Продолжаем открывать Америку: Галвестон, Хьюстон и республика Техас

Опубликовано: 22 апреля 2016 г.
Рубрики:

 

  К югу от Хьюстона, штат Техас, есть островной город-порт Галвестон, откуда круизные корабли отправляются по островам Карибского моря, в Мексику и в страны Центральной и Южной Америки.

 

Я много слышал об этом городе и решил, что в нём стоит побывать. В принципе, о потраченном времени не жалею. Главной достопримечательностью города называют сады Муди с тремя пирамидальными залами. В самой большой стеклянной пирамиде - спиралевидный аквариум. Цена за вход явно завышена. В нежаркий солнечный день пирамидами вполне можно полюбоваться снаружи, не заходя внутрь. Впрочем, если вы любите морскую природу и никогда не пропускаете возможность побывать в аквариумах, то Галвестонский достоин пополнить вашу коллекцию. Особенно мне запомнилась большая колония пингвинов.

 Вдоль южного берега Мексиканского залива тянется Seawell Boulevard. По одну сторону бульвара - пляжи, бетонные волнорезы и причалы, а по другую - отели и рестораны. В старой части города-острова стоят дома 19 века, не всегда в хорошем состоянии, но довольно симпатичные. Здесь гордость Галвестона оперный театр, построенный в 1894 году. Здесь я увидел афиши скрипача Ицхака Перелмана, актрисы Олимпии Дукакис, Галвестонского симфонического оркестра. Представляете, в городе, где всего 57 тысяч жителей, есть свой симфонический оркестр!!!

 

Вдоль северной набережной Harborside Drive, в районе старой части города, довольно сильно пахло газом. Возможно, запах шёл со стороны расположенных у берега огромных платформ - то ли нефтедобывающих, то ли газодобывающих. Здесь же находится Музей офшорного бурения нефтяных и газовых скважин. А чуть дальше - терминал круизных кораблей.

 ...Во многих городах США есть музеи изобразительного искусства с богатыми коллекциями. В Хьюстоне, например, я любовался картинами Рембрандта, Франса Хальса, Питера Брейгеля Старшего и Домье. Там есть прекрасное собрание импрессионистов. А ещё в это время в музее проходила ретроспективная выставка работ очень популярного в Америке абстракциониста Марка Ротко - Маркуса Яковлевича Ротковича, уроженца Двинска. Его семья эмигрировала из Российской империи в США, когда Марку было 10 лет. Меня его "живопись цветового поля" эмоционально не трогает, однако работы остаются в памяти. В музее было выставлено более 60 его картин из собраний Вашингтонского и Хьюстонского музеев.

 ...Ещё одна достопримечательность Хьюстона - Церковь Джоела Остина Lakewood Church. Эта крупнейшая в США протестантская церковь была основана отцом Джоела, пастором Джоном, бронзовый памятник которому встречает прихожан, поднимающихся по широкой беломраморной лестнице на основной этаж гигантского здания с залом на 17 тысяч мест. Настоящий крытый стадион!

 И что удивительно - во время проповеди почти все места заняты. Мы с женой сказали, что мы - евреи из Нью-Йорка, и ожидали не то что неприязни, но некоторой настороженности по отношению к нам. Оказалось, наоборот. Нас, как дорогих гостей, провели в зал и посадили в середине третьего ряда партера, прямо напротив сцены. Атмосфера была клубная. Многие знали друг друга, или нам так казалось, потому что при встрече обнимались, весело разговаривали. Правда, не отпускало ощущение приторности: слишком много улыбок, слишком много объятий...

Проповедь была обставлена как грандиозное шоу. По краям сцены справа и слева каскадом выстроился хор, человек сто. В глубине сцены дюжина музыкантов, перед ними - вокальная группа. Световая партитура тщательно расписана, звуковая аппаратура идеального качества, телекамеры проецируют на большие экраны всё, что происходит на сцене. Всё это транслируется вживую, а затем в записи на телеканале, принадлежащем этой церкви. Шоу идёт в хорошо заданном темпе. Публика - не зрители, а участники: они повторяют слова за проповедником, простирают руки к небу, подпевают и пританцовывают, встают, садятся, опять встают. Возле каждого кресла стоит коробочка с бумажными салфетками, чтобы утирать слёзы. Слёзы умиления.

 

В какой-то момент к сцене выходят 20 помощников Джоела Остина, и к ним на исповедь выстраиваются очереди. Сначала с проповедью выступает Виктория Остин, жена Джоела. Атмосфера накаляется, публика разогрета музыкой, хоровым, групповым и сольным пением, проповедью Виктории... Вот теперь все готовы к выходу звезды - самого Джоела Остина. 5 марта ему исполнилось 53 года, но выглядит он лет на 10 моложе. Он мастерски ведёт мысль: отталкивается от фразы из Нового завета, выходит на близкие людям проблемы и заканчивает возвращением к учению Иисуса. За его рассуждениями всегда интересно следить. Он - утешитель, умело переходящий от трогательных примеров к юмору. Речь его проста, доступна, понятна, проникновенна. Пастор Джоел Остин - отличный шоумен, режиссёр-постановщик и исполнитель главной роли. Его монологи - образец актёрского мастерства и ораторского искусства. Он способен долго удерживать внимание зала, но когда оно ослабевает, подключает музыку и пение. После шоу, в фойе, выстраивается длинная очередь желающих лично поговорить с пастором, получить его автограф на одной из пяти написанных им книг, которые можно купить в огромном книжном магазине на этом же этаже.

 Проповеди Джоела Остина смотрят десятки миллионов телезрителей в более чем 100 государствах. В Америке представление об этом человеке можно получить, послушав его воскресную евангельскую проповедь на одном из местных общедоступных телевизионных каналов, либо выйдя на его сайт в Интернете.

 

...Есть в Хьюстоне один частный домик, который, увидев, вы не забудете. Весь дом, его забор, амбар, собачья конура и почтовый ящик - всё облицовано пивными банками и крышками от пивных банок. Этот дом, известный под названием Beer Can House, результат работы владельца дома Джона Милковича (не путать с актёром Джоном Малковичем). Он много лет работал драпировщиком и обивщиком мебели в железнодорожной компании, а, выйдя на пенсию, стал обивать пивными банками свой дом. Занимался он этим 18 лет, пока алюминиевая чешуя не покрыла весь дом. Дело в том, что Джон был большим любителем пива и пивного застолья с друзьями и коллекционировал выпитые банки. Скопилось их за десятки лет довольно много. Его не смутило то, что на покрытие дома потребовалось более 50 тысяч банок из-под пива. После смерти Джона Милковича работу продолжили его сыновья. Теперь этот уникальный дом принадлежит благотворительной организации. Даже при лёгком дуновении ветра весь дом звенит, трепещет и пускает солнечных зайчиков. К тому же эта облицовка защищает дом от летней жары и экономит расходы на охлаждение жилья.