Примечательно, что в России его имя никогда не вызывало озлобления. Довольно и немыслимой поначалу победы! В русской романтической поэзии возникли даже многочисленные шедсеевры, вдохновленные наполеоновской эпопеей. И воскликнул Денис Давыдов, удрученный наступившим измельчанием: "Был огромный человек,/Расточитель славы..."
Воображение стихотворцев прихотливо, вдруг приходят в голову самые разные темы. В одну из недавних ночей (вне всякой связи с путеводителем моим, Календарем) я задумался о судьбе узника острова Святой Елены, так рано повернувшего всё течение мировой истории. И попутно вспомнилось одно высказывание Плутарха: "Когда я думаю о том, что Нерон даровал свободу Элладе (Плутарх имел в виду автономию. М.С.), я понимаю справедливость слов Платона, что злодеяния, превосходящие своими размерами обычные человеческие представления о вероятном, суть плод души от природы великой, но испорченной нелепым воспитанием". Вообще-то злодеем от природы гениальный по её милости Наполеон не был, но в его войнах погибли едва ли не сотни тысяч...Я думаю, сорокашестилетний и уже конченный для какой-либо деятельности,он должен был сожалеть о неверно избранном поприще...
Михаил СИНЕЛЬНИКОВ
НАПОЛЕОН
Наполеон ещё не старый
На острове столь отдалённом.
Он, удручённый это карой,
Не хочет быть Наполеоном.
И ведь не счесть даров Минервы!
Следит по обветшавшим картам
Свои бывалые маневры,
Но хочет быть лишь Бонапартом.
Мог стать поэтом и учёным,
И академиком однажды!
В его лице ожесточённом –
Томление тоскливой жажды.
И океанский ветер веет
И к облакам возносит славу…
Властитель дум, он сожалеет
О той ошибке при Эйлау.
О том, что век напрасно прожит…
И видит синие равнины,
И всё насытиться не может
Немытым телом Жозефины .
5 августа 2019
--
*"Жди меня, не мойся!"(из письма жене)
