Памятные встречи. Ванесса Редгрейв такая, какая есть

Опубликовано: 5 января 2022 г.
Рубрики:

 В конце 60-х годов в московском Доме кино я впервые увидел на экране Ванессу Редгрейв. Она играла Айседору Дункан. Играла великолепно. С тех пор каждая встреча с Ванессой Редгрейв на экране или позднее в Нью-Йорке на театральной сцене становилась для меня новым потрясением. Для меня она была актрисой загадочного таланта, загадочной правды характера, загадочного перевоплощения.

И вот однажды у этой одной из талантливейших актрис нашего времени, представительницы знаменитой актёрской династии мне посчастливилось взять интервью.

Это произошло в Нью-Йорке в 1989 году. Из-за текущих дел перевод интервью на русский язык я всё время откладывал, пока совсем не забыл о нём. Магнитофонная запись лежала в архиве. Наконец, спустя много лет, я впервые публикую это интервью, которое, на мой взгляд, ничуть не устарело.

Даже наоборот, во многом актуально именно теперь, когда решением Верховного суда России ликвидировано объявленное иностранным агентом Общество «Международный Мемориал», занимавшееся расследованием сталинских репрессий. 

 Чтобы портрет Ванессы Редгрейв был более выпуклым, чтобы план, говоря языком кино, оказался более крупным, я прибегнул к цитатам из автобиографической повести актёра и писателя Сергея Юрского «Игра в жизнь», где Ванессе Редгрейв посвящена отдельная глава. 

 

 Из книги Сергея Юрского «Игра в жизнь»:

 Ванесса поверх всего и прежде всего занимается политикой. Политика определяет ее решения и поступки. Искусством, для которого создал ее Бог, она занимается легко, как чем–то вспомогательным.

 

 По инициативе Ванессы Редгрейв и её кинокомпании, был назначен вечер памяти жертв сталинского террора. В этом уже явно видится переплетение искусства и политики. Поэтому, естественно, разговор шёл о том и о другом. Хотя, соглашаясь на интервью, актриса предупредила, что вопросов политики она не хотела бы касаться. Однако избежать этих вопросов ей не удалось. Причём, она начала первой: 

 - 7 ноября 1987 года отмечалось 70-летие Октябрьской революции в России. Наш театр получил для ознакомления несколько новых пьес о достижениях революции, о проблемах, которые она принесла в прошлом и которые не изжиты до настоящего времени. Интерес к Октябрьской революции и её последствиям мы видим у зрителей, которые заполняют театральные залы на постановках спектаклей о Русской революции, и у читателей, прежде всего у читателей в университетских библиотеках, заказывающих книги по истории Советского Союза. Особый интерес вызывают материалы о сталинских репрессиях и их жертвах. Я не раз подписывала письма с требованием к советским властям создать памятники жертвам репрессий, мемориальные центры, музеи...

 - ...В разных городах Германии, Польши, других государств есть музеи памяти жертв и нацизма, и коммунизма... 

