Жаклин

Опубликовано: 26 октября 2022 г.
Рубрики:

Наш теплоход стоял в Неаполе. Я вернулся из увольнения в город и отнес в каюту «школу». «Школой» почему-то моряки называли различное второсортное барахло, которое покупали за рубежом, чтобы потом его перепродать после возвращения домой и пополнить получаемую мизерную зарплату. Зарплата у моряков была маленькая, как и у большинства тружеников коммунизма в СССР. Для поддержания семьи приходилось заниматься «школой». В Неаполе недалеко от порта был прозванный моряками за его извилистость ломаный переулок, трущоба, где находились дешевые лавочки, торговавшие второсортным бракованным товаром, который не принимали в фирменные магазины. Это были нейлоновые плащи, косынки, недавно появившиеся шариковые авторучки и так далее. Все это не выпускалось в нашей стране и поэтому имело спрос на толчке. 

Была середина года, и стояла знойная южная погода. В каюте душно, и я отправился не свежий воздух на открытую прогулочную палубу. Тут находились скамейки для отдыха пассажиров и различные развлечения. Трое французов-пассажиров круиза, две женщины и мужчина, соревновались в набрасывании колец на вертикальную жердь. Мое внимание привлекла пассажирка, одетая не в модный современный наряд, а в народный национальный французский костюм Он был необычного покроя и из материала красивых ярких расцветок. Пассажирка повернулась в мою сторону и наши взгляды встретились. От ее взгляда я онемел, какое-то странное чувство овладело мною, я не мог отвести от нее глаз и уселся на стоящую рядом скамейку.

Пара французов ушла, а эта загадочная особа подошла ко мне и протянула кольца, предлагая начать соревнование. Это занятие с переменным успехом продлилось с десяток минут. Какая-то неведомая сила притягивала меня к этой женщине и не давала уйти. На палубе лежал волейбольный мяч с прикрепленным к нему шпагатом чтобы он не улетел за борт, Незнакомка подняла мяч и кинула в мою сторон. Я отбил мяч на нее. Началась наша игра. Вскоре на палубе появилось несколько моряков, подключившихся к нам. Незнакомка оказалась в центре круга, и все стали подавать мяч на нее.

Она не пропустила ни одного удара и ловко отбивала мяч на окружающих. После окончания нашего волейбольного состязания и ухода моряков, мы остались на палубе вдвоем. Я смотрел на загадочную незнакомку и не мог отвести от нее взгляда. Она подошла ко мне и назвала свое имя - Жаклин, а я назвал свое. Начался наш разговор на англо-немецком языке, так как я не знал французский. Английский я учил в школе и сдавал перевод страничек в институте, а немецкий подучил в раннем детстве. Я узнал, что она из Парижа и что ей очень понравился круиз и обслуживание на нашем лайнере, а также бассейн, в котором она каждый день с удовольствием плавала.

- Давай отдохнем и через час встретимся в бассейне, - предложила Жаклин. Я с радостью принял ее предложение и с нетерпением ждал этого момента. В назначенное время Жаклин была в помещении бассейна. Красивый в меру обнаженный купальник элегантно облегал ее стройную фигуру. При моем появлении она уверенно прыгнула в бассейн, и я последовал за ней. Наше совместное купание длилось довольно долго, Жаклин хорошо плавала и ныряла, и красиво прыгала в воду. Вдоволь накупавшись, мы с удовольствием отдыхали на одной из скамеек и наблюдали за остальными посетителями бассейна. Несмотря на мое слабое знание языка, каким-то непонятным образом я понимал каждую ее фразу иногда раньше ее произнесения, а она мою. Неведомая сила не позволяла нам расстаться, и мы с увлечением вели нашу беседу.

- Приходи после ужина в музыкальный салон, - неожиданно предложила мне Жаклин. - Я буду ждать тебя там. Посещать музыкальный салон членам экипажа не разрешалось, а туристы хотели общаться с моряками. Бывшая одесситка, мадам Гофман, глава французской фирмы, зафрахтовавшей наш теплоход, договорилась с нашим капитаном Дондуа, что один из столиков в музыкальном салоне будет для наших офицеров и вечерами они будут там вместе с туристами. Я условно занимал среднее положение между комсоставом и рядовыми членами экипажа. Я закончил не мореходное училищ, куда не мог поступить из-за не зависящих от меня причин, а гражданский ВУЗ по одинаковой с мореходкой специальностью электромеханика. Кодекс морского мореплавания требовал от претендентов на должность судового электромеханика лицам, окончившим гражданский ВУЗ, прослужить чисто в море на судах два года, независимо от имеющегося стажа и опыта при прежней работе на берегу. Так я очутился в среднем положении между комсоставом и рядовыми моряками.

