Человек, который приходил в полночь

Опубликовано: 11 октября 2015 г.
Рубрики:

Курьер приходил ровно в полночь — такая уж сложилась традиция. Не помню, чтобы он когда-либо опаздывал. За пару часов до его прихода я обычно принимал горячий душ, после чего влезал в старые плюшевые тапочки и махровый халат цвета морской волны. Некоторое время растерянно бродил из комнаты в коридор и обратно, шел на кухню заварить кофе покрепче, затем возобновлял свое блуждание уже с аккуратной кружечкой ароматного напитка в руке. С девяти до двенадцати время тянулось чертовски медленно. Иногда, чтобы хоть как-то скоротать его, я брался за газету, заведомо купленную в этих целях днем, в киоске, который находился неподалеку от серой безликой многоэтажки, где мне «посчастливилось» квартировать. Сегодня взял один из «грязных» мужских журналов с полуобнаженной красоткой на обложке — соблазнительной блондинкой с силиконовой грудью. Я редко когда приобретал подобную печатную продукцию, но в этот раз решил хоть как-то разнообразить вечерний досуг, к тому же с самого утра у меня было приподнятое настроение, которое совсем не хотелось омрачать в конце дня некрологом с последней странички «Огней вечернего города».

Я опустился в кресло напротив мигающего телевизора и принялся листать журнал. Красотки сменяли одна другую, по мере того как переворачивались страницы, но несмотря на вожделенную красоту, мои мысли были далеко от них. В преддверии очередной встречи с таинственным незнакомцем, коим курьер продолжал для меня оставаться, несмотря на то, что он звонил в мою дверь каждую ночь на протяжении уже нескольких лет, я испытывал некоторое волнение, впрочем, как и всякий раз незадолго до его прихода. Казалось бы, пора привыкнуть к этим регулярным посещениям, но на деле это не получалось. Каждый раз был для меня как первый.

Наше знакомство произошло два с половиной года назад, промозглой октябрьской ночью, когда дождь за окном лил с такой силой, что я, несмотря на терзавший вот уже несколько часов никотиновый голод,так и не рискнул спуститься вниз за сигаретами. Решив скоротать остаток вечера перед телевизором, я поудобнее устроился в кресле напротив мигающего экрана и спустя какое-то время задремал.

Меня разбудил звонок в дверь. Через пару секунд позвонили снова, затем, когда я окончательно проснулся, — в третий раз. Я с трудом поднял с кресла отяжелевшее тело и, проклиная все на свете, поплелся в прихожую.

— Какого черта! Первый час ночи! Кто там еще? — выругался я, пытаясь разглядеть звонившего через глазок.

Но на лестничной площадке было так темно, что не представлялось возможным разобрать даже тени — в который раз какой-то хулиган выкрутил лампочку.

— А то ты не знаешь! Открывай скорее! У меня мало времени!

Теряясь в догадках, я принялся отпирать. Дверной замок щелкнул, и в квартиру ворвался противный сквозняк, который сорвал с коридорной тумбочки ворох неоплаченных счетов и разбросал их по полу. На пороге стоял он.

На незнакомце был длинный серый плащ и такого же цвета фетровая шляпа, тень от которой скрывала большую часть лица моего ночного гостя так, что отчетливо видны были только широкие гладковыбритые скулы. Словом, эдакий Перри-утконос (с тех пор я так и называл его про себя). Из мрака лестничной площадки он вытолкал ногой небольшую картонную коробку и пододвинул ее ко мне.

— Вот, сегодня только одна, позаботься о ней, — бросил мужчина, все так же скрывая лицо, которое я тщетно пытался разглядеть.

— Вы меня с кем-то путаете. Не думаю, что мы с вами встречались прежде, — я перевел взгляд с незнакомца на коробку.

— Снова ты за старое, — как-то опечаленно произнес он, достал из кармана плаща пачку сигарет и закурил. — Просто делай свою работу, идет? — сухо резюмировал загадочный мужчина в плаще, развернулся и растворился в темноте.Ошарашенный, я не в силах был сдвинуться с места — стоял и таращился на коробку под ногами.

А в следующую ночь он принес еще одну, и еще… с тех пор это так и продолжалось. В выходные коробок обычно было больше — от трех до пяти штук. Поначалу я оставлял их в коридоре, но по мере того как количество коробок увеличивалось, свободного места становилось все меньше и меньше. И тогда я начал аккуратно расставлять их вдоль стены, затем — ставить одну на другую так, что, взгроможденные друг на друга, они стали напоминать кирпичную кладку. Когда одна из стен полностью скрылась из виду, я принялся за другую. Но коробки продолжали прибывать, и ничего не оставалось делать, как приступить к возведению второго ряда «кладки», потом еще одного и еще… и еще… В результате пространство коридора сократилось до узкого проходаили тропинки, на которой едва бы смогли разминуться двое,— пространства, необходимого для того, чтобы беспрепятственно добраться до двери, открыть ее и принять новую партию «товара». Далее я воспользовался кухней, оставив свободным доступ к холодильнику, плите и столу и, наконец, жилой комнатой, которую загромоздил меньше всего, выстроив пару рядов коробок у стены напротив окна да затолкав несколько штук под кровать. Посылки продолжали приходить, а места катастрофически не хватало, вот тогда-то я и вспомнил про давно уже пустующий гараж, доставшийся мне в наследство от деда. Я перенес часть коробок туда, тем самым заметно разгрузив свою берлогу. Вскоре настало время задуматься об аренде небольшого складского помещения или чего-нибудь в этом роде. Благо на то были деньги, да и мои архитектурные проекты все еще пользовались спросом.

Но пока что в гараже оставалось еще немного места. Его должно было хватить на пару месяцев, а то и больше. По крайней мере, я сильно надеялся на это. Вел ли я счет коробкам? Конечно вел: 2115. Знал ли, что находится внутри? Нет, не знал. Я никогда не заглядывал ни в одну из них, хотя часто такое желание возникало. Сказать по правде, боялся, боюсь и сейчас того, что могу обнаружить. Думаю, вы догадываетесь, о чем идет речь. Я отложил глянцевый журнал с красотками в сторону и взглянул на часы. 11.15. Ну что же, у меня было еще немного времени для того, чтобы прошмыгнуть на кухню и заварить кофе. Собственно, так я и поступил, ну а после—вернулся в комнату, уселся поудобней перед мерцающим телевизором и стал дожидаться своего Перри-утконоса. Да и что еще, черт возьми, мне оставалось делать?