Айда в Америку - Окончание

Опубликовано: 11 сентября 2015 г.
Рубрики:

Окомчание.  Начало см. Часть 1

На следующий день, ровно в девять вечера, Максим припарковал хозяйское «renault 5» возле памятника Первооткрывателям. Ярослав вышел из машины и стал прохаживаться вдоль авыниды туда-сюда, нервно поглядывая по сторонам. Из припаркованного на противоположной стороне «джипа» с тонированными стёклами выглянул Антон и, открыв заднюю дверь, жестом пригласил их сесть в «джип».

За рулём сидел незнакомый португалец.

- Boa noite (добрый вечер (порт.)),- поздоровался он, даже не повернув головы.

В его произношении слышался явный бразильский акцент. За всё время разговора он ни разу не повернулся в их сторону, поэтому в сгустившихся сумерках, освещаемых лишь уличными фонарями и фарами проезжающих мимо автомобилей, сложно было разглядеть невыразительные черты его внешности.

- Итамар,- представился португалец.

- Максим, Ярослав,- по очереди представились ребята.

- Вчера в порт пришло американское грузовое судно «President Truman»,- заговорил на пониженных тонах португалец.- Сейчас началась разгрузка. Разгрузка будет длиться дня три, не больше. Потом судно на недельку поставят для профилактики в док. После профилактики начнётся загрузка. Тоже будет длиться дня три, не больше. Когда закончат загрузку, судно отправится обратно в Штаты. До начала загрузки вы должны уже быть в контейнере. Контейнер будет полупустой, заваленный всяким хламом, для веса, чтобы никто ничего не заподозрил. Его поставят на самое дно грузового отсека, так что, даже если кому-то вздумается проверять судно, до вас не доберутся. Около двух недель вам придётся болтаться в этом контейнере по волнам. Возьмите с собой побольше продуктов и воды – в расчёте на две недели. И тёплую одежду – по ночам может быть холодно. Да, и фонарь не забудьте, на всякий случай, в контейнере освещения нет.

Антон лихорадочно засмеялся. Ярославу с Максимом было не до смеха.

- Деньги отдадите при следующей встрече,- продолжал португалец.- Антон вам позвонит, через неделю примерно. Готовьтесь и будьте на связи. Иначе придётся ждать следующего судна. А это будет через месяц, не раньше. Ах, да, чуть не забыл. В Нью-Йорке вас встретят и вывезут из порта. С ними рассчитаетесь отдельно.

- Мы хотим в долг,- сказал Ярослав.

- Будете договариваться на месте,- сказал португалец.- Кстати, они могут помочь с жильём и с работой. За дополнительную, разумеется, плату.

Как португалец и сказал, Антон позвонил ровно через неделю. Он был немногословен и краток.

- Готовы?- спросил он, даже не поздоровавшись.

- Готовы,- решительно ответил Ярослав.

- Тогда завтра, в то же время, на том же месте,- понизив голос, сказал Антон. В его голосе чувствовалось скрытое напряжение.

Не теряя времени, Ярослав с Максимом поехали в «Континент», чтобы закупить продукты в дорогу. В продуктовом отделе они взяли сорок банок мясных и рыбных консервов, в расчёте по три банки на день, четырнадцать палок копчёной колбасы, четыре головки твёрдого сыра, десять буханок нарезного, упакованного в полиэтилен хлеба, шесть пятилитровых бутылок минеральной негазированной воды и две бутылки водки. В хозяйственном отделе выбрали большой аккумуляторный фонарь с диодовой лампой и щелочной батареей ёмкостью 11 ампер-часов.

Продукты они упаковали в одну сумку. Воду – в другую. Фонарь и тёплые вещи – в третью. На место встречи их привёз Николай. По распоряжению патрона ключи от машины Максим отдал ему.

Итамар их уже ждал. Его «джип» с тонированными стёклами стоял на обочине авыниды ды Бразилиа, напротив памятника Первооткрывателям. После того, как они рассчитались, он открыл дверцы огромного просторного багажника, в котором с лёгкостью поместились и сумки, и Ярослав, и Максим.

- Лежите и не шевелитесь,- сказал Итамар, накрывая их большим плотным покрывалом. - Если охрана что-то заподозрит, нам всем несдобровать.

По авыниде ды Бразилиа они поехали прямо в порт. В тот день на транспортной проходной дежурил старик Алваро.

- Что там у тебя стряслось?- сквозь зевоту проворчал старик Алваро, открывая ворота.

- Esqueci desligar o gerador (забыл выключить генератор (порт.)). Как бы не сгорел до утра,- ответил Итамар, проезжая через проходную.

Следуя вдоль бесконечных рядов цистерн и контейнеров, «джип» быстро стал углубляться в запутанный лабиринт портового терминала и, выключив фары, остановился в самом глухом закоулке.

- Sai (выходите (порт.)),- сказал Итамар, открыв дверцы багажника.- Vamos comigo (пойдём со мной (порт.)).

