Дебют

- Мамочка, ты в порядке? Главное не волнуйся. Пересадка во Франкфурте два часа, ты спокойно все успеешь. Мы в Сан-Франциско тебя встретим. Там таможня для тех, кто на постоянное место жительство, отдельная, тебе все покажут. Вот и Сонечка что-то хочет сказать. Ну, Сонечка?
- Бабуля, я тебе покажу Габи, она - кукла. Бабуля я, я...я...
- Мамочка, все, удрала, ну все в порядке? Ты только не волнуйся...

Осень пришла. Ручей вырвался из-под камней, ухватил пригоршни листьев с берегов, расстелил их по поверхности прозрачных струй и двинулся дальше, набираясь сил по мере спуска с горы. Это повторится девяносто три раза за его жизнь.
Нет, это неудачное начало. Начнем с середины этого осеннего дня понедельника, ведь у него сегодня день рожденья – почти на восемь месяцев раньше, чем официальная дата. Время его появления на свет было тревожным, банды лютовали по городам и селам. Его беременная мать бегством спасалась от них. Было не до регистрации рожденных, мертвых не успевали записывать. Рассказы матери он забыл уже давно. Его жена тоже не знает точный день его рождения...

Давай на дорожку присядем
И просто без слёз и без слов
В минувшие годы заглянем,
Где наша смеялась любовь.

- Внимание! Навстречу движется флотилия неизвестных космических аппаратов. Идентификация по каталогу Берга отрицательна, - тревожно предупредила система внутренней связи «Икара».
Она подождала ответа и, не дождавшись его, упавшим голосом – не правда ли, странно, что голос машины может менять интонацию? - произнесла:
- Провожу анализ сложившейся ситуации.
Корабль замигал разноцветными индикаторами, защелкал переключателями приборов и стал рассуждать...

Американцы - представители формирующегося нового мира, история которого насчитывает не более 400 лет. Они проходят те же эволюционные шаги, которые Старый мир прошёл ещё в тёмные века: поклонение вампирам и желание контролировать... простите, спасти мир. Болезнь роста. Подождите, дайте им ещё пару сотен лет, и они перестанут вас удивлять...

Курьер приходил ровно в полночь — такая уж сложилась традиция. Не помню, чтобы он когда-либо опаздывал. За пару часов до его прихода я обычно принимал горячий душ, после чего влезал в старые плюшевые тапочки и махровый халат цвета морской волны. Некоторое время растерянно бродил из комнаты в коридор и обратно, шел на кухню заварить кофе покрепче, затем возобновлял свое блуждание уже с аккуратной кружечкой ароматного напитка в руке. С девяти до двенадцати время тянулось чертовски медленно. Иногда, чтобы хоть как-то скоротать его, я брался за газету, заведомо купленную в этих целях днем, в киоске, который находился неподалеку от серой безликой многоэтажки, где мне «посчастливилось» квартировать...