этого было почти ничего не известно, прочно вошли в состав «Окружения Маяковского». 

И.Ч. Из «маяковсковедов» в последнее время выделяю замечательного шведского ученого Бенгта Янгфельдта. Мы уже упоминали его имя. Его работы, при всей окрашенности личным чувством – он хорошо знал Лилю Брик - отличаются научной точностью и выверенностью. Он неизмеримо расширил источники своих изысканий, привлек свидетельства живых современников и те записи, как дневниковые, так и магнитофонные, которые доверила ему Лиля Брик, долгие годы бывшая в советской стране «persona non grata». Согласитесь, что исследования Бенгта Янгфельдта – новое слово в маяковсковедении и бриковедении, в немалой степени взорвавшее привычные представления?

А.В. Несомненно, Бенгт Янгфельдт – наиболее значительная фигура в сегодняшнем маяковсковедении и бриковедении. И совсем не случайно он – единственный из зарубежных исследователей включен в Редакционную коллегию Полного (академического) собрания произведений В.В.Маяковского в 20 томах, выпускаемого ИМЛИ (Институтом мировой литературы им. А.М.Горького) Российской Академии Наук и Издательством «Наука» с 2013 года.

Мы с ним поддерживаем регулярную связь и обмениваемся информацией.

И.Ч. Что скажете о последней книге Дмитрия Быкова о Маяковском? Писала о ней рецензию. Получилась кисло-сладкой. Что хорошо, что, говоря о Лиле и Осипе Бриках, он отошел от обывательского взгляда на них как на людей, паразитировавших на Маяковском... При всем при том ... но хочется услышать Ваше мнение. 

А.В. После того, как я прочитал в его книге, вышедшей в «ЖЗЛ» (!), что В.Маяковский:

 – 14 апреля – в 10 часов 15 минут покончил с собой выстрелом из револьвера в своей квартире в Гендриковом переулке;

 – 17 апреля – похоронен на Новодевичьем кладбище – грубейшими ошибками из биографии героя его книги – как-то анализировать и отзываться об этом шедевре новоявленного «маяковсковеда» у меня нет никакого желания.

И.Ч. Давайте поясним для читателя, плохо знакомого с биографией Маяковского. Владимир Владимирович застрелился не в Гендриковом переулке, а в своей комнатке на Лубянке, где сейчас находится музей Маяковского. И второе. Прах поэта в 1930 году, сразу после кремации, был похоронен на территории Донского монастыря и лишь в 1952 году перенесен на Новодевичье кладбище.

А.В. С этим захоронением на Новодевичьем кладбище после того как урна с его прахом 22 года (!) простояла в колумбарии крематория на Донском кладбище была целая история.

Я изложил ее в очерке "Последний приют" в НГ ЕХ LIBRIS 15.04.2010:

http://www.ng.ru/kafedra/2010-04-15/4_mayakovsky.html, который потом был перепечатан в моей книге "Последние годы Осипа Брика (1938-1945)" 

 И.Ч. Еще один вопрос, связанный с новейшими публикациями. Сейчас выходит книга Алисы Ганиевой о Лиле Брик. В рецензии в «Независимой газете» она заранее названа «скандальной», видимо, ее «скандальность» и есть самая главная ее приманка. Скажу, что, прочитав отрывки из нее, решила книгу не покупать – странно, что произведение такого уровня, к тому же еще не вышедшее, издатели уже прочат в победители премии «Большая книга». Что скажете?

А.В. О книге Алисы Ганиевой, которой я еще не видел, а лишь читал скандальные отзывы о ней, говорить сложно. Похоже, что эта скандальность устраивается специально, в рекламных целях. Вот даже ее возрастной ценз «18+», который обычно прячется где-то в выходных данных, здесь красуется прямо на обложке! Для завлечения читателя (покупателя)?! И на какую же «молодежь старше 18 лет» рассчитывает свое издание «Молодая гвардия»? 

Книга вышла гигантским по нашим временам тиражом – 7000 экземпляров, но не успела она еще повсеместно поступить в продажу, как выпустившее ее издательство «Молодая гвардия» объявило, что следом готовится издание и в знаменитой серии «ЖЗЛ». На пару к быковскому шедевру, что ли?! 

И.Ч. Следите ли Вы за зарубежными публикациями на тему ваших исследований?

А.В. Скажу о публикациях в Америке. Их немало.

Прежде всего, я хочу назвать имя Наташи Курчановой (Natasha Kurchanova). В 2005 году она защитила в Городском университете Нью-Йорка докторскую диссертацию “Against utopia: Osip Brik and the genesis of productivism”. До сих пор это, кажется, единственная в мире диссертация на бриковскую тему! Я оказывал Наталье Викторовне некоторую помощь при ее работе над диссертацией, о чем она с благодарностью упомянула в ней. и предполагалось, что Университет пригласит меня на ее защиту, но, увы! этого не случилось.

Еще до защиты, в 2003 году, она опубликовала свою статью “Osip Brik and the formalists: a study of difference” в журнале Experiment/Эксперимент, 9 (2003), pp. 203-220 

Но и защитив диссертацию, Н.Курчанова не оставила эту тему. В 2010 году она опубликовала в журнале “October 134” (New-York) свою работу “Osip Brik and Politics of the Avant-Garde” (pp. 52-73) и сопровождающие ее 20 статей О.Брика – Selected Criticism (pp. 74-110) в ее же переводе на английский!

