Люди и время

Статья Владимира Фрумкина об Окуджаве показалась нам необыкновенно актуальной в свете тех катастрофических событий, которые происходят сегодня в Москве. Там государство борется уже даже не с демократией и ее представителями, а – с народом. Больше тысячи задержанных росгвардией, униженных, избитых дубинками москвичей на митинге за честные выборы – это ли не торжество полицейщины и террора? И не об этом ли предупреждал Булат Окуджава в своих поздних стихах и песнях...

Я уезжал из СССР в полной уверенности, что знаю свою страну, как облупленную. Провел я в ней немалый срок, 44 года. Пожил и побывал в разных ее краях, от Белоруссии до Восточной Сибири и от Ленинграда до Крыма и Закавказья. Пока, наконец, не понял, что надо уезжать. Валить, как говорят нынче в России. Решиться на такой шаг осенью 1973 года, на ранней стадии «третьей волны», когда подавший документы в ОВИР немедленно превращался в изгоя, отщепенца и предателя, меня заставило ужесточение контроля над культурой: я не смог перестроиться, оказался органически неспособен включить «задний ход» и вернуться к дооттепельным правилам игры...