Собственно говоря, моя сфера - поэзия, а не изучение мифологии. Поэтому справка пренадлежит не мне, а заимствована из одной общедоступной энциклопедии. "В славянской мифологии Марена (Марана, Морёна, Маржана, Маржёна) связывается с воплощением смерти, с сезонными ритуалами умирания и воскресения природы. Богиня Марена устанавливает на земле свое Царство снегов и морозов до прихода Весны. Мара-Морена издревле почиталась как Тёмный Лик Великой Богини — Матери всего сущего. Если Светлая Жива даёт всякому животу жизнь и тепло, то Тёмная Мара обрекает всё отжившее на смерть и хлад. Созидание и разрушение, жизнь и смерть — две стороны Бытия, которые не существуют по отдельности, но действуют всегда сообща. Без смерти нет обновления и возрождения. В славянской мифологии Марена величается Зимней и кощной Владычицей, Кощной Повелительницей (Повелительницей Смерти). К этому дню устанавливается полноценная зимняя погода. На зачине не произносится никаких славлений, не приносятся жертвы и требы. Обавница провозглашает: «А ни Мара ни Морока не смиемо славити».После этого люди, чтобы показать, что не боятся Марены, идут на болото, где тушат горящие головни в болотной елани (незамерзшей трясине). Обрядовая пища в этот день включает кисель, оладьи, морковь, репу".
--
Теперь обратимся всё же к поэзии, для которой отечественная мифология является великим источником. Даже истоком.
Два стихотворения двух классиков русского сонета. А иллюстрацией может быть вид родного русского болота, того простецкого Соляриса, который порою создает упоительно-туманные видения! Да, "марево" (не в родстве ли это слово с Мареной?)
Петр БУТУРЛИН (1859 - 1895)
НАВИЙ ДЕНЬ - РАДУНИЦА
Ярило кликнул клич, - и зерна под землей
Проснулись, и поля ковром зазеленели.
К касаткам в дивный край, где зреет рожь зимой,
Донесся вешний зов, - касатки прилетели!
Промчался дальше он! И в этой мгле седой,
Где в вечном холоде чудовищной метели
Тоскует мертвый люд по горести земной,
Он резко прозвенел, как ночью звук свирели...
И стала от него Морена вдруг без сил,
И вихорь душ к земле и к жизни улетает,
Назад к земле, где смерть Ярило победил,
К земле, где в Навий день народ среди могил
С радушной песнею покойников встречает
От золотой зари до золотых светил.
Александр КОНДРАТЬЕВ (1876 - 1967)
МАРЕНА-СОПЕРНИЦА
Сверкает искрами мой величавый трон.
У ступеней его стоят толпою слуги,
Мороза демоны и бесы снежной вьюги,
И рабски в очи мне глядят со всех сторон.
Но взор мой высоко на небо устремлен.
Бровей нахмуренных почти сомкнулись дуги.
Тоскует вещее в мучительном недуге…
Горит загадочно звездами небосклон.
Их тайну разгадать сумею я. «С алмазом
Магическим подай мне скипетр мой, Студит!» –
«Вот он, Великая!» Припавши к камню глазом,
Я вижу сквозь него, что высота таит:
У Лета колыбель средь терема стоит,
И девы звездные пред ней склонились разом…
