«Быстро, как белки, колесики стучат»…

Опубликовано: 21 декабря 2015 г.
Рубрики:

Отклик на публикацию

«Чёрная стрелка проходит циферблат. Быстро, как белки, колёсики спешат.
Скачут минуты среди забот и дел. Идут, идут, идут, идут - и месяц пролетел»…

Уже и год пролетел, и сколько их прошло с тех пор, как слова этой веселой песенки материализовались в мультяшный танец стрелок из великого фильма, настроение которого, легкое и безмятежное, по-прежнему ощутимо, вопреки мрачной тяжести тоталитарных лет. А вспомнилась песенка неожиданно после прочтения в «Чайке» беседы с умным и достойным Вениамином Смеховым. Достойный, порядочный… вы не заметили, что эти слова слышны все реже и реже. Не востребованы. Гламурный, креативный, эпатажный – это да, слышно, и даже очень. Время такое? Впрочем, я не о том. Бог весть, как беседа с мэтром театра и кино, поэтического слова и просто интересным, талантливым человеком вывела именно на эти строки. Наверное, вспомнились кадры из телевизионной программы о великой Марине Ладыниной. Она была снята незадолго до ухода из жизни Актрисы, и было ей на тот момент уже 93 года. Вениамин Борисович предварял появление в кадре Ладыниной и говорил о том, что фильмы с ее участием, долгое время воспринимавшиеся прогрессивной общественностью, как далекие от истинного искусства лубочные соцреалистические картинки с политическим подтекстом, с годами видятся совсем по-другому. «Кино мирового класса, просто «чистейшей прелести чистейший образец» - именно так он характеризовал «Кубанские казаки», «Свинарка и пастух» Пырьева и Ладыниной, «Веселые ребята» Александрова и Орловой. Оттуда, наверное, с той программы, по прихотливым переулкам памяти добралась до меня озорная мелодия «Стрелок».

И всё, как будто, не напрасно, - и красота, и тень, и свет…
Но чем всё кончится – неясно. У всех на это – свой ответ.
Он каждый миг пронзает время, касаясь прошлого всерьёз,
Смеясь и плача вместе с теми, чья память стала тенью звёзд…

Истинная кинозвезда Марина Ладынина и в 93 года оставалась ею, сверкая умом, порядочностью (уже второй раз говорю об этом редком ныне качестве), интеллигентностью и изысканно поздней красотой. Ни о ком не сказав дурного слова, уважительно вспомнив многих, не упомянув об обидах и разочарованиях. А ведь, расставшись с Пырьевым (неутомимым и безмерно талантливым, как подчеркнула она), в кино больше не снималась. И это истинная трагедия для актрисы в возрасте расцвета. И огромная потеря для кино. Но вот – пережила, преодолела. И вспоминала всех с высоты своих лет с мудрым спокойствием и не утраченной теплотой. В том числе, и великую подругу-конкурентку Любовь Орлову. О ней и её муже, блистательном Григории Александрове, уже сняли сериал, который без затей так и назвали «Орлова и Александров». Думаю, что судьба Ладыниной еще станет темой нового киноромана. Они были действительно в чем-то похожи, две поющие красавицы, главные звезды эпохи. У обеих мужья – выдающиеся режиссёры, кстати, тоже соперничавшие и начинавшие вместе в киношколе у Эйзенштейна. В США, а затем в Мексику с учителем в качестве ассистента поехал Александров. Можно много говорить о том, что, набравшись опыта в съемочных студиях и павильонах Голливуда, привезя домой уже апробированные идеи, Александров всё это воплотил в своих фильмах. Но ведь как талантливо переработал и воплотил! В одной статье о нем было сказано так: «Гений, который пережил себя». Гений. Реализовавший себя, невзирая ни на что. Ведь все могло быть иначе, и вместо триумфальных наград и почетных званий можно было обрести звание зека вкупе с кандалами и наручниками, причем не в переносном, а в самом прямом смысле. Он сумел сделать то, что хотел, проявляя не только великий талант, но и чудеса коммуникабельности, находя общий язык со всеми, и с властью, и с подчиненными. Читал в одной статье, что он не совсем из рабочей семьи (как писал в автобиографии), и совсем не Васильевич… Но что это меняет?