Ярослав с Максимом взяли сумки и пошли за ним. Итамар остановился возле одного из контейнеров.

- А вот и ваш контейнер,- сказал он, открывая большую скрипучую дверь.

Из контейнера пахнуло теплом и затхлостью.

- Entra (входите (порт.)),- сказал Итамар.

Ярослав с Максимом молча вошли в тёмный контейнер.

- Завтра начнётся загрузка,- сказал Итамар.- Сидите тихонько, как мышки в норке. Ваш контейнер один из первых поставят в грузовой отсек. Там можете хоть на головах ходить, хоть в рупор орать. Там вас уже никто не услышит. Ну, кажется, всё. Boa viagem e boa sorte (счастливого пути и удачи (порт.),- cказал он на прощанье и закрыл контейнер.

Опечатав замки заранее приготовленными пломбами, он сел в свой «джип» и укатил домой. Ярослав с Максимом остались одни. Контейнер за день хорошо прогрелся, поэтому внутри было жарко и душно. Первым делом Ярослав достал из сумки фонарь и включил свет. В дальнем углу до самого потолка были навалены картонные и деревянные ящики с соломой и упаковочной бумагой, из-под ящиков выглядывали базальтовые маты. Ярослав разбросал коробки и освободил маты. Сложив их друг на друга, он сделал импровизированное ложе.

- Вот здесь мы и будем спать,- удовлетворённо произнёс он.- А ящики заменят нам стол и стулья.

К затхлому запаху они быстро привыкли и скоро перестали его замечать. Ночью, когда контейнер остыл, им пришлось надеть свитера и куртки и укрыться матами.

Утром их разбудил шум портовой техники. Первая проблема, с которой они столкнулись – отсутствие туалета. Итамар забыл поставить в контейнер герметичную десятилитровую бочку, служившую для этой цели. Пришлось опорожнить одну бутылку, просто вылив воду на пол, чтобы использовать её, как ёмкость для экскрементов. Подхваченный портовым краном, их контейнер проделал головокружительное путешествие по воздуху и был опущен на самое дно пятнадцатиметрового грузового отсека. Загрузка длилась три дня.

4-го мая 2000-го года, когда загрузка была завершена и были оформлены все таможенные и сопроводительные документы, транспортное грузовое судно «President Truman», водоизмещением 54700 тонн, с двумя нелегальными пассажирами на борту, о которых на судне никто даже не подозревал, вышло из Лиссабонского порта под флагом Соединённых Штатов Америки.

- Доставай водку и накрывай на стол,- закричал Ярослав Максиму.

Приходилось перекрикивать несмолкаемый гул работающих двигателей. Судя по всему, машинное отделение было где-то поблизости.

- Нужно отметить это событие. Через две недели мы будем в Штатах,- радостно орал Ярослав.

Отмечали весь день и всю ночь, пока не допили обе бутылки водки. А утром началось страшное похмелье, которое плавно переросло в морскую болезнь.

Покинув территориальные воды, «President Truman» взял курс на Нью-Йорк. Океан был спокойный и тихий, ничего не предвещало плохой погоды. Покрывая милю за милей, делая двадцать узлов, «President Truman» плыл в направлении восточного побережья Североамериканского континента.

На третий день путешествия произошла аварийная остановка второго двигателя. Командование судна приняло решение отклониться от курса и на малом ходу следовать в ближайший порт, который находился на Азорских островах, для ремонта.

Всё это время Ярослав с Максимом, не в силах подняться, одолеваемые то ознобом, то жаром, провалялись, мучаясь, страдая и изнемогая от ужасных головных болей, изжоги и тошноты. При одном только виде еды их выворачивало наизнанку. Шесть дней, вплоть до прибытия на Азорские острова, их рвало от невыносимой, тошнотворной, бесконечной качки. Продукты остались нетронутыми, зато запасы воды были практически исчерпаны. В контейнере стоял удушливый смрад блевоты, от которого снова тянуло рвать. Смрад не исчез и после уборки, непрестанно тревожа, раздражая и напоминая о себе.

Судно стояло на ремонте два дня. В течение сорока восьми часов поломка была устранена, и «President Truman» снова взял курс на Нью-Йорк. Когда пересекли 44°37´ западной долготы, началась небывалая жара. Судно быстро прогрелось, и в контейнере стало невыносимо. Закончились остатки воды. Тёплый тяжёлый воздух, насыщенный неисчезающим удушливым смрадом блевоты, и ежеминутно донимающая жажда тлетворно действовали на сознание и весь организм. Кусок не лез в горло – консервы, мясо и колбаса были чересчур солёными и только усиливали жажду. Приподнятое оптимистическое настроение сменилось состоянием угнетённости и депрессии.

- Я уже больше не могу терпеть,- угрюмо произнёс Максим, лёжа на матах.- Если я сейчас не сделаю хотя бы глотка воды, я сдохну.

- Потерпи,- сказал Ярослав, облизывая пересохшие губы. Он лежал рядом.- Уже немного осталось. Ещё неделька и мы будем в Штатах.