 - Всю мою сознательную жизнь я выступала против сталинизма, против сталинских преступлений, считая, что история преступлений Сталина должна быть известна. У людей могут быть разные политические убеждения, это совершенно естественно, плюрализм идей и мнений должен существовать в цивилизованном обществе, но правда, историческая правда, о том ужасном периоде должна быть сказана и признана во всём мире, тем более, что сталинизм не скончался вместе со Сталиным. В процессе работы над созданием международного Общества «Мемориал» мы встретились с несколькими писателями, поэтами, драматургами, артистами, вошедшими в его состав. Некоторые из них сами были жертвами репрессий или родственниками жертв. Наконец, в январе 1989 года состоялась конференция, на которой было объявлено о создании «Мемориала». В ноябре того же 1989 года у нас был концерт в лондонском театре «Адельфи». Там мы собрали небольшую сумму - 5 тысяч фунтов стерлингов в фонд «Мемориала». На конференции почётным президентом «Мемориала» был избран академик Андрей Сахаров, среди учредителей Общества были Юрий Афанасьев, ректор Московского государственного историко-архивного института, поэт Евгений Евтушенко, который стал сопредстедателем Общества «Мемориал», Виталий Коротич – главный редактор журнала «Огонёк», Алесь Адамович от «Литературной газеты», Егор Яковлев от «Московских новостей», Михаил Ульянов от Всероссийского театрального общества, Михаил Шатров – драматург, известный далеко за пределами своей страны. Мы очень активно поддерживали Общество «Мемориал» за его благородные цели по реабилитации всех невинных жертв сталинских репрессий. «Мемориал» хотел восстановить гражданские права пострадавших, вернуть им доброе имя, потребовать выплаты компенсаций, ибо речь идёт о людях, которых незаконно лишали свободы или гражданства, кстати, не только во времена Сталина, но также во времена Хрущёва, Брежнева... Свидетельства, написанные как международно признанными, так и совершенно рядовыми жертвами репрессий, или изложенные ими в интервью, должны быть собраны, изучены и опубликованы и все исторические документы, протоколы допросов, доносы, показания свидетелей и сотрудников НКВД, МВД, КГБ должны быть в открытом доступе и оцифрованы для просмотра в электронном виде. Если есть в закрытых хранилищах художественные или документальные фильмы на эту тему, если есть кинохроника и другие видеоматериалы, связанные с политическими, национальными, религиозными преследованиями, то они тоже должны быть в доступном и открытом просмотре. Архивы, с которыми пока разрешено работать только некоторым историкам и исследователям, у которых есть допуск, должны стать открытыми для любых желающих, в том числе и для иностранцев, для всех, кто хочет, должен и имеет право знать, что происходило в СССР, в странах социалистического лагеря, контролируемого Кремлём. Это необходимо для того, чтобы не допустить повторения тех ужасных несправедливостей. Евгений Евтушенко направил нам специальное послание, которое я получила в Лондоне. Евтушенко писал, что мы должны объяснять людям в Лондоне или в Нью-Йорке, в каких ужасных условиях жили в СССР при Сталине. Помимо того, что, вероятно, более 20 миллионов советских людей погибло во время войны с фашизмом, ещё больше, но точные цифры до сих пор неизвестны, было уничтожено в результате войны советского государства с собственным народом от имени того же народа. По некоторым данным, более 20 миллионов советских людей было объявлено врагами советского народа, то есть врагами самих себя. Вот почему, объяснял Евтушенко, мы должны помнить об этом и помогать Обществу «Мемориал». Он говорил, что Общество «Мемориал» рассчитывает на международную помощь ради демократизации и полной десталинизации в Советском Союзе и в других странах. 

 

Из книги Сергея Юрского «Игра в жизнь»:

 Ванесса ненавидела капитализм. Знаменитая английская актриса приехала в СССР сниматься в американском фильме. Но куда больше фильма ее интересовал социализм. Сталинский режим и его отголоски, как всякая несправедливость, как всякое насилие, вызывали в ней ненависть. Она видела и осуждала ханжество и ложь брежневского правления . Но все это было для нее ИЗВРАЩЕНИЕМ СВЕТЛЫХ ЧЕРТ подлинного социализма. Она страстно сочувствует диссидентам. В них она видит братьев по борьбе за подлинную свободу.

 

 - Десталинизация, открытие архивов, правда о сталинском терроре, покаяние – это дело тех, кто жил в той стране, кто пострадал, и дело их потомков. Почему вы, британская актриса, участвуете в этом и призываете Запад помогать «Мемориалу»? Что вам Гекуба?

