Простейшие образцы этой продукции появились еще в древних цивилизациях. Соответственно и стихи на сладостную тему не могли не явиться в мировой поэзии. У конфет высокое праздничное назначение (впрочем, Цезарь Борджиа якобы советовал пресекать дамскую болтовню, набивая рты прекрасных дам "конфектами". Хорошо, что не с ядом). Всё же они прежде всего для детей. И стихов о маленьких любителях шоколада и мармелада множество. В одном из самых ранних стихотворений я написал: "Воздух детства, вкус конфеты,/ Поделенной пополам". Однако не буду останавливаться на собственном творчестве... Поэты Серебряного века, понятно, с чувством прославляли кондитерские изделия. Грозные события привели к исчезновению этих изделий. В шуточно-пародийном стихотворении Гумилева, обращенном к снабжавшей оголодавших писателей торговке Розе, чудится грусть. Эпоха нэпа вернула обществу вкус доступных сладостей. Что вызвало восторг Маяковского:"...Ваня наряден./ Идет, и губа его/ вся в шоколаде /с фабрики Бабаева". Но вот стишок обериута Олейникова, конечно, замечательное явление антирекламы.
Далее несколько русских стихотворений разной тональности.
Николай ГУМИЛЕВ
***
«О дева Роза, я в оковах»,
Я двадцать тысяч задолжал,
О сладость леденцов медовых,
Продуктов, что творит Шапшал.
Но мне ничуть не страшно это,
Твой взор, как прежде, не суров,
И я курю и ем конфеты,
«И не стыжусь моих оков».
Николай ОЛЕЙНИКОВ
Утром съев конфету "Ёж",
В восемь вечера помрёшь.
Эдуард УСПЕНСКИЙ
ЗАГАДКА ПРО КОНФЕТЫ
В нашем доме был буфет,
В нём лежало пять конфет…
Но однажды, как-то раз,
В нашем доме свет погас
А когда включили свет,
Больше не было конфет.
Где сейчас конфеты эти?
Если рядом были дети?
Елена КАСЬЯН
* * *
Она любила маленькие вещи:
Ключи, булавки, трещинки в стене,
Теряла вечно тонкое пенсне,
которое носила по привычке.
И по ночам ей чудился зловещий
Скрип половиц, и даже скрип отмычки,
Как будто память силилась вернуться,
Как будто снова полон дом своих…
Она журила старых домовых
И оставляла им конфет на блюдце.
Вздыхала кошка, сидя на полу,
И наблюдала за священнодейством
Вдеванья нитки в тонкую иглу.
А за стеной жило чужое детство –
Смеялось, пело, не умело ждать,
Хотело только топать и играть,
Изыскивая поводы и средства…
И это беспокойное соседство,
Её пугало, не давая спать.
Она любила чистую постель,
Проснуться и лежать подолгу утром,
Вычёркивая из себя минуты,
Тревожный сон сгоняя, словно хмель.
И размышляла про себя: «Ужель
Вот так и смерть подступит незаметно
И унесёт, как домовой конфету?»
И говорила кошке: «Боже мой,
А ты сидишь, и не подозреваешь…»
И детский голос спросит за стеной:
— А кто живёт там, мама? ты не знаешь?
И мама скажет: «Верно, домовой…
Давай скорее, в школу опоздаешь!»