- Ещё неделя?- ужаснулся Максим.- Как долго. Я не выдержу.

- Выдержишь, куда ты денешься,- Ярослав до последнего не терял присутствия духа.- Когда нас отсюда достанут, я, первым делом, напьюсь.

Максим лишь глухо застонал.

- Я сейчас выпил бы бочку воды,- продолжал Ярослав.

- А я бы – целую цистерну,- сказал Максим.

Они лежали в кромешной темноте, с закрытыми глазами, а перед глазами плескалась чистая, прозрачная, искрящаяся на солнце, холодная, обжигающая, вкусная вода. Все мысли были только об этом.

- Хотя бы один глоточек,- простонал Ярослав, переворачиваясь на бок.

Измученные жаждой и зловонием, они сильно ослабли, каждое движение доставляло мучительную боль. Они практически не покидали своего ложа, вставая лишь чтобы перекусить или опорожниться.

- А дома сейчас хорошо, весна,- мечтательно произнёс Максим.- Как там моя Маргарита? Как Максим? Хоть бы одним глазком взглянуть на них.

- Ещё насмотришься, целая жизнь впереди,- как мог, ободрил Ярослав.

- Она, как чувствовала, что мы больше не увидимся,- совсем уж раскис от нахлынувших чувств Максим.

Ему ужасно захотелось домой, к жене и сыну. Он не выдержал и зарыдал.

- Эй, ты,- испугавшись деморализации духа, спохватился Ярослав.- А ну, прекратить. Я кому сказал.

Максим тут же затих.

- И что бы такого больше не было,- наставлял внушительным тоном Ярослав.- Понятно?

- Понятно,- с трудом вытирая обезвоженной, одервеневшей от бессилия рукой сухие слёзы, сказал Максим.

- Ты мужик или баба?- продолжал наставлять Ярослав.- Неделю потерпеть не можешь?

Спустя некоторое время на Максима нахлынули воспоминания.

- Максиму уже восемь месяцев,- успокоившись, размышлял он вслух.- Наверное, уже первые слова говорит. И скоро пойдёт.

- Вот и молодец,- похвалил Ярослав.- Думай о чём-то хорошем. Ты когда из Штатов вернёшься, твой Максим уже пацаном взрослым будет. Скажет тебе: «Привет, батя».

Максим снова зарыдал. Так продолжалось до самого вечера. А вечером Максим потерял сознание и всю ночь пролежал в обморочном состоянии. На следующий день сознание потерял Ярослав. Из-за жары начали портиться продукты. Завоняла колбаса, остатки сыра, повздувались консервы. В контейнере нечем было дышать. Следующая неделя проплыла, как в тумане.

25-го мая 2000-го года транспортное грузовое судно «President Truman» встало на рейд возле нью-йоркского порта. Максим на мгновение вынырнул из забытья и услышал, как где-то далеко-далеко остановились двигатели.

Приплыли, подумал он, - и снова погрузился в бред-галлюцинацию. В бреду он видел Маргариту и Максима. Они радостно улыбались ему и манили к себе. Заключив друг друга в объятия, оторвавшись от земли, они бесконечно, до сладостного головокружения, все вместе парили в безграничной голубой синеве.

Когда Максим опять пришёл в себя, его поразила непривычная тишина. С трудом шевеля губами, он тихо, совсем беззвучно позвал Ярослава. Но тот не откликнулся. Тогда, преодолевая чудовищную боль и слабость, он включил фонарь, направив его прямо на Ярослава. Ярослав лежал лицом к нему с широко раскрытыми глазами. Так они и лежали до тех пор, пока в фонаре не села батарея и не погас свет.

Кратковременные вспышки сознания ненадолго вырывали Максима из приятных обморочных видений, и тогда он сам закрывал глаза, чтобы побыстрее забыться в бреду, торопясь вернуться в тёплые и любимые объятия, к жене и сыну.

* * *

Выдержка из полицейского протокола

«…29-го мая 2000-го года в нью-йоркском порту во время разгрузки прибывшего из Лиссабона транспортного грузового судна «President Truman» в одном из контейнеров были обнаружены трупы двух молодых людей (приблизительный возраст 20-25 лет) без явных признаков насильственной смерти. Их личности установить не удалось, так как никаких документов, устанавливающих личность, при них не оказалось. Предполагаемые причины смерти – удушье и обезвоживание организма. Для выяснения истинных причин смерти трупы направлены на медицинскую экспертизу…»

* * *

Маргарита так никогда ничего и не узнала. Всю свою последующую жизнь она ждала Максима и верила, что он вернётся.

Сын рос озорным и жизнерадостным мальчуганом, таким же озорным и жизнерадостным, как и его отец. Он был очень похож на Максима. Маргарита поражалась их сходству.

Порой, когда глядела на сына, ей казалось, что перед ней его отец, словно вернувшийся из далёкого прошлого, её единственный, самый-самый любимый, вечно молодой и жизнерадостный.