 - Одна из основных исторических задач человечества – отказ от ядерного оружия и создание климата доверия между народами и государствами. За это выступает Общество «Мемориал». Давайте создавать и расширять «Мемориал» вместе. Потому что только общая память обо всех преступлениях против человечества в мировой истории – краеугольный камень человеческой совести. Гласность – вот реальный путь к излечению от преступлений, совершённых в прошлом, и от повторения их в будущем. Поэтому мы хотим продолжать оказывать открытую международную помощь Обществу «Мемориал». Мы считаем это очень важным делом. Ради этого мы организовываем концерты, в частности, в Нью-Йорке. Само количество известных актёров, согласившихся принять в этом участие, говорит за себя. 

 - Вы не так давно побывали в России, видели своими глазами, что происходит в стране. Верите ли вы в долгосрочный успех «Перестройки»? Укоренится ли «Гласность» в сознании россиян?

 - Важно не то, что я думаю, или что вы думаете, или кто-то ещё думает, станет ли успешной десталинизация, укоренится ли гласность в сознании россиян, а важно, чтобы это произошло. Это должно произойти. Без отказа от ошибок прошлого, без раскаяния и покаяния за прошлые злодеяния не может быть будущего ни у страны, ни у ее народа. А мы, в свою очередь, должны помогать этому процессу. Я всем сердцем поддерживаю демократические изменения, которым противятся очень серьёзные силы в России. Я, как человек искусства, и в соответствии со своими гражданскими убеждениями, поддерживаю цели Общества «Мемориал» и готова оказывать им практическую помощь, в том числе своим участием в концертах, от которых часть сбора пойдёт в фонд «Мемориала». «Перестройка» должна продолжаться не только в политике или экономике, но прежде всего в сознании, в психологии граждан страны. А «Гласность» есть суть «Перестройки». Гласность ориентирует людей на отказ от лжи, это и есть главная задача перестройки сознания. Многие не понимают, что главные проблемы, с которыми мир сталкивается сегодня, берут начало в 20-х-30-х-40-х годах двадцатого века. Не хочу вдаваться в подробности, но если мы изучим нашу историю, если изучим историю первой половины 20 века и сделаем верные выводы, то найдём решение сегодняшних проблем. Я убеждена в этом. Так что вопрос не в том, насколько успешными окажутся результаты «Перестройки» и «Гласности» без нашей помощи, а в том, что мы обязаны помогать этому процессу, пока не убедимся, что к прошлому возврата не будет. 

 - Не кажется ли вам, что движение за десталинизацию, и, в частности, Общество «Мемориал» носит, по сути, оппозиционный характер и расходится с целями кремлёвского руководства? 

 - Мне даже не нужно время для обдумывания ответа. Это движение терапевтическое, призванное излечить страну и разбудить совесть народа. Я читала устав «Мемориала», поскольку являюсь иностранным членом этого общества и знаю, что это движение не политическое. Оно создано для установления и сохранения исторической правды, исторической справедливости по отношению к невинно загубленным жизням. Историческая правда и справедливость необходимы не только в отношении умерших. Правда о прошлом нужна ныне живущим и будущим поколениям. Мы чтим жертв несправедливости не только для того, чтобы помнить о них. Они становятся частью жизни и знаний тех, кто живёт сегодня. И это даст представление о нас тем, кто придёт вслед за нами. Те, кто помнит о своих загубленных предках, о родственниках, земляках, соотечественниках, своей памятью восстанавливают их человеческие права. Конечно, вопросы политики связаны с вопросами истории. Общество «Мемориал», будучи убеждено в необходимости установления истины, не ставит задачей навязывать кому-то своё мнение, но и отвергает навязывание иного мнения путём силового давления или прямого насилия. Это провозглашено в хартии «Мемориала». Сам «Мемориал» возник в результате политики «Гласности». Если государство исповедует открытость по всем вопросам, если в стране существует свобода мнений и право не соглашаться с мнением других, в том числе с мнением большинства или с мнением собственного правительства, и если несогласие не будет наказуемо, и не подвергнутся преследованиям ни те, кто открыто высказывает своё мнение, ни те, кто молчит в знак несогласия с властью, если не будет обвинений в том, что несогласие с властью, мол, продиктовано политическими целями, или, наоборот, продиктовано аполитичностью – значит одна из основных задач «Мемориала» достигнута. Правда должна быть доступной и не наказуемой. А установить правду можно путём серьёзного изучения архивных документов, показаний свидетелей или их наследников – хранителей семейной истории. Плюрализм неотделим от исторической правды. В стране должны существовать условия для свободного обмена идеями без опасений за свою свободу. Для этого и было создано Общество «Мемориал». Об этом можно больше узнать из выступлений и статей Михаила Шатрова, действительного члена общественного совета «Мемориала», в отличие от меня – всего лишь почётного иностранного члена общества.

