День рождения Игоря СЕВЕРЯНИНА. 135 лет. Какое всё же редкостно-причудливое дарование! И озорство! В сущности, трогательное. Пастернак (коего И.С. не любил), восхищаясь, писал о нём, что у нас впервые после Лермонтова появился поэт, от стихов которого возникало ощущение, что строфа за строфой рождается сразу целиком. Это, конечно, иллюзия. Лермонтовское черновики свидетельствуют о длительных поисках единственно возможного, смертоносно точного слова.. Думаю, что и вдохновенный Северянин много трудился. Конечно, обычному читателю нет дело до этих неведомых усилий. Важен результат. Да... А до Лермонтова Северянину лететь миллион световых лет. Положим так,но и сегодня нас может пленить красота его взлетов. Сходит с рук вся эта виртуозно изломанная иностранщина. Только веселит эта живость воображения. А с годами король поэтов здорово обрусел.
Я думаю, что ускорение движению стиха придавалось порывисто-сногсшибательным эпитетом. Это ж надо придумать: "бальзаколетнею"! Что это, как ни "лирическая дерзость"(воспользуюсь известным выражением Льва Толстого, относившемся к другому поэту)! Прыжок с трапеций, художественная гимнастика. Тут Игорь Васильевич действительно чемпион.
А в действительной-то жизни все порою напоминало федотовский "Завтрак аристократа".
Игорь СЕВЕРЯНИН (1887 - 1941)
ЦВЕТОК БУКЕТА ДАМ
В букете дам Амьенскаго beau mond`a
Звучнее всех рифмует с резедой
Bronze-oxide блондинка Эсклармонда,
Цветя бальзаколетнею звездой.
Она остра, как квинт-эссенца специй,
Её бравадам нужен резонанс,
В любовники берёт "господ с трапеций"
И, так сказать, смакует mesalliance.
Условностям всегда бросает: "schoking!"
Экстравагантно выпускает лиф,
Лорнирует базарно каждый смокинг,
Но не во всяком смокинге калиф.
Как устрицу, глотает с аппетитом
Дежурнаго огейзерную дань:
При этом всём - со вкусом носит титул,
Иной щеке даря свою ладонь.
1911. Февраль.
