Люди и время

В городе карантин! Будь он неладен. Психологи советуют не думать ежеминутно о коронавирусе, а заняться полезным делом. В моём, писательском, понятии это означает разобрать, наконец, «авгиевы конюшни» и навести порядок в папках с материалами. Беру в руки самую тоненькую. В ней одна фотография. Простенький монумент. На нём фото. Лицо молодой женщины, в лётном шлеме. И ещё надпись: «От красных следопытов школы N 6»...

В другой раз, уже много-много позже и тоже, кажись, по телеку или на фотографии я встретил доброго дядю Корнея Ивановича в обличье индейца с павлиньими перьями на голове и в простой бытовой блузе с пуговицами. Правда, без одной, только – след (однако при галстуке и в брючной паре), окружённого переделкинской деревенской детворой в пилотках. И с вытаращенными глазами. Он что-то танцевал, мяукал, мычал, кричал петухом, кукарекал. И тоже это было здорово солидно, необычно и смешно.

«Почти в одночасье недавние события разрушили мир каждого беспрецедентным образом», - сказал исполнительный директор и художественный руководитель Карнеги холла Клайв Гиллинсон, досрочно закрывая концертный сезон. Раньше предполагалось возобновить концерты 10 мая 2020 года. В далеком от Нью-Йорка курортном городке Кисловодске, проживает пожилой человек, родившийся 75 лет тому назад и более 55 лет занимающийся своим любимым делом. Он - художник. Евгений Константинович Горин ждал своей персональной выставки, которую должны были увидеть ставропольцы в музее изобразительного искусства города Ставрополя...

Художник, скульптор-анималист, писатель Иосиф Константиновский прошел сложный жизненный путь. Он занимался несколькими вещами одновременно и для каждого рода деятельности выбирал отдельный псевдоним. Обосновавшись в Париже, как скульптор он выбрал себе имя Джозеф Констан — на французский манер, а как литератор подписывался Мишелем Матвеевым — подчеркнуто по-русски...

14 апреля 2020 г. исполняется 90 лет со дня смерти выдающегося поэта Владимира Владимировича Маяковского (1893-1930). Гигантскими тиражами вышли его книги, маяковсковеды изучили происхождение каждой написанной им строчки, биографы в подробностях описали почти каждый день его жизни. Казалось бы, за столетие проведения маяковсковедами этой работы в ней не осталось белых пятен, все личности установлены. Однако, это не так...

«Мы ходили по хатам, впрыскивали морфий, поили умирающих водой и с безмолвным отчаянием следили, как заболевали те немногие, которым болезнь дала отсрочку. Трупы мы стаскивали в стодолы. Врач из летучки приказал сжигать эти стодолы. Санитары обкладывали стодолы соломой и поджигали. Загорались они медленно, но горели жарко, распространяя тяжелый дым...»