Проза ЮМОР

Продолжение. Начало в N4 [135].

Инкубар сделал плавное движение и внезапно оказался в двух шагах. Годдар сморгнул, перемещение оказалось настолько быстрым, что он даже не уследил, как оно произошло. Теперь Годдар лишь растерянно смотрел сверху вниз на низкорослого недочеловека. Неуловимым движением тот откинул с лица накидку, и Годдар едва не остолбенел. Глядя на него пронзительными чёрными глазами, из-под тонких, в ниточку бровей, перед ним стояла девушка.

Первое, что ему вспоминалось, был скрип снега. Подшитые кожей валенки приминали порошу, снег громко скрипел, и невольно подчиняясь этому звуку, они подстраивали шаг друг к другу, шли в ногу. Начинало светать, снег менялся в цвете, становясь сиреневым. Затем вспоминались разговоры. Собственно, он в основном слушал, говорил Виталий Серафимович.

Коляска остановилась прямо напротив массивных дверей. В свете газовых фонарей и освещенных окон легко читалась вывеска на фронтоне великолепного здания - «Гранд Отель Европа». Приехали. Подбежавший гостиничный слуга открыл дверцу и помог приезжему господину сойти на землю. Тот, в хлипком заграничном пальто на могучих плечах, двигался так медленно и осторожно, словно боялся ступать на переливающийся в огнях фонарей снег.

— Лучшее, что есть в этом человеке — это его собака.
- Если бы только люди могли любить как собаки, мир стал бы раем.

Фольклор. Хроники 21-го века

"Боже, какой позор!" — думала я, сдавая бэйджик визитёра на проходной телестудии улыбчивому охраннику. Уши мои горели, щёки пылали. "Не быть тебе телезвездой! Не парить в верхних строках рейтингов!" — ехидничал внутренний голос. Такого фиаско я не терпела уже очень давно. Последний раз — в ясельной группе детского сада.