Блоги

Отсмотрел я все десять серий фильма "Молодой папа".  Сразу скажу, что я не о фильме, но о его концовке.  А сам фильм, конечно, с первых же кадров радует глаз умопомрачительными декорациями, воссоздающими интерьеры Папского дворца и базилики Святого Петра - этим можно не только десять серий, но и веками любоваться, что в реальности и происходит, а пару сотен землян попросту в центре Ватикана живут - это их дом, в котором они готовят, стирают, едят и исполняют все прочие естественные потребности, в том числе и грешат во всех сферах человеческой деятельности, в которых можно согрешить, а в каких же нельзя?...

А теперь возьмите и перелистайте его Дневники! Кажется, этот человек занят только мыслями о смерти. И если бы не работа, он бы просто-напросто свел счеты с жизнью, такой отвратительной порой она ему кажется. Бесконечная бессонница, с которой он боролся всю жизнь, страх за себя и за близких – а в годы сталинщины вокруг образовывались пустоты, людей убивали, ссылали, отправляли в лагеря, сажали в тюрьмы...

Намедни на высоком уровне решено было запретить родителям называть появившихся на свет ни в чем не повинных малюток разными странными и откровенно мерзкими именами. А не то, говорят, пошло по Руси какое-то жутковатое поветрие – этакий парафраз на тему заполошных первых годов советской власти.  В интернете обнародовали кое-какие образчики откровенно дурацких имен...

И пусть Нетаниягу наконец-то постарается донести до президента США то, что отлично знают в Европе, но притворяются, будто ничего об этом не слышали.  В мире есть минимум двадцать два государства для двух народов - еврейского и арабского: Израиль. Египет, Иордания, Ирак, Саудовская Аравия, Ливан, Марокко, Алжир, Йемен, Катар, Кувейт, Западная Сахара, Ливия, Мавритания, Оман, Объединенные Арабские Эмираты, Тунис, Сирия, Бахрейн...

Я это раньше читал. Существенно, ибо поэт крупный. На мой взгляд, последний русский поэт с небесным даром. Его стихи совершенно необходимы. Почти все. Боюсь, что уже никто кроме меня не знает некоторых строк, загубленных цензурой. Надо бы успеть издать книжку С. с текстами в первозданных вариантах.

Посмотрел "Притяжение" Федора Бондарчука.  По ходу просмотра вспомнил слова молодого израильского араба, обращенные ко мне лет двадцать назад: " Я уважаю сионизм (именно "уважаю" сказал), но пойми и ты нас".  Я отмолчался.  Удивило, что в этом кино Бондарчука чертановские ребята напоминают палестинцев....

Аронова, я разумеется, знал. Он был рассыпчато-жизнерадостен, известен разного сорта афоризмами и всем любезен. Доброжелателен.  Черняк был посложнее и действительно одарен. Грустен, умудрен, ведал немало....

Убеждена, что та была великим поэтом. Я же (лично мое мнение, не более) считаю, что место ей как раз не с Пушкиным и не с Буниным, а именно с Евтушенко и с Вознесенским и даже ближе к последнему, ибо первый все же бесспорно замечательный поэт по ранним стихам. Конечно, она была талантлива. Её грузинские переводы (так называемые) намного лучше ее стихов.

На канале «Культура» посмотрела фильм «Любить» (1968) Михаила Калика – и снова удивилась и ужаснулась: как прицельно власть убирала с дороги все талантливое, незаржавелое, новаторское. Вот еще один фильм, дошедший до зрителя-cовременника в ограниченном числе копий, да и то в искалеченном виде - без согласия автора фильм был перемонтирован, а авторская копия уничтожена...

Да-да, именно сказку – не Кафку. Впрочем, и Кафку тоже – сто лет без него не обходимся. Надо сказать, вполне конкретную сказку – многим знакомую еще с пеленок: «Приключения Чиполлино» Джанни Родари. Ее было не обязательно читать: существовала блестящая радиопостановка, по ней сняли замечательный мультфильм. Как известно, Родари был коммунистом итальянского розлива, потому его сказка отличалась острой социальной направленностью...

Случайно книги под руку не попадаются. Месяц назад с опозданием почти в пятьдесят лет прочитал советский пропагандистский хит "Осторожно: сионизм".

Впервые это состояние души «обнаружил» Николай Васильевич Гоголь – на то он и гений. Я всегда возвращался к избранным местам из «Ревизора», но в последние годы раз за разом останавливаюсь на одном из них.  Вы, конечно, помните: Хлестаков принимает уездное чиновничество, в числе прочих, самыми последними, – Бобчинского и Добчинского.