 

Из книги Сергея Юрского «Игра в жизнь»:

 Страдание — прошлое и настоящее — вызывает ее мгновенную реакцию и побуждает к действию. Мир переполнен страданием, и стоны слышатся из всех углов. Ванесса кидается на помощь. Для стороннего наблюдателя ее порывы могут казаться проявлением непоследовательности: она поддерживает евреев, страдающих от антисемитизма и в России, и в Штатах, а потом спешит на помощь палестинцам, права которых ущемлены Израилем. В одиночку затевает и проводит международные конференции со сбором средств в пользу беженцев, организует митинги, гигантские благотворительные концерты звезд. Сколько же, помилуй Господи, у нее возможностей убежать с этими звездами под ручку в мир балов и цветных обложек, сколько способов на уровне элиты НЕ ЗНАТЬ, что вокруг торчит людское неблагополучие! Как уютно могла бы она баюкать собственный талант, вкушая рай всех видов комфорта! Чего надо ей, это высокой леди?

 

 - Известно, что трагедия народов СССР в годы правления Сталина и в послесталинские годы проходила в соответствие с коммунистической идеологией. Нельзя забывать, что Сталин был Генеральным секретарём ЦК ВКП (б). Коммунистическая партия навсегда связана с именем Сталина и, следовательно, со сталинскими репрессиями, направленными и против малых народов, в том числе евреев, и против интеллигенции, и против крестьян. Иногда и вас, Ванессу Редгрейв, актрису, общественного деятеля, политического активиста обвиняют в том, что вы симпатизируете коммунистическим идеям, что вам не чужды антисемитские настроения. Как это всё вяжется с вашей поддержкой Общества «Мемориал»? Не противоречит ли одно другому?

 - Ну, прежде всего я верю в право на самоопределение угнетаемых народов. Я также сторонница ленинских принципов и с глубокой симпатией отношусь к ленинскому Политбюро, кроме фигуры Сталина. Я считаю Ленина и Троцкого великими революционерами. Таковы мои политические взгляды, которых я последовательно придерживаюсь. 

 - Ленину и Троцкому, а также членам ленинского Политбюро вы симпатизируете потому, что они стали жертвами Сталина?

 - Да, жертвами, и часто невинными жертвами в борьбе Сталина за власть.

 - Есть у русских поговорка «Два сапога пара».

 - Quite a pair. 

 - Да. Но вместе им было тесно. Сталин и Троцкий оказались несовместимы в одной стране, а затем и на одной планете. Вы думаете, если бы Троцкий победил и стал вождём вместо Сталина, было меньше террора, меньше жертв в стране и в мире? 