Она дважды приезжала в Москву на Международные научные конференции, посвященные О.Брику, на которых выступала с докладами: «”Полуслепой” Брик: редукция изобразительности в конструктивизме» («Бриковский сборник», вып. 1, М., 2010, сс. 435-442) и «Татлин, Хлебников и прием» («Бриковский сборник, вып. 2. М., 2014, сс. 466-471).

Здесь нельзя не упомянуть и такую книгу Ann and Samuel Charterrs «I LOVE. The story of Vladimir and Lili Brik». New York, 1979, pp. 400.

Эта книга примечательна тем, что она написана по материалам нескольких личных бесед американских авторов с Л.Брик на ее квартире на Кутузовском проспекте незадолго до ее смерти.

Широко известно теперь, что в США жила до смерти дочь В.Маяковского Патриция Дж.Томпсон (1926-2016). В Москве двумя изданиями выходила на русском языке (в переводе с английского в американском издании) ее книга: «Маяковский на Манхэттене. История любви» с отрывками из мемуаров Элли Джонс (2003 и 2017 гг.)

Недавно, в переводе на русский с английского в американском издании в России вышла книга: Плесси Грей, Франсин дю. «ОНИ: воспоминания о родителях» (М.: АСТ, 2017, 526 с.). Автор – дочь Татьяны Яковлевой, парижской любови Маяковского.

Не могу обойти здесь вниманием и Вас, живущую в США и издавшую несколько работ, посвященных Лиле Брик: 

- Статьи: «Пристрастный свидетель». Чайка, 9 янв. 2004 ; «Владимир Маяковский и Лиля Брик: сходство несходного». Нева, 2013, № 7;

 – Пьеса «Сцены в раю». Чайка, №13, 2013;

 – Книга «Три женщины, три судьбы: Полина Виардо, Авдотья Панаева и Лиля Брик» – М.: ЛЕНАНД, 2014.

Ну и наверное, здесь же можно упомянуть мои публикации в журнале «Чайка», посвященные Л.Брик: 

- «Лилино ли теперь это поле?» Чайка, 29 дек. 2015;

- «Бренд «Лиля Брик» (ч. 1-2) Чайка, 26 мая 2017 и 8 мая 2018»;

«Пиратская баллада Лили Брик». Чайка, 13 мая 2019.

И.Ч. Очень бы хотелось, чтобы Ваших публикаций у нас было больше. Мы могли бы, например, давать перепечатки писем из Вашего архива с Вашими же комментариями. Подумайте над этим. Представляю, сколько за эти годы у Вас накопилось материалов по «маяковской» и «бриковской» теме. Есть ли что-нибудь особенно ценное? Раритетное?

 А.В. Да, конечно, у меня собралась большая библиотека по маяковедению-бриковедению. Есть несколько прижизненных изданий Маяковского, книг, присланных и подаренных теми, с кем мне довелось встретиться или переписываться. Очень горжусь полным комплектом журналов «ЛЕФ» и «Новый ЛЕФ», ответственным редактором которых был В.Маяковский, которым скоро будет 100 лет и которые стоят у меня на книжной полке.

Среди раритетов – три записные книжки Л.Брик 1950-х гг. и др.

Кроме того, по той же теме у меня собралась целая коллекция грампластинок, видио- и аудиозаписей альбомы и каталоги специальных выставок, программы научных конференций и сборники докладов на них, открытки, марки, конверты, значки…

В РГАЛИ открыт мой личный фонд №3455, куда раритеты, по-видимому, отправятся в свое время, а судьба книг и остального пока не определена.

И.Ч. За работу в энергетике Вас удостоили почетных званий, а за деятельность в литературоведении?

А.В. Нет, здесь сплошные нули.

Дело, по-видимому, в том, что темы моих литературоведческих исследований, их адресатов и открытий выходят за границы интересов Казахстана, где я живу. Поэтому и мои основные публикации о них в России, Киргизии и др., для которых я «иностранец». Поэтому я числюсь там как «независимый исследователь», не входящий в какие-то творческие организации, не включаемый в число тех, кому дают гранты, присваивают литературные премии и удостаивают наград. 

И.Ч. Анатолий Васильевич, скажу напоследок, что как редактор ЧАЙКИ и как человек, интересующийся с юности судьбой Лили Брик и пишущий о ней, страшно рада Вашему сотрудничеству с журналом. Присылайте нам свои статьи! Присылайте книги! Будем откликаться на них – только пишите! Кстати, что у Вас в планах? Будем с нетерпением ждать Ваших новых работ.

А.В. Благодарю Вас за теплые слова! Что же касается планов на будущее, то, перефразируя Андрея Вознесенского, можно сказать: «Статьи не пишутся – случаются». С книгами сложнее, они задолго планируются и готовятся. Иногда эти планы сбываются. Сейчас у меня в планах подготовить второе издание, по-настоящему, дополненное, моей последней книги «Феномен Лили Брик. Биобиблиографический роман».

Может быть, еще получится. 

 

Нур-Султан, Казахстан – Б. Вашингтон, США

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Комментарии

Аватар пользователя Ольга Соловьева

Михаил Козаков, как ни крути, великий насмешник.

В "Покровских воротах" фразой "Высокие отношения", произнесенной насчёт Мадам от культуры-искусства и двух ее мужчин, бывшего и нового мужа, кои оба при ней, он припечатал весь набор подобных пар-троек, одна из которых фигурирует здесь. Браво, Козаков! Не в бровь, а в глаз. И не придерешься.