Поэтому мне не препятствовали бывать вечерами в музыкальном салоне. Музыкальный салон находился на прогулочной палубе. У входа располагались два небольших уютных бара. Музыкальный салон украшала современная отделка и оригинальные светильники. В салоне размещались удлиненные столики с десятком стульев, на которых рассаживались отдыхающие. В центре салона была танцплощадка, а за ней сцена для артистов или музыкантов.

За одним из столиков в компании французов сидела Жаклин. На ней было красивое вечернее платье с глубоким вырезом на груди, которую украшало элегантное ожерелье. Платье плотно облегало ее, подчеркивая стройную фигуру. Голову украшала высокая копна волос, удачно обрамляя ее красивое лицо. Рядом с ней был один свободный стул. Усаживаюсь за стол комсостава в общество наших офицеров.

Музыка играет танцевальные мелодии. Жаклин подходит к нашему столику и приглашает меня на танец. Но это не танго или фокстрот, которые я умею танцевать, а незнакомый новый танец. Отказаться нельзя, идем к танцплощадке, и я объясняю Жаклин, что не умею танцевать этот танец, а в ответ слышу просьбу не волноваться: у нас все хорошо получится – и она начинает меня вести в ритмах этого танца. Ее рука крепко охватывает мою талию и прижимает к себе. К моему удивлению, я четко выполняю все шаги и повороты этого танца. Как это происходит, я не могу понять, но я уверенно повторяю все движения моего ведущего. Танец окончен, и Жаклин ведет меня к своему столику и усаживает на свободный стул. Французы оживленно приветствуют меня, но что они говорят я не понимаю, улыбаюсь в ответ и киваю головой. Бокалы, стоящие на столе, наполняются ароматным марочным вином и после тоста начинают опорожняться. У меня нет денег, чтобы заказать ответную бутылку, поэтому подношу бокал к губам и делаю маленький глоток ароматного вина, чтобы больше не наливали, если стакан опустеет. Один не знакомый для меня танец сменяется другим, и, к моему удивлению, я удачно выполняю все не знакомые для меня движения. Как это происходит, трудно понять. Я чувствую все сигналы передаваемые обхватывающей меня руки и прижатого ко мне тела Жаклин.

Но, кроме передаваемых физически команд, я мысленно воспринимаю поступающие ко мне команды от ее сознания. Между нами проходит безмолвный обмен мыслями, воспринимаемый дистанционно нашими мозгами. Двадцать два часа, музыкальный салон закрывается - и вся наша компания следует к лифтам и поднимается на верхнюю палубу. Тут расположен верхний бар с двумя рядами столиков. Из динамиков звучит танцевальная музыка, и бармен элегантно обслуживает клиентов за красивой стойкой бара. Помещение бара расположено сзади капитанского мостика. В бар два входа, один со стороны лифтов, а второй - со стороны капитанского мостика. Свободны два столика со стороны капитанского мостика, за которые усаживается наша компания. Бармен расставляет на наших столиках бутылки вина и бокалы. По виду, манерам и поведению состава нашей компании видно, что я попал в общество довольно высокого уровня.

Танцы продолжаются и наши взаимные объятия становятся все ближе и крепче. Я чувствую касающиеся меня упругие груди Жаклин и ее губы совсем близко от моих и как будто бы готовые принять мой страстный поцелуй, временами ее щека касается моей щеки. На один из танцев Жаклин уходит с красивым парнем, сидящим за нашим столиком. И в этот момент в дверях бара со стороны лифтов появляется помполит (помощник капитана по политической части – бдительный надзиратель над командой от КГБ). Встреча в баре в такое позднее время в обществе французов грозит мне серьезными неприятностями. Противоположный выход рядом, и я моментально выскакиваю из бара и оказываюсь около наружного крыла капитанского мостика. Тихая теплая ночь окутывает просторы Средиземного моря. Красивая лунная дорожка пролегла к борту нашего судна. Наш теплоход разрезает морскую гладь, отбрасывая в сторону пенные фосфорисцырующие брызги воды.