 - Уверена. Сейчас нет времени объяснять мои политические воззрения. Тем более что мы с вами беседуем о праве на свободный обмен мнениями. За свободу мнений боролись многие умы в Советском Союзе и поплатились за это свободой и даже жизнью. Страшные преступления совершались против людей, в том числе против евреев. Это была преднамеренно направленная против евреев, антисемитская программа позднесталинского правления. Впрочем, со смертью Сталина антисемитизм в Кремле ещё долго не умирал. Я помню интервью ленинградского преподавателя и публициста Нины Андреевой, опубликованное в International Herald Tribune (она во время «Перестройки» перестала давать интервью российским газетам). И она в интервью делала откровенно антисемитские заявления, которые не были голосом из далёкого прошлого. Это был голос нашей современницы. Я не разделяю мнение таких людей, но я за то, чтобы каждый мог свободно высказаться по любому вопросу. Я приехала в Нью-Йорк из Англии не для того, чтобы использовать мою актёрскую известность для политических выступлений, тем более для опровержения приписываемых мне высказываний. Когда меня как актрису просят дать интервью я говорю о своей профессии, а не о политике. Иногда я соглашаюсь поделиться своими политическим взглядами, если меня заранее просят именно об этом. Я могу принять участие в разговоре с людьми противоположных политических установок, если нас объединяет более важное дело. Есть вещи поважнее, чем противоположные политические воззрения. Мы с вами знаем, хотя многие либо забыли, либо вообще понятия не имеют о том, что при Сталине и его последователях в СССР проводился настоящий еврейский погром. Был вырезан цвет еврейской культуры на языке идиш, закрыты еврейские учебные заведения, уничтожены многие еврейские писатели, поэты, актёры, режиссёры, врачи, учёные и даже простые рабочие. Их расстреливали, ссылали в лагеря, высылали на поселения, лишали работы и средств к существованию. Этот погром длился годами. Общество «Мемориал» создано для того, чтобы все мы помнили о жертвах тех погромов, и чтобы мы успели выслушать и записать показания свидетелей той трагедии.

 

 Из книги Сергея Юрского «Игра в жизнь»:

 Могу только предполагать и осмелюсь свое предположение высказать, потому что волнует меня феномен этой божественно одаренной актрисы. Превыше всех чувств (мне кажется) в ней развито чувство сострадания. Трагическая судьба Льва Давидовича — взлет, смелость, колоссальное влияние, травля, изгнание, преследование, жизнь в осаде, покушения, предательство, подлое убийство — вот источник ее многолетнего сострадания и деятельного поклонения. 

 

 - Судя по тому, как вы говорите о трагедии еврейского народа в СССР, о государственном антисемитизме, трудно себе представить, почему вас обвиняют в выступлениях против евреев, против государства Израиль... 

 - Вчера я могла говорить одно, сегодня - другое. Судите по моим делам, а не по словам. 

 - Любой человек в течение своей жизни может менять взгляды. Начиная участвовать в общественно-политических движениях вы занимали более пропалестинскую, антиизраильскую позицию. С годами произошли какие-то изменения в ваших взглядах?

 - Конечно, мои политические взгляды развивались и изменялись по мере накопления жизненного опыта точно так же, как менялся мой подход к актёрской профессии. Отдельные взгляды могут меняться, но не принципы. Принципы у меня не меняются. Вопросы политики – это вопросы политики, и они стоят отдельно. Но убеждения... Я твёрдо убеждена, что у всех угнетаемых народов, в том числе у палестинцев, у всех эксплуатируемых есть права. И все, кто угнетает другие народы, подвергают страданиям и унижениям не только эти народы, но и себя, свой собственный народ, свою собственную страну. Такова моя точка зрения. Возьмём, к примеру, мою Великобританию. На протяжении нашей истории мы угнетали очень многие народы. Я всю свою жизнь чувствовала вину моей страны перед другими народами. Но я бы предпочла не углубляться в вопросы политики. Не для того я согласилась дать вам это интервью. Политические вопросы не имеют отношения к концерту, о котором мы говорили сначала. Мне кажется, что пришло время объединиться людям из разных стран и обсудить, как мы все вместе можем изменить ситуацию, изменить жизни преследуемых, униженных и оскорблённых. Я считаю, что мы ничего не сможем сделать до тех пор, пока не узнаем истинную историю своей страны, пока не узнаем правду о репрессиях государства против своих граждан и против других народов. Я полностью согласна с Евтушенко, который писал нам в своём замечательном послании: «Пусть лепестки пламени летят с наших ладоней в окно истории». (Это он говорил о зажигании мемориальных свечей на Лубянке.) «Пусть свет летит через океан. И пусть один из лучей от факела Статуи Свободы зажжёт луч памяти о замученных в далёкой России. Пусть совесть разных людей, разных народов сольётся в единую совесть человечества. Все мы – человечество, и нам присуща человечность, гуманизм, гуманность. Но кроме духовных сокровищ, в истории человечества есть чудовищные преступления. И часто всего лишь секунды отделяют одно от другого. Так, бывало, в истории и Америки, и России. Мы все должны осознать наши трагические ошибки и покаяться в них. Покаяться, даже если мы лично ни в чём не виноваты. Покаяться за свою страну. Покаяться, чтобы этим уберечь себя, свой народ, свою страну от подобных преступлений в будущем». Вот о чём писал Евтушенко. 

