Однажды А. П. Межиров задало мне риторический вопрос: "Почему при упоминании его имени хочется снять шляпу?!" Я застал и помню рассказы о нем его младших современников: Тарковский, Липкин, Колау Надирадзе... Записанные мною грузинские новеллы вошли в мои мемуары, частично опубликованные.
Некоторые произведения Белого в русской литературе остались навсегда - и стихи, и проза. "Первое свидание" - одна из лучших русских поэм, созданных после Пушкина, Лермонтова и Некрасова. В составленную мною "Антологию русской поэмы" я включил ее, как драгоценность. С наслаждением хранителя сокровищницы. Между прочим, поэт Багрицкий, прочитав эту длинную поэму всю наизусть, ударил кулаком по столу и воскликнул: "Русский четырехстопный ямб кончен!" Да, ещё вот что: кроме всего прочего Белый был и гениальным, лучшим русским стиховедом. но ведь эта наука - для немногих в школе поэзии.
Всё же этот "Фауст Арбата" был крупнее своих созданий. И полностью не осуществился - случай, впрочем, не столь редкий. Было, однако. важно само присутствие такого писателя в той действительности. И вот он умер (пожалуй. вовремя, если уметь в виду дальнейшие события, которые вскорости смели всю среду). Его смерть стала потрясением для многих. И - для главных авторов эпохи. Замечателен стихотворный некролог Осипа Мандельштама, который считал Белого наиболее значительным ее поэтом. Некоторые борющиеся оттенки слов, передающих жар угадываемых выпадов, требуют глубокого погружения в заводь смыслов, в заповедные топи языка. Но покойный это усилие читателей заслужил. "Меж тобой и страной ледяная рождается связь"!
Осип МАНДЕЛЬШТАМ
ПАМЯТИ АНДРЕЯ БЕЛОГО
Голубые глаза и горячая лобная кость -
Мировая манила тебя молодящая злость.
И за то, что тебе суждена была чудная власть,
Положили тебя никогда не судить и не клясть.
На тебя надевали тиару - юрода колпак,
Бирюзовый учитель, мучитель, властитель, дурак!
Как снежок на Москве заводил кавардак гоголек:
Непонятен-понятен, невнятен, запутан, легок...
Собиратель пространства, экзамены сдавший птенец,
Сочинитель, щегленок, студентик, студент, бубенец...
Конькобежец и первенец, веком гонимый взашей
Под морозную пыль образуемых вновь падежей.
Часто пишется казнь, а читается правильно - песнь,
Может быть, простота - уязвимая смертью болезнь?
Прямизна нашей речи не только пугач для детей -
Не бумажные дести, а вести спасают людей.
Как стрекозы садятся, не чуя воды, в камыши,
Налетели на мертвого жирные карандаши.
На коленях держали для славных потомков листы,
Рисовали, просили прощенья у каждой черты.
Меж тобой и страной ледяная рождается связь -
Так лежи, молодей и лежи, бесконечно прямясь.
Да не спросят тебя молодые, грядущие те,
Каково тебе там в пустоте, в чистоте, сироте...
