Номер 9 (68)

Не знаю, где вы живете, может, у вас ничего не слышно. У меня слышно все. Надо мной, на третьем этаже, живет русская пара, и, если я до сих пор не начал говорить по-русски, то причина лишь в том, что уж слишком варварский язык. “Павяпавя бурягодуша”. Вы что-нибудь понимаете? Я тоже. Это такая песня. Заунывная, как волчий вой. Хочется заткнуть уши, только бы не слышать. Голосок у нее ничего, приятный, немного слишком низкий. И вот моет посуду — я слышу по грохоту тарелок — и завывает: “Павяпавя бурягодуша”. Прямо какой-то скифский

В конце 50-х в столице мира Нью-Йорке встретились студент-теолог Ричард Дугласс и Мерилин Су — юная певица, обладательница прекрасного сопрано, которой ее педагоги в знаменитой музыкальной школе Джуллиард сулили блестящее будущее. Любовь захватила их сразу, наградив неизбывной радостью общения и счастливой уверенностью, что друг без друга они просто не сумеют жить. Поэтому, когда Ричард получил приход — баптистскую церковь в штате Оклахома, Мерилин отказалась от стипендии в консерватории, от возможной блистательной артистической карьеры

Направляясь 1 мая на Юнион-сквер в Манхэттене, я повстречал знакомого судебного переводчика. Мы оба отчасти кормимся за счет русской преступности и сейчас вместе посетовали на ее спад.

То есть она по-прежнему есть, но все реже нуждается в переводчиках, ибо в Америке подросло племя молодое, незнакомое русских бандюков, прекрасно говорящих по-английски.

А нового пополнения нет: визовые строгости, начавшиеся после 11 сентября, не только отражаются на честных гражданах СНГ, но не пропускают

В американских средствах массовой информации тщательно обсуждалось и продолжает обсуждаться требование группы отставных американских генералов, чтобы министр обороны Дональд Рамсфелд ушёл со своего поста. Было ли нечто подобное в истории Америки? Вот как ответил мне на этот вопрос директор внешнеполитических исследований вашингтонского института “Кейто”, в прошлом офицер военно-морских сил США и участник первой войны в Персидском заливе Кристофер Пребл:

— Это не экстраординарный случай. Такое бывало в нашей истории,

На рубеже XX столетия Тибет оказался зажатым в тисках многочисленных проблем. Британия на весь свет голосила, что у Тибета слишком дружественные отношения с Россией в ущерб интересам британского империализма. В просторных залах своего московского дворца царь всея Руси закатывался в визгливых жалобах на то, что Тибет все больше сближается с Британией. В императорском дворе Китая раздавались яростные обвинения в адрес Тибета за его чрезмерное сближение с Британией и Россией и, само собой, недостаточно дружественное отношение к Китаю.