Просто лишний раз подтверждает его неистребимое желание «сделать себя», сообразуясь с окружающими условиями и порядками. Потому и сумел он объединить вокруг себя всех самых ярких и талантливых профессионалов. Эрдман, Нильсен, Дунаевский, Утесов, Ильинский, Володин, Раневская… Это только малая часть звонких имен, которые вместе с ним создали неповторимую атмосферу придуманного счастья, а с ней – и славу советского кинематографа 30-40-х годов. И, конечно, Орлова! Ах, какая удивительная пара получилась у них! Что он – спортивный красавец, остроумный, весёлый, галантный, что она - изысканно воспитанная, образованная, музыкальная. И это была Любовь с большой буквы. Да такая, что до последнего дыхания любя, называли друг друга на Вы. Может быть, и манерно по нынешним меркам. Но искренне и душевно. Не зря они были выставочной фамилией не только советского кинематографа, но и всей системы.

Почему после череды блестящих постановок он вдруг выдохся, это – вопрос, не имеющий ответа. Да он и не нужен. Можно снять несколько десятков бездарных фильмов, написать столько же унылых романов, картин и кануть в бездну времени. А можно снять один фильм или написать одно гениальное стихотворение и остаться в памяти людей надолго. Орлова и Александров, Ладынина и Пырьев - из этого ряда. Их фильмы – навсегда. Вот только жизненная судьба у этих двух пар завершилась по-разному. Пырьев ушел от своей жены, найдя новую музу. И уж если Ладынина в своем последнем интервью сказала об этом без осуждения, то всем нам – и подавно не дано судить. А Александров, пережив смерть любимой жены, написав пафосную книгу воспоминаний ни о чём (испуганный временем, до конца жизни боялся сказать лишнее слово), ушел вслед за ней. И вместе с ними ушла эпоха их фантастически феерического кино, с красивыми артистами и мелодичными песнями, с безмятежной любовью и сказочной жизнью. Кстати, интересно, почему тоталитарная страна оставила нам в наследство сотни задушевных, добрых и трогательных песен, а нынешняя, демократично-свободная тяготеет к жестким, холодновато-прагматичным ритмам? И если раньше все было «вокруг голубым и зеленым» (в естественно натуральном смысле), то сейчас «рюмка водки на столе». Впрочем, этот вопрос просто возник попутно, рядом с воспоминаниями, пришедшими после прочтения беседы с умным, обаятельным Вениамином Смеховым, писателем и режиссером, знатоком Поэзии и Артистом. Продолжающим, невзирая ни на что, традиции талантливого театра и кино.

Каждый видит лишь то, что хочет, каждый знает лишь то, что умеет.
Кто-то отметит, что день – короче, а для кого-то лишь ночь длиннее.
Но и разбив черепаший панцирь дня или ночи, в осколках желаний
Отблески счастья найдёшь, между прочим, словно последнюю мелочь в кармане.

Комментарии

Белки, как и многочисленные "колёсики", стучали ещё как и "стучали куда надо". Странный, не правда ли, рассказ в стихотворной прозе о "великих, неповторимых, мирового класса и гениальных" и дальше - больше: «чистейшей прелести чистейший образец», на которых никто не настучал. Ну и колёсики, ну и белки... стихийные метафоры да и только. Я вот стихий побаиваюсь (но уже давно не страшусь)

Аватар пользователя Ирина Чайковская

Спасибо, Владимир, за отсылку к интервью со Смеховым,  но есть в Вашей статье момент, который меня задел. Вы пропели хвалу честности и порядочности, а затем возвели в герои Григория Александрова, жившего на манер "премудрого пескаря". Да, он отлично сумел приспособиться к власти и времени, но это для меня "похвала небольшая". И Пырьев, и Александров снимали фильмы-сказки, но выдавали их за фильмы "про жизнь".  Эрдмана и Масса увели прямо со съемок "Веселых ребят". Когда в эпоху Гулага пелось " я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек", нормальный житель  страны должен был чувствовать ложь и фальшь  этих чудесно сделанных  "кин".