 

Из книги Сергея Юрского «Игра в жизнь»:

 Чередовались имена: Троцкий, Сталин, Солженицын, Волкогонов… Речь шла о справедливости и несправедливости, о страданиях, но одеяния политических концепций, надетые поверх людских судеб, часто скрывали от меня истинную суть явлений. Фигуры то прояснялись, то затуманивались. Речь шла о том, что в современном мире человек живет в невыносимом напряжении, на грани возможного. Речь шла о неизбежном и близком крахе фальшивой капиталистической системы. Иногда формулировки были похожи на знакомые “предмайские” призывы ЦК родной партии. Но интонация! Не ханжеская, мнимо–мужественная, при этом подхалимская речь наемника, а искренняя, опирающаяся на знание, на собственный опыт, убежденная и убедительная речь человека ОТТУДА. 

 

 - В вашей жизни равную роль играют и театральная сцена, и общественно-политическая деятельность. Каковы ваши планы в обеих ипостасях?

 - Я не могу говорить о политических планах, ибо не хочу. Я бы могла дать отдельное интервью на эту тему, если бы это было оговорено заранее, и я получила заранее вопросы, ответы на которые у меня было бы время обдумать. Поэтому в нашем с вами разговоре сейчас я не хочу рассуждать о своих политических планах. А что касается моих профессиональных планов, то надеюсь поработать над экранизацией романа прекрасной американской писательницы Карсон Маккалерс «Баллада о печальном кафе» («Баллада о невесёлом кабачке»). Инсценировку и киносценарий написал Эдвард Олби. Производство киностудии Merchant Ivory. А ещё я загорелась новой работой, которую предложила мне Галина Волчек, главный режиссёр театра «Современник». В феврале 1989 года Волчек показала спектакль «Крутой маршрут» по книге Евгении Семёновны Гинзбург. Я вместе с моими коллегами, деятелями искусства, сделала всё возможное, чтобы этот спектакль увидели в Америке, в Сиэтле, летом 1990 года во время Игр доброй воли. Я стараюсь собрать как можно больше денег для показа этого спектакля в Вашингтоне, в Нью-Йорке, в Лондоне. Это, как я считаю, моя первостепенная обязанность, ибо хочу, чтобы история Евгении Гинзбург стала широко известной на Западе. А Галина Волчек предложила мне синхронно озвучить перевод спектакля на английский, чтобы зрители могли лучше понять и оценить не только игру актёров, но и текст пьесы. Евгению Гинзбург играет в спектакле Марина Неелова. «Современник» сделал прекрасный спектакль. Я не хочу, чтобы зрители, услышав мой голос в наушниках, подумали, что я – переводчик, знающий русский язык. Я не владею русским, как не владею, по-настоящему, никаким иностранным языком, к сожалению. Я могу произнести несколько слов по-русски, могу что-то понять и даже прочитать, если текст печатный, а не рукописный. У меня есть опыт синхронного произнесения текста. Я делала это в 1987 году для московского театра имени Маяковского, который показал спектакль «Завтра была война» по повести Бориса Васильева. Я читаю текст не как переводчик, а как актриса, которая чувствует тему и эмоции актёров, и помогает зрителям не только видеть, но и слышать на родном языке то, что говорят русские актёры. Я пытаюсь сделать так, чтобы реакция зрителей, и понимающих, и не понимающих по-русски, была одновременной. Тогда легче возникает связь между сценой и зрительным залом. Я дала Галине Волчек согласие на участие в её спектакле в качестве диктора-переводчика без оплаты за мою работу. Театр оплатит только мои расходы. Повторяю, я считаю «Крутой маршрут» очень важным спектаклем о сталинских репрессиях, в жернова которых попала Евгения Гинзбург в 1937 году, на пике сталинского террора, когда были организованы показательные процессы в Москве. Евгения и другие такие же женщины в Бутырке, в разных тюрьмах, на Колыме, в разных лагерях подвергались унизительным допросам, пыткам, насилиям. Актёры «Современника» играют этот спектакль с такой пронзительной правдой и с таким высоким уровнем актёрского мастерства, что я готова отложить любые свои планы, отказаться от любых предложений, лишь бы принять своё скромное участие в том, чтобы англоязычные зрители увидели этот спектакль. Когда я прочитала воспоминания Евгении Гинзбург, я спросила себя, почему книга «Крутой маршрут» не переиздаётся? Она должна быть переиздана ещё большим тиражом и широко распространена в России. Я уверена, придёт время, и книгу переиздадут. Она должна быть в доме каждого русскоязычного читателя. А в переводах вообще в каждом доме. Как и книги поэтов и писателей, уничтоженных сталинским режимом.

