Поэты пылки и влюбчивы, но браки заключаются на небесах. И небеса, на мой взгляд, были необычайно благосклонны к Александру Петровичу. Ибо Е.А. не только редкостная красавица. но и замечательная умница. Сам А.П. ,умнейший из людей, в совете которого нуждались все, в минуты особенно трудных решений, как я знаю, обращался к уму и чутью своей проницательной жены. Обаянием Е.А. не без некоторой зависти к счастливцу А.П. восхищались выдающиеся поэты. Например, Евгений Евтушенко, Игорь Шкляревский (список не продолжу, чтобы не обидеть некоторых здравствующих ревнивых жен).
Один из учителей А.П. Межирова, известный еще до революции эллинист Ратциг, убеждал своих студентов и заклинал их верить в то, что Муза действительно существует. В межировском случае она явно воплотилась в облике Е.А...Я думаю, что нельзя недооценивать степень участия Музы в творчестве поэта.
Я познакомился с Е.А. если и не "на заре туманной юности", то , можно сказать, в самом конце этой зари. Когда в историческом для меня кафе-мороженое на ул. Горького(ныне вновь Тверская) состоялась по внезапной инициативе Межирова моя с ним и Евтушенко тройственная встреча, многое определившая в судьбе. Но другой день по уговору с А.П. я принес свои стихи в дом на Красноармейской, где меня приняла Е.А. и состоялся наш с нею разговор. Немного говорили о поэзии, но больше о Китае, где прошла часть детства Е.А. Ее мать, незабвенная Феврония Епифановна, была помощницей знаменитого во время оно М.М. Бородина(Грузенберга), создателя китайской революционной армии, сражавшейся под знаменами великого демократа Сунь Ят Сена. Конечно, в незабываемом 37-м Бородина на всякий случай расстреляли, а его сподвижников жестоко пытали. Суровый староверческий, страстотерпческий дух помог Ф.Е. все вынести, устоять и сохранить гордое достоинство...Е.А. с детства сохранила живое ощущение китайского быта и бытия, и, если не ошибаюсь, некоторое знание китайского языка. Поскольку я с самых ранних лет люблю китайскую литературу и историю, у нас нашлась общая тема уже при первой встрече.
Я помню, как солнце, золотившее оконные стекла, бросало свои лучи на вишневый наряд милой хозяйки дома, и она в некоторые мгновения казалась состоящей из солнца. Тут вспоминаются слова Заболоцкого из стихотворения "О красоте человеческих лиц": "Из этих, как солнце, сияющих нот/ Составлена песня небесных высот".
Семья Межировых давно стала для меня родной. Этот удивительный юбилей - и для меня праздник! От всего сердца поздравляю дорогую Елену Афанасьевну и желаю притока свежих сил. И, конечно, осуществления лучших ожиданий.
Из многочисленных стихов Александра Межирова, обращенных к жене, выбирают две строки:
Стал букет еще красивей,
Оттого, что он увял.
P.S. И какую прекрасную фотографию матери прислала мне Зоя Александровна Межирова!
