Поэзия

Да, утопических сюжетов
На этом свете много так.
Шедевр запишет на манжете
Поэт-чудак...

Кончил срок старый год, он уходит от нас.
Звук шагов его в вечность всё тише…
Правнук в новом году попросил первый раз:
«Поиграй со мной, дедушка Миша!».

Вышли декабристы. На Сенатской чисто.
Всё, как говорится, чинно-чинарем.
Спят мастеровые, воры и министры.
С кем бы нам подраться? (Рылеев) А давай с царем? (Лунин)

Быть русским – радость и удача.
По-русски жить, в России быть,
Твердить с восторгом, чуть не плача,
Слова «бобыль», «баклага», «бить».

Настало 22 июня 1941 года. А на следующий день, надев шинель с петлицами Интенданта 2-го ранга, Симонов получил предписание отправиться фронтовым корреспондентом в армейскую газету 3-ей армии в г. Гродно. Поезд не доехал даже до Минска, не то что до Гродно, где уже были немцы. Эта кровавая мясорубка, когда никто не имеет достоверной информации, эта мешанина из мобилизованных, стремящихся попасть на свой призывной пункт, отпускников-военнослужащих, тщетно пытающихся найти свою часть, толпами беженцев, бомбежками и танковыми клиньями немцев, стремительно рассекающих то, что еще вчера было Советским Союзом - все это подробно описано во фронтовых дневниках К.М.Симонова, а потом в романе «Живые и мертвые»...