Когда я, по роду моей журналистской профессии, брал интервью у звёзд американского кино и театра для русской редакции Радио Свобода или для американского русскоязычного телевидения, наш разговор начинался следующим образом:
- Вы родом из России? О, мои предки тоже. У меня один дедушка из Минска, другой дедушка из Пинска, одна бабушка из Ковно, другая бабушка из Ровно.
И мы вместе дружно смеялись.
Хорошо, когда знаешь, откуда и почему эмигрировали бабушка и дедушка, через что они прошли, как встали на ноги в новой стране и какие гены передали тебе в наследство.
Вот об этом речь в мюзикле «Как мои дедушка и бабушка полюбили друг друга». Спектакль идёт в манхэттенском внебродвейском театре 59E59. Само название театра указывает на его адрес.
Не дожидаясь выводов, которые может сделать читатель из моего отзыва, скажу, что спектакль очарователен. Этим словом редко пользуются профессиональные рецензенты, потому что о спектакле, о мюзикле так не говорят. Но именно слово «очаровательно» (charming) отражает мои чувства, возникшие после просмотра.
В небольшом зале, где менее чем 200 мест, расположенных амфитеатром, занавеса не было. Пока зрители рассаживались и ждали начала, звучали меланхоличные песни начала тридцатых годов прошлого века, погружавшие нас в атмосферу времени. Время и место обозначены и в декорациях. Булыжная мостовая. Светильники. На переднем плане слева круглый столик и два стула. За ними – барная стойка. По центру – три ступеньки как бы на улицу. Слева, за ставнями, шляпный магазинчик. Во время действия стало очевидно, что пространство небольшой сцены было использовано художником-декоратором максимально и весьма изобретательно.
Спектакль начинается с появления молодой женщины по имени Ива, которая говорит, что невозможно понять себя, не зная истории своей семьи, истории своих бабушек и дедушек, какими они были, как познакомились, как жили. Ива говорит, что на ней – платье её бабушки, которую звали Хава. Ива специально надела бабушкино платье, чтобы почувствовать себя Хавой.
Справа, позади барной стойки появляется пианист. Звучит музыка. Слева раскрываются ставни, мы видим шляпный магазин, в котором работает Хава. В магазин заходит молодй мужчина, примеряет шляпы. Начинается разговор, в котором английский перемежается со словами и даже с фразами на идише. Причём, идиш грамотный, чистый, без американского акцента (интересно, кто учил артистов такому красивому произношению? В театральной программке фамилия преподавателя не указана).
Итак, рассказ Ивы, ставшей Хавой, перешёл в действие, которое происходит в 1933 году. Чарли, родившийся в Польше и уехавший подростком в Америку, через десять лет возвращается в город своего детства, Ровно, чтобы найти себе невесту. Ему, 26-летнему, старший брат рекомендовал одну девушку, с которой взаимной симпатии не возникло. Чарли случайно встретил Хаву, весьма самостоятельную, амбициозную, вполне серьёзную девушку 21 года, работающую в шляпном магазине, мечтающую поступить в варшавский университет, чтобы стать лингвистом.
Она уже знает четыре языка – польский, русский, идиш и иврит, но хочет изучить больше языков и посвятить себя науке. Замуж она не собирается, уезжать из Польши не хочет – ведь это её страна. Нет, конечно, она хочет побывать и в других странах, в том числе в Америке. Однако жить хочет в родной Польше. Чарли понимает, что завоевать сердце этой девушки и увезти ее в Америку будет нелегко.
Но попытаться можно. Он приглашает её в кафе, где подают его любимые с детства блинчики и где можно поговорить и потанцевать. Чарли рассказывает Хаве о замечательном Хобокене, городке, в котором он живёт и где владеет вместе с братом сапожной мастерской. Чарли и Хава поют, выпивают немного шнапса, танцуют. Разумеется, речь заходит и о ситуации в мире: с приходом к власти в Германии Гитлера гонения на евреев идут по всей Европе. Нападения на евреев участились и в Польше. В Америке, утверждает Чарли, евреям намного безопаснее. В Америке любят евреев. В Америке нет антисемитизма.
В Америке не может быть фашизма. Хава не хочет слышать об отъезде. Она поддерживает идеи своего младшего брата, который верит, что антисемитизм в Польше можно победить активной борьбой, что немцы никогда не осмелятся войти в независимое польское государство, что никакой опасности для евреев Польши нет. А на следующий день в магазине, где она работает, чтобы поддерживать родителей и младших братьев и сестёр, стеклянную витрину разбивает булыжник. Хава обнаруживает записку: «Сегодня в Германии, завтра в Польше». Зрителю невольно приходит мысль о том, как важно евреям смотреть, анализировать, понимать, что происходит за пределами их собственного мирка, и предугадывать, чем всё может обернуться для них. Для чего? Для того, чтобы успеть уйти, уехать, уплыть или улететь не дожидаясь, когда двери захлопнутся.
Как в сталинском Советском Союзе евреи держали наготове узелок с тёплой одеждой на случай ареста, так в Европе 1930-х годов евреям надо было бы предусмотрительно готовить документы на выезд. В те годы в городе Ровно, который в составе Польше назывался Рувно, почти половину населения составляли евреи. К сожалению, в середине 30-х годов прошлого века, когда Германией правил Гитлер, а Советским Союзом Сталин, мало кто из ровенских евреев мог предугадать, что в 1939 году Красная армия оккупирует город, что новая власть закроет еврейские учебные заведения, еврейские благотворительные организации, арестует и вышлет в Сибирь или в Казахстан учителей идиша и иврита, еврейских журналистов, актёров…
Они не могли предугадать, что в 1941 году в Ровно придут немцы, будет создано гетто, где будут лютовать немецкие солдаты и украинские полицаи, и что в конце войны из почти 25 тысяч еврейских жителей Ровно 23 тысячи будут убиты. Погибнет и вся семья Хавы, потому что они не хотели уезжать. Только Хава, у которой возникли чувства к Чарли, и которая всё же решила уехать с ним в Америку, получив на то благословение матери, смогла спастись и продлить род.
Но то страшное время было только фоном в развитии действия мюзикла. Молодые герои спектакля были увлечены своими отношениями, чувствами, планами на будущее в Хобокене, штат Нью-Джерси. Их отъезд в Америку – это тот самый американский хэппи энд. Да, это ещё одна история любви, ещё одна love story, но с еврейским акцентом, то есть с грустным юмором, иронией, намёками и параллелями, на которые зрители реагируют то смехом, то вздохами.
А теперь самое время рассказать не о том, что, а о том, как. Как играют, поют, танцуют актёры. Это Харрис Милгрим (Чарли) и Бекка Сускауэр (Ива, Хава), которая посвятила эту роль памяти своей бабушки Раисы, пережившей Холокост. Артисты играют легко, и так же легко танцуют и поют. У них приятные голоса. Диалоги мягко и естественно перетекают в песни и обратно. В мюзикле звучат 19 песен, иногда трогательных, иногда ироничных, как, например, «О, Хобокен», вызывающая у зрителей улыбку. Улыбка остаётся на лицах и во время песни «Новая пара туфель». Но совсем другое, горькое чувство возникает, когда звучит песня «Почему они нас ненавидят?». Кстати, третьим участником мюзикла, постоянно пребывающим на сцене, является замечательный пианист-аккомпаниатор Аарон Бенхэм.
К досадным недостаткам актёрской игры можно отнести то, что в диалогах исполнители, слишком увлекаясь «правдой» отношений, как бы забывают о зрителях и теряют темпо-ритм, из-за чего внимание публики ослабевает, зрители перестают тянуться к сцене и откидываются к спинке кресла. Но такое происходит всего два-три раза за всё время спектакля. В целом же актёры играют с подкупающей искренностью и шармом.
В этом мюзикле, как говорится, всё сошлось. Гармонично сплелись драматургия (автор Кери Гиттер), музыка (композитор Нил Берг), тексты песен (Кери Гиттер и Нил Берг), постановка (режиссёр Сюзан Барабас), сценография (художник Джессика Паркс).
Между прочим, этот спектакль – гастрольный, ибо он прибыл из города Лонг Бранч, штат Нью-Джерси, и создан труппой театра New Jersey Repertory Company под руководством основателей этого театра Сюзан и Габором Барабас. Наши читатели, живущие в Нью-Джерси, могут гордиться своим репертуарным театром.
Мюзикл идёт около двух часов с антрактом. Есть не только вечерние, но и дневные спектакли. Поскольку мюзикл идёт на внебродвейской сцене театра «59Е59», стоимость билетов не высока – от 66 до 86 долларов. Посмотреть спектакль в Нью-Йорке можно только до 18 апреля.
Когда я рассказал своим знакомым о мюзикле «Как мои дедушка и бабушка полюбили друг друга», мне был задан вопрос: рекомендую ли я посмотреть этот спектакль? Я ответил: да.
Добавить комментарий