Широкие окна бара позволяют видеть все происходящее внутри него. Помполит не спеша проследовал от одного конца бара до другого, внимательно разглядывая посетителей, подошел к стойке бара, где бармен налил чего-то в бокал, осушил бокал и удалился в сторону лифтов. Возвращаюсь в бар. Жаклин сидит одна за столиком, пары наших компаньонов танцуют. Ее лицо, совсем недавно излучавшее чувство радости от нашего общения, неподвижно, губы поджаты, а глаза устремлены куда-то вдаль. Увидев меня, ее лицо моментально изменяется в радостной улыбке, и она бросается ко мне навстречу. - Извини меня, - звучит ее радостный голос, что я тебя не предупредила и пошла танцевать с этим парнем. Он очень хорошо танцует. Этот танец новый, и я просила научить меня, что он и сделал. Я так обрадована, что ты не ушел, а вернулся. 

Я не стал ничего объяснять и промолчал, а в душе был рад ее переживаниям. И вот мы снова вместе и наша сказочная встреча продолжается.

Но время неумолимо приближается к полуночи, и бар закрывается, посетители направляются к лифтам. Мы с Жаклин выходим последними и вдвоем заходим в кабину. Двери лифта закрываются, и он плавно опускается вниз. Как не хочется расставаться с этой сказочной женщиной, встречу с которой послала мне судьба. И вдруг руки Жаклин охватывают мою шею и ее губы дарят мне горячий поцелуй, ее язычек раздвигает мои губы и ласково касается моего языка. Ее грудь плотно прижата к моей, и я улавливаю удары ее сердца. Кабина лифта останавливается на палубе, на которой размещены дорогие одноместные каюты. Пора выходить, но мы не в силах прервать этот волшебный момент. Но всему приходит конец. Жаклин раскрывает свою изящную сумочку, показывает пачку денег и говорит, что эту подаренную нам судьбой ночь мы проведем вместе и ни в чем себе не откажем, оплатив наши минуты счастья этими деньгами. Идем в мою каюту. Глаза ее сияют, и она радостно улыбаются. Еще немного, еще чуть-чуть - и наши тела сольются вместе в божественном порыве совокупления. 

 И тут на какое-то мгновение передо мной всплывает лицо моего друга, Виктора Коростылева, который попал в аналогичную ситуацию, лишился визы и возможности быть на флоте. С ним я был в рейсе в Атлантику к рыбакам на “Украине” ,и вместе мы попали в команду “Тараса Шевченко”. Срочную службу в армии он проходил в Румынии и хорошо овладел их языком. Румынский язык, родственный итальянскому, и Виктор старался общаться с итальянскими туристами, когда они совершали круизы на нашем теплоходе. Когда были немцы или французы, Виктор был к ним равнодушен. Он мне рассказал о своих планах – хорошо освоить итальянский язык и поменять специальность электрика на администратора, а затем и пассажирского помощника капитана. Дирекция круиза часто обращалась к Виктору как к переводчику, и он успешно справлялся. В одном из круизов в итальянской администрации была молодая красивая девушка, с которой Виктор проводил вместе много свободного от вахт времени. Итальянка влюбилась в Виктора, и при окончании круиза на глазах помполита, расставаясь с Виктором на трапе, крепко обняла и расцеловала его.

 В следующем круизе с немцами при нахождении в африканском порту неожиданно Виктору приказали прибыть на выход с теплохода с вещами, где его встретили два незнакомца и ничего не объяснив, отвезли в аэропорт. Он оказался в Одессе, где ему объявили, что ему закрыта виза и он уволен из пароходства. Оказалось, что его итальянская симпатия прислала на теплоход письмо, в котором сообщалось, что в ближайший заход нашего теплохода в Неаполь она будет встречать Виктора с родителями на автомобиле и покажет все достопримечательности города. Письмо на теплоходе попало к проверяющему всю переписку помполиту, который решил, что Виктор собирается убежать с теплохода и принял соответствующие меры, которые продолжило КГБ в Одессе. 