 

 Из книги Сергея Юрского «Игра в жизнь»:

 ВАНЕССА ЗАТЕЯЛА В ЛОНДОНЕ благотворительный вечер — весь сбор на памятник жертвам сталинизма. Памятник должен быть установлен в Москве. От нас должны были ехать Евтушенко как поэт–трибун, несколько представителей общества “Мемориал” и я как актер — читать стихи в концерте. Всю организацию и все расходы Ванесса взяла на себя. В Москве проявляли привычную подозрительность и скаредность — требовали включения дополнительных людей по собственному списку “ за счет приглашающей стороны”, вставляли палки в колеса с оформлением документов. В результате Евтушенко не смог вылететь в Лондон из Нью–Йорка, а в Москве вдруг отказали в разрешении на выезд ВСЕМ членам делегации. И остался я один — нейтральный беспартийный артист. ...Поговорили о прошедшем вечере. Поздравили друг друга с окончанием. И Ванесса предложила… спеть “Интернационал” на трех языках. Мы запели. Вернее, запели они, а я с трудом разжимал губы, вполголоса произносил слова, стараясь уверить себя в реальности происходящего.

 

 - Вы не раз играли в спектаклях и снимались в фильмах о жизни в концлагерях, в лагерях смерти. Чем вас привлекает именно эта тема, тема страданий женщин при тоталирных режимах?

 - Мне было лет пять, когда немцы бомбили Лондон. И в моём детском сознании возникал вопрос: «Почему такое происходит?» Заняло много лет, пока я начала понимать, почему. И ещё больше прошло времени, пока я смогла понять связь гитлеризма со сталинизмом. Преступления того и другого очень похожи по содержанию. Некоторое отличие лишь по форме. Преступления против человечества совершались в разных странах и развивались по-разному. Но... Евтушенко прав, когда говорил, что нынешние 20-летние уже мало что знают о трагедиях 20 века, пережитых в их собственных семьях. Поверьте мне, многие американцы и англичане не знают, что Гитлер убил 6 миллионов евреев из разных стран, и больше 20 миллионов советских граждан. А Сталин убил ещё больше советских граждан, и был не меньшим антисемитом, чем Гитлер. Будто оба этих психопата соревновались, кто убьёт больше людей. