Памяти погибших кораблей. Часть 4. Трансатлантический лайнер «Нормандия»

Опубликовано: 7 января 2021 г.
Рубрики:

В 1931 году на верфи Пенеё в Сен-Назере состоялась церемония спуска самого большого, самого быстроходного и самого знаменитого французского лайнера «Нормандия». Всего семь секунд потребовалось новому лайнеру, чтобы преодолеть расстояние, отделяющее его от воды. Когда гигантское судно вошло в воду, на берег устремилась огромная волна и унесла более ста рабочих и гостей, стоявших слишком близко к корме. К счастью, это купание окончилось благополучно, но многие усмотрели в этом мрачное предзнаменование.

Корабль появился на свет в очень трудное время. Шел 1932 год. Мир был охвачен жестоким кризисом. Одна за другой разорялись компании, число желающих пересечь Атлантику резко сократилось и несмотря на то, что в апреле 1932 года все тарифы на североатлантических трассах были снижены на 20%, сезон начался с отмены многих рейсов из-за отсутствия пассажиров.

Постройка «Нормандии» обошлась владельцам в огромную сумму - 59 миллионов долларов. Хотя значительную часть расходов взяло на себя французское правительство, начинать эксплуатацию судна в сложившихся условиях было бы безрассудно, недаром один журналист окрестил спущенную на воду «Нормандию» "плавающим долгом".

Учитывая обстановку, дирекция компании "Женераль Трансатлантик", которой принадлежала «Нормандия», объявила, что первый рейс лайнера откладывается до 1935 года.

Сам внешний облик «Нормандии» говорил, что этот пароход создан для штурма всех рекордов: грациозный нос, стремительное нарастание обводов, три трубы, понижающиеся с носа в корму... Это была скорость, отлитая в металле!

Новый лайнер стал исключительным событием в жизни Франции. Имя «Нормандия» было у всех на устах. Когда наконец в 1935 году объявили о первом рейсе лайнера, специальный поезд доставил в Гавр, откуда уходил пароход, балетную труппу парижской Гранд-Опера, чтобы на прощание дать концерт в большом салоне «Нормандии».

В первом рейсе приняло участие 1013 пассажиров (мир еще не совсем оправился от кризиса), которых обслуживало... 1300 членов экипажа. В этом рейсе «Нормандия» перекрыла все достижения лучших трансатлантиков по всем показателям: продолжительности перехода, среднерейсовой скорости, суточному пробегу. В самые последние минуты рейса на мачте взвился голубой вымпел длиной 30 м, свидетельствующий о том, что «Нормандия» установила новый рекорд Атлантики. В этом рейсе она развила среднюю скорость около 30 узлов и улучшила рекорд предыдущего чемпиона Атлантики германского лайнера «Бремен» сразу на 13 часов. Хотя компания "Женераль Трансатлантик", заявляла, что не стремится к рекордам, пассажиры получили медали с изображением Голубой ленты и надписью "Сделано во Франции".

Свыше 100 тысяч человек пришли на специально построенный в Нью-оркском порту пирс, чтобы встретить новый лайнер. Над «Нормандией» летел самолет, с которого через мощный усилитель гремела "Марсельеза". Пожарные катера устремили в небо струи воды, а над буксиром взвился надутый гелием шар в виде Микки Мауса - так Нью-Йорк приветствовал нового обладателя Голубой ленты Атлантики..

Тысячи любопытных уплатили по 50 центов, чтобы осмотреть пароход. Их поражало все: и настоящий живой сад, и театр, и ночной клуб, и костел, и телефонная станция на 1100 абонентов, и 11 палуб, соединенных между собой 23 лифтами.

На обратном пути из Нью-Йорка в Европу «Нормандия» побила собственный рекорд, развив среднюю скорость 30,3 узлов. Столь высокая скорость в значительной степени объясняется тем, что французский лайнер был оборудован турбоэлектрической установкой, которая обеспечивает высокую маневренность, приспосабливаемость к различным условиям эксплуатации, большую надежность. Однако уже в первых рейсах у «Нормандии» выявилась та же болезнь, что и у ряда других лайнеров-скороходов, - сильнейшая вибрация. После двух рейсов пароход пришлось поставить в сухой док, чтобы заменить трехлопастные винты четырехлопастными.

Но этот и некоторые другие недостатки не сказались на популярности «Нормандии». Уже в первый год эксплуатации она дала 200 тысяч фунтов стерлингов чистой прибыли.

В газетах и журналах появлялись рисунки «Нормандии», поставленной "на попа" рядом с Эйфелевой башней. Эта башня уступала лайнеру по высоте на 15 м, а по массе она была в семь раз легче!

Но при всей своей величине «Нормандия» отличалась легкостью, изяществом и грациозностью, и в этом несомненная заслуга главного конструктора лайнера В. И. Юркевича. Владимир Иванович Юркевич родился в России, в семье дворянина. Будущий великий конструктор окончил кораблестроительный факультет Петербургского политехнического института, который в то время считался лучшим учебным заведением по подготовке корабелов.

После окончания института Юркевич участвовал в проектировании российских линкоров, подводных лодок и других военных кораблей, за что был награжден орденами Святого Станислава и Святой Анны и дослужился до звания штабс-капитана. В 1920 году на недостроенном танкере вместе с другими белыми офицерами он перебрался из Николаева в Константинополь, где работал в авторемонтных мастерских, а через несколько лет переехал во Францию. Там ему повезло: по протекции бывшего русского адмирала, ставшего к тому времени адмиралом французского Морского генерального штаба, С.С. Погуляева, Юркевича взяли на работу на верфь Пенеё, занимающуюся проектированием и строительством крупных пассажирских лайнеров. 

Теперь Юркевичу представилась возможность использовать свой колоссальный опыт при создании «Нормандии». На начальной стадии проектирования было предложено свыше 20 вариантов обводов корпуса, но победил вариант, предложенный Юркевичем, и этот вариант лег в основу будущего проекта. (Справедливости ради отметим, что в проектировании «Нормандии» В. И. Юркевичу помогали два других русских инженера: А. Н. Жаркевич и А. М. Петров).

Разработанная Юркевичем форма корпуса была идеальной с точки зрения гидро- и аэродинамики. Рыбаки, которые со своих суденышек наблюдали, как шла «Нормандия», были поражены, что при движении лайнера практически не возникало волн. «Нормандия» как бы скользила по воде, хотя шла со скоростью свыше 30 узлов. 

По выражению журналистов, «Нормандия» сочетала в себе грациозность яхты с богатством Версальского дворца. Никогда еще пассажирам не были предоставлены такой простор и роскошь. Обеденный салон для пассажиров первого класса размерами 90 X 13 м был на 16 м длиннее знаменитого зеркального зала в упомянутом Версальском дворце. Он весь сверкал от обилия хрусталя и позолоты. Для сверхбогачей на «Нормандии» было приготовлено несколько апартаментов с четырьмя спальнями, гостиной, столовой, четырьмя ванными комнатами и даже с отдельной изолированной площадкой для прогулок на открытой палубе. На лайнере были оранжереи, зимний сад с экзотическими птицами, торговый центр, молельни на любой вкус, собачьи каюты и многое другое.

Впрочем, предоставим слово известным писателям Илье Ильфу и Евгению Петрову, которые совершили на «Нормандии» путешествие за океан. Свои впечатления от этого плавания они отразили в книге "Одноэтажная Америка":

"Мы отправились осматривать пароход. Пассажир третьего класса не видит корабля, на котором он едет. Его не пускают ни в первый, ни в туристский классы. Пассажир туристского класса тоже не видит «Нормандии», ему тоже не разрешается переходить границ. Между тем первый класс — это и есть «Нормандия». Он занимает по меньшей мере девять десятых всего парохода. Все громадно в первом классе: и палубы для прогулок, и рестораны, и салоны для курения, и салоны для игр в карты, и специальные дамские салоны, и оранжереи, где толстенькие французские воробьи прыгают на стеклянных ветвях и с потолка свисают сотни орхидей, и театр на четыреста мест, и бассейн для купания - с водой, подсвеченной зелеными электрическими лампами, и торговая площадь с универсальным магазином, и спортивные залы, где пожилые лысоватые господа, лежа на спине, подбрасывают ногами мяч, и просто залы, где те же лысоватые люди, уставшие бросать мяч или скакать на деревянной лошадке, дремлют в расшитых креслах, и ковер в самом главном салоне, весом в тридцать пудов. Даже трубы «Нормандии», которые, казалось бы, должны принадлежать всему пароходу, на самом деле принадлежат первому классу. В одной из них находится комната для собак пассажиров первого класса. Красивые собаки сидят в клетках и безумно скучают. Обычно их укачивает. Иногда их выводят прогуливать на специальную палубу..."

Интересны также наблюдения наших писателей о поведении знаменитого лайнера в штормовых условиях. Вот что они пишут: «Нормандия» раскачивалась медленно и важно. Она шла, почти не уменьшив хода, уверенно расшвыривая высокие волны, которые лезли на нее со всех сторон, и только иногда отвешивала океану равномерные поклоны. Это не было борьбой мизерного создания человеческих рук с разбушевавшейся стихией. Это была схватка равного с равным...»

Среди пассажиров «Нормандии», помимо Ильфа и Петрова, было немало других именитых людей. В частности, после фантастического перелета по маршруту Москва - Северный полюс - Америка советские летчики В. П. Чкалов, Г. Ф. Байдуков и А. В. Беляков возвращались домой в июле 1937 года на «Нормандии». В разное время на знаменитом корабле совершили плавание Федор Шаляпин, Эрнест Хемингуэй, российские кинорежиссеры Ф.Эрмлер и И. Ройзман и другие известные люди.

1939 год начался для «Нормандии» очень успешно. До августа она сделала 139 рейсов и перевезла 133 170 пассажиров. 23 августа лайнер в последний раз вышел из Гавра и 28 августа прибыл в Нью-Йорк. За сутки до нападения Гитлера на Польшу «Нормандия» должна была отправиться в очередной рейс в Европу, но ее, так же, как и некоторые другие лайнеры, задержали по приказу Рузвельта. В результате она осталась в Нью-Йорке.

Долгое время правительство Рузвельта не могло решить, что делать с «Нормандией» и другими таким же образом задержанными судами. После падения Франции правительство Виши потребовало вернуть «Нормандию», то есть передать ее в распоряжение Гитлера. На это, естественно, Рузвельт пойти не мог, но и просто конфисковать знаменитый пароход он долго не решался. Наконец, 12 декабря 1941 года над «Нормандией» был поднят американский флаг и лайнер получил новое имя – «Лафайет».

Началось переоборудование огромного судна в военный транспорт. Эта грандиозная работа предусматривала создание на пароходе условий для размещения и питания 10 тысяч человек, установку зенитных пушек, оборудование склада боеприпасов и т. д. Было признано нецелесообразным отправлять «Лафайет» на верфь, и решили весь объем переоборудования выполнить непосредственно в нью-йоркском порту, у причала № 88.

Работы шли полным ходом, когда среди бела дня, в 14 часов 30 минут, 9 февраля 1942 года в центральном салоне, где были свалены 1100 тюков со спасательными поясами, вспыхнул огонь. Он в считанные минуты охватил мебель, свернутые в рулоны ковры, отделку. Сильный северо-западный ветер раздувал пламя, и через час пожаром была объята вся прогулочная палуба. Вскоре пламя перекинулось на шлюпочную и солнечную палубы, на капитанский мостик.

Надо сказать, что пожарная служба среагировала очень быстро, и уже через несколько минут со всех концов Нью-Йорка к причалу № 88 устремились колонны пожарных машин. Практически одновременно с машинами к «Нормандии» подоспели и пожарные катера, так что тушить пожар начали в одно и то же время и с акватории, и с причала. Задача пожарных была вполне очевидной: предотвратить распространение пламени на нижележащие палубы и защитить причал с подветренной стороны.

Однако пожарные плохо разбирались в вопросах остойчивости корабля, поэтому они лили воду как попало. Поскольку все отверстия на лайнере, предусмотренные для стока воды, оказались забиты мусором, на верхних палубах во всевозрастающих количествах начала скапливаться вода. По экспертной оценке, за время тушения пожара в корпус «Нормандии» было влито 100 000 т воды! Через час судно начало заметно крениться на левый борт, а к 23 часам 30 минутам крен достиг 40°. Прошла еще пара часов, и через иллюминатор внутрь корпуса хлынули потоки грязной воды и жидкого ила со дна Гудзона, а в 2 часа 45 минут лайнер лег на грунт с креном 80°.

Свидетель пожара, рабочий Э. Сюлливан, вспоминал: "Я находился в гранд-салоне и проверял линолеум. Несколько сварщиков работали здесь с ацетиленовыми горелками, вырезая стальные колонны. Примерно в 40 футах от них находились тюки, как мне показалось, упаковочной стружки или пеньки. Около них стоял человек и отгораживал их щитами от летящих из-под горелок искр. Несмотря на эти меры предосторожности, я почуял - что-то горит! И сразу же двинулся к выходу. Все это заняло у меня не более десяти секунд, но тут мне показалось, будто под ногами сразу вспыхнула вся палуба, и я услышал вопль: "Пожар!""

