Михаил СИНЕЛЬНИКОВ
Царь Сулейман
Я поверну кольцо, и джинны
Взовьются в небо все подряд,
Покинув тесные кувшины,
И отовсюду прилетят.
И снова в дальние пустыни,
В мелькающие города,
К любимым, памятным доныне,
Я отошлю их, как всегда.
Пусть, овладев чужими снами,
Сюда на несколько минут,
Покорны перстню с письменами,
Моих невольниц приведут.
Моим веленьям внемлют немо
Первонасельники Земли,
А вот и душу из эдема
На зыбких крыльях принесли.
И долгой ночью до рассвета
Витает надо мной она,
И я твержу: «Пройдёт и это!»,
Но вижу: надпись неверна.
2018
Готова бросить клич: где вы, друзья? Может, кто-то отзовется. Только вряд ли. Нет уже ни Юрия Лотмана (1922–1993), ни Стеллы Абрамович (1927–1996), ни Валентина Непомнящего (1934–2020) … Какое-то мелкое сейчас время, не для пушкинистов. Мне возразят: А 1937 год, когда с размахом отмечали 100-летие смерти Александра Сергеевича Пушкина, был временем не мелким? Страшным, да, но не мелким, если судить по количеству знаменитых пушкинистов, тогда живших и принявших участие в издании Академического собрания сочинений Пушкина (1937–1959).




