Путешествия

Наш путь лежит к Медному каньону (The Copper Canyon). Он является одним из шести массивных ущелий в этом районе. Обильно поросшие зеленоватым мхом склоны каньона испанцы ошибочно приняли за медь, отсюда произошло название. Позднее оно стало общим для всей системы взаимосвязанных между собой каньонов.  Наступил вечер. Мы в городе Аламосе. Честно говоря, порядком уже устали.  - Не переживайте, эту ночь проведем в знаменитой фазенде, в гостинице "Hacienda de Los Santos"...

В Нью-Йоркском Ботаническом саду в Бронксе проходит выставка работ знаменитого художника-скульптора по стеклу Дэйла Чихули. Такой обширной выставки этого мастера не было в Нью-Йорке более 10 лет. Здесь можно увидеть и последние его работы, и ранние, и рисунки.  Выставки работ Дэйла Чихули проходили в разных городах США и Канады, Италии и Франции. Его работы встречаются в различных музеях мира вплоть до Лувра. О нём написаны книги, сняты документальные фильмы...

С приятным удивлением, но без особой радости я подумал: «Вершина». Распахнулся озаренный рассветными лучами кратер. Дно его было на удивление гладким, будто вчера только излившаяся лава перестала кипеть, успокоилась и застыла, как застывает в тихую внезапно морозную ночь озеро. По кромке кратера и по склонам лежали хаотично набросанные гигантские глыбы, они свежо и влажно блестели антрацитовой чернотой. Чистые снега Килиманджаро, подкрашенные алым светом зари, лежали в кратере, у дальней его кромки, тянулись по склонам, опитые туманами и оплавленные солнцем.

Кроме того, думаю я, китайские достижения в культуре, впрочем, как и в той же экономике, питаются еще и веками взращиваемой самоотверженностью, самодисциплиной, конфуцианской подчиненностью власти, поистине муравьиной исполнительностью и приоритетностью общественного перед личным. Недаром, в отличие от советского, они свой коммунизм оставили в покое, никуда не дели, не отменили, а успешно приспособили к рыночным условиям корпоративного капитализма...

Самолет приземлился в Пулково в ранних сумерках. В аэропорту меня встречает человек, которого я знаю... цифра звучит страшновато... ну, скажем так, - со времен нашей общей студенческой юности. Я называю его детским именем. Он - один из немногих, кто помнит мою девичью фамилию. Когда в той, прошлой жизни, мне было восемнадцать, а ему пятью годам больше, мир делился для меня на две неравные части. В одной, большей, был он. В другой - весь остальной мир...