Свидетельство рабочего подтверждается официальным заявлением руководителя спасательных работ на Нормандии адмирала Эндрюса. Он, в частности, сообщил: "Один газорезчик (удалось установить его имя - Клемент Деррик. - С. Б.) удалял с колонны канделябр в главном салоне, и искры из-под его резака случайно попали на груду капковых спасательных поясов. Капок очень горюч, поэтому огонь и распространился так быстро по палубе, заваленной поясами".

И тут обнаружилось несколько очень странных совпадений. Во-первых, когда начался пожар, выяснилось, что судовая пожарная система не работает, - она была отключена и даже частично демонтирована. Во-вторых, балластные отсеки не были заполнены водой, хотя это мероприятие существенно улучшило бы остойчивость «Нормандии». В-третьих, в начале пожара почему-то прекратилась подача энергии на судно, в результате чего не удалось закрыть герметические двери с электроприводом и не сработали сигнальная и спринклерная системы, не говоря уже о том, что люди, находившиеся в чреве корпуса, оказались в кромешной тьме и не могли самостоятельно, без помощи извне, покинуть судно. Почему огромный лайнер оказался вдруг обесточенным - то ли оборвался электрокабель, то ли береговое электроснабжение было отключено, - до сих пор остается загадкой...

Последствия пожара оказались трагическими не только для лайнера, но и для работавших на нем людей. Из 2200 человек, находившихся на судне, один погиб и более двухсот получили ожоги и другие травмы.

О причинах пожара на «Нормандии» существует несколько версий. Военно-морское ведомство США высказало предположение, что гибель «Нормандии» - дело рук фашистских агентов. Эта же версия высказана М. Сейерсом и А. Канном, авторами нашумевшей в свое время книги "Саботаж - тайная война против Америки", и в работах некоторых последующих историков и журналистов. Предполагали также, что «Нормандию» уничтожили... американские гангстеры, чтобы показать свою мощь.

В печати появились любопытные факты, свидетельствующие, что охрана на «Нормандии» практически отсутствовала и любой человек при желании мог беспрепятственно проникнуть на судно, получить на нем любую информацию и совершить диверсию.

Так, один журналист рассказал на страницах газеты, как он, желая проверить бдительность охраны «Нормандии», за несколько недель до катастрофы под видом грузчика проник на судно. Им никто не заинтересовался, он мог свободно ходить по судну, запираться в любом помещении, курить, осматривать вооружение. Журналисту без труда удалось узнать, куда направляется корабль, сколько орудий на нем предполагается установить, какова толщина брони, защищающей орудия, какие операции «Лафайет» будет выполнять в составе военно-морских сил.

Итак, при сопоставлении разных версий вроде бы получается, что в результате потери бдительности и удивительной халатности американского военного ведомства, «Нормандия» легко могла стать жертвой вражеской диверсии.

Однако имеется еще одно свидетельское показание, которое позволяет посмотреть на трагедию лайнера совсем с другой стороны. Дело в том, что в начале Второй мировой войны американское правительство попало в довольно затруднительное положение. Оно продолжало заигрывать с профашистским правительством порабощенной Франции и в то же время громогласно объявило на весь мир о своей верности Англии в борьбе против Гитлера.

И «Нормандия» очень мешала правителям США в их тонкой дипломатической игре. С одной стороны, они не могли вернуть лайнер марионеточному правительству Виши, ибо такой акт был бы плохо воспринят британскими союзниками, но в то же время отказ передать «Нормандию» клике Петэна очень осложнил бы отношения между Вашингтоном и Виши. Видимо, не случайно, правительство Рузвельта так долго решало вопрос, что делать с «Нормандией», и официальное заявление о конфискации французского лайнера последовало только через два с лишним года после начала войны. И вполне логично предположить, что со стороны военно-морского ведомства США эта пресловутая "халатность" была очень хорошо продумана и организована, с тем чтобы устранить «Нормандию» как яблоко раздора.

Во всяком случае, именно этой версии придерживается советский инженер В. Смирнов, который во время второй мировой войны работал в Вашингтоне в качестве члена Государственной закупочной комиссии СССР. Согласно его информации, когда американские водолазы впервые проникли внутрь корпуса «Нормандии», они обнаружили престранную картину: кингстоны[1] были открыты только с левого борта - то есть кому-то было нужно, чтобы при затоплении «Нормандия» не села на ровный киль (в этом случае она была бы сохранена), а обязательно опрокинулась.

