Юмор

Я напрочь лишен музыкального слуха. Только не говорите, что так не бывает, ведь вот он я! Это даже странно, потому что прадед мой был профессиональным певцом, и у отца был абсолютный слух, и мама хорошо пела. Шестилетним повели меня родители в музыкальную школу учиться игре на скрипке. С легким сердцем завалил я вступительные испытания, и опять вольный стрелок. Ну, нет у меня музыкального дара...

Пенсионерка Нина Васильевна, поступив санитаркой в зубопротезное отделение, быстро усекла золотой бизнес специалистов. Будучи не слишком грамотной, но практичной, она сотрудникам периодически напоминала, что она женщина бедная, но гордая и, в отличие от некоторых, живет исключительно на небольшие, но честно заработанные деньги. Честно заработанными ее деньги можно было назвать с большой натяжкой. Свои нехитрые обязанности она умудрялась перекладывать на самих сотрудников, ссылаясь на свой почтенный возраст и больную спину...

Зебры, накинувшись на подборку журнала «Космополитэн» стали просто неузнаваемы, на ушах у них появились сёрежки из дорогих ракушек, а на копытах разноцветные ленточки и рюшечки. В общем, как ни крути, внутренний мир и внешний вид обитателей саванны за эти два года изменился до неузнаваемости. И даже повсеместное урчание в желудках, в какой-то момент из грубой какофонии, превратилось в чарующую музыку, напоминающую великолепные вальсы Штрауса...

Он был белым, немолодым и слегка потертым, эдакий типичный образчик российской действительности периода несостоявшегося социализма. Подошедшая к девяностолетнему рубежу Зоя Петровна сроднилась с ним за долгие совместные годы, но ведь так хотелось внести свежую нотку в одинокий быт! И когда на глаза попалось короткое объявление "Меняем старые унитазы", она не устояла...

Одесса и Ростов стали славиться крупными грабежами и аферами, поэтому их считали столицами криминального мира России, а романтически настроенные жулики их «поженили» (Одесса - женского рода, а Ростов – мужского). Сегодня Ростов и Одесса в криминальном плане уже мало отличаются от других городов России, но время так и не смогло изменить исторически сложившееся прозвища, которые сохранились до наших дней...

Драматург Исидор Шток сочинил забавную пословицу: «Как от Штока до Вайнштока, так от Зака до Бальзака». Это он, надо думать, литературные заслуги и писательскую славу соизмерял. Ибо, рассуждая географически, не свести концов. Вайншток со Штоком оба два в «Московском Писателе» обитали, драматург Авенир Зак – рядышком, в соседнем писательском ЖСК. Что ж до Оноре де Бальзака - тот, знамо дело, книжек французских, высокохудожественных целую прорву насочинял. Так что тоже, конечно, заслужил. Только вот - несерьёзные они люди, французишки. Культурная, вроде, нация, а до важнейшего предмета, до писательских кооперативов, – не допёрли...