Всплывает в памяти нелегкий путь моего поступления на флот - моей страстной мечты молодости, на дороге к которой оказались огромные препятствия. Мой отец сказал одну фразу против возвеличивания Сталина и получил срок по статье 64.10 - агитация против советской власти, а я стал сыном врага народа. В Мореходку и в Водный институт до экзаменов меня не допустили еще на мандатной комиссии, прочитав графу об отце. Поступил в Политехнический на ту же специальность электромеханика, а по окончании - 3 года обязательной отработки на комбинате “Запорожсталь”, и еще там же 4 года без надежды на дорогу в море. И вот отец после отбытия срока и смерти Сталина реабилитирован - мне открыта виза. И вот моя мечта сбылась - и я на флоте. 

 Что мне делать? На каждой палубе круглосуточная вахта стюардесс, и коридоры кают под их наблюдением. Помполит опрашивает их, кто из команды появлялся в их заведывание в неурочное время, а дальше следуют соответствующие выводы - и прощай море. Держу в своих объятиях трепещущее тело Жаклин, готовое доставить, самые лучшие в жизни человека посланные Всевышним минуты взаимного счастья. Какой сделать выбор: бесподобная ночь с Жаклин и повторение судьбы моего друга или море ? Конечно море ! Делаю неимоверное усилие над собой, чтобы разжать свои руки и выпустить из них такое желанное тело впервые в жизни встретившейся мне этой необыкновенной женщины.  

 - Дорогая, через пять минут начинается моя вахта, и я должен расстаться с тобой, прости, но такова суровая жизнь, иначе меня ждут крупные неприятности. Еще раз я крепко обнимаю её божественное тело, крепко целую, открываю дверь лифта и покидаю Жаклин. 

На следующий день наш теплоход прибывает в Марсель. Неожиданно меня находит вахтенный матрос и говорит, что меня просит пассажирка прийти к трапу. Бросаю выполняемую работу по ревизии электродвигателя и спешу к трапу, где, конечно, меня ждёт волшебница Жаклин. Лицо её опечалено, а в глазах вместо чудесного блеска слёзы. Звучат её последние незабываемые слова. 

– Какой ты необыкновенный и как не похож на остальных мужчин. Как жаль, что судьба разлучает нас, но я никогда тебя не забуду. Мои губы обжигает её горячий поцелуй. 

- Дорогая, дай мне твоё фото, чтобы я мог смотреть на него и вспоминать волшебные минуты, подаренные нам судьбой.

- У меня только фото для паспорта туриста - вот это, - показывает она мне. Я выхватываю это фото, а она медленно идёт к трапу и спускается на землю родной ей Франции. 

 С тех пор прошла половина столетия. В моей жизни были встречи с другими женщинами, удачная свадьба с одной из них и дружная долгая совместная жизнь до дня её смерти. Но такого взаимного очарования, притяжения и взаимопонимания, которое случилось при моей встречи с волшебницей Жаклин, больше никогда не было и забыть эти сказочные мгновения я не могу до сих пор. Я смотрю на её маленькую фотографию довольно часто, и в моей памяти всплывают те неповторимые чувства, которые я испытал при нашей встрече. 

Говорят, что если взять пятьсот монет, разрубить их пополам, перемешать половинки и сложить, то только одна монета найдёт свою половину, а между остальными парами будут неровности в месте их соединений, где-то большие, а где-то меньшие. Так и в жизни людей. Пары сходятся в совместной жизни, где большая несогласованность – они расстаются, где малая - продолжают совместную жизнь, но все равно в чем-то не понимают друг друга. 

 Наверно, Жаклин была именно той половинкой, которая полностью совпадала с моей. Но суровые законы железного занавеса в СССР не дали возможности соединить нам наши судьбы.

 

Комментарии

Аватар пользователя Михаил Гаузнер

Этот рассказ - одно из нечасто встречающихся описаний искренних чувств, без ханжества и лицемерия. К сожалению, нас много десятков лет успешно отучали от этого, поощряя официозную "мораль" ("Прежде всего ты коммунист!" или вариации на эту тему). Одновременно описаны реалии нашей жизни, заставлявшие идти на сделки с самим собой. А то, с каким знаком получался результат, каждый определял для себя сам. По крайней мере, автор был и остался честен, иначе не написал бы так откровенно. Спасибо ему!