Если следовать этой версии, тогда вполне понятными становятся действия адмирала Эндрюса. В самом начале пожара бывший капитан «Нормандии» Р. Пунье вместе с В. И. Юркевичем (им даже не позволили пройти за ограждение) умоляли адмирала пустить на судно нескольких опытных трюмных машинистов, которые работали на судне и прекрасно знали расположение оборудования в машинном отделении, с тем чтобы они открыли нужные кингстоны и, затопив лайнер, спасли бы его от пожара. На это Эндрюс высокомерно ответил: "Наши спасатели и пожарные знают свое дело не хуже французов". И только когда крен «Нормандии» стал угрожающим, Эндрюс дал команду открыть кингстоны. Ну а если вспомнить факты, приведенные В. Смирновым, тогда получается, что приказ Эндрюса только ускорил агонию обреченного гиганта.

Сразу же после гибели «Нормандии» В. И. Юркевич предложил американскому командованию план подъема корабля. "Все отверстия, которые сейчас находятся под водой, - писал инженер в своей записке, - надо закрыть и начать откачивать из корпуса воду, одновременно заполняя некоторые внешние и балластные отсеки двойного дна. Все это нужно для того, чтобы судно подвсплыло и могло быть установлено точно посредине ковша. После этого надо откачать из-под него 7-8-футовый слой грязи и ила, а потом спрямить. В зависимости от отпущенных средств и количества людей, особенно водолазов, все работы займут 6-8 месяцев".

Но военно-морское ведомство никак не отреагировало на предложение конструктора, хотя этот путь был наиболее легким, и разработало свой план, реализация которого потребовала 22 месяца и пять миллионов долларов. Срезали мачты, трубы, палубное оборудование, все надстройки до главной палубы - общей массой 5000 т. После этого водолазы загерметизировали 356 иллюминаторов на глубине 20 м и 16 лацпортов [2] Затем насосами откачали 10000 кубических метров ила и грязи. Всего в ходе работы было наложено 4,5 тысячи заплат и пластырей. Наконец, когда весь корпус был надежно загерметизирован, начали откачивать воду.

Через неделю крен уменьшился с 80 до 41°, после чего включили мощные лебедки, установленные на соседнем причале, которыми удалось стронуть с места и оттащить на 3 м корму поверженного колосса. Крен уменьшился до 30°, но тут произошла неприятность: при спрямлении корпуса гранитный выступ, на котором лежала «Нормандия», пропорол борт судна, и пришлось снова герметизировать корпус и опять откачивать воду. Наконец огромный корабль окончательно оторвали от грунта и с креном 49° отбуксировали в сухой док.

А дальше начался очередной акт трагедии шедевра французских судостроителей. Военно-морское командование США отказалось восстанавливать корабль по той причине, что он по своим размерам не сможет проходить Панамским каналом, а стало быть, не будет иметь оперативного простора.

Отказалось от «Нормандии» и руководство Морской комиссии, ведающей государственным торговым флотом, поскольку решило, что расходовать на восстановление лайнера 20 миллионов долларов нет смысла, особенно учитывая тот факт, что американцы рассчитывали пополнить свой торговый флот бесплатно, при дележке транспортных судов побежденной Германии.

Нашлась одна частная компания, которая взяла было «Нормандию», но, прикинув размеры предстоящих расходов, отказалась от гигантского судна, уплатив неустойку в полмиллиона долларов.

Можно себе представить состояние В. И. Юркевича, когда он понял, что его детищу уготован бесславный конец. В отчаянии он даже обратился в Государственную закупочную комиссию СССР в Вашингтоне с предложением восстановить лайнер в первозданном виде всего за два миллиона долларов, но у русских в первые послевоенные годы были свои более неотложные дела и более необходимые расходы...

Кончилась эта печальная история тем, что в 1946 году «Нормандия» была продана на металлолом за смехотворно дешевую цену: 162 тысячи долларов. А далее свершилось неотвратимое: 150 газорезчиков и крановщиков за восемь месяцев превратили величественное творение французских судостроителей в то, что сегодня именуется "вторичным сырьем"...

Так бесславно завершил свой путь один из шедевров мирового судостроения, один из крупнейших и самых быстроходных пассажирских лайнеров, обладатель Голубой ленты Атлантики «Нормандия». И по этому поводу хочется вспомнить одну древнюю мудрость: «Человеческая небрежность куда более убийственна, чем любой злой умысел».

--------- 

[1] Кингстон - клапан, перекрывающий доступ забортной воды в корпус судна

[2] Лацпорт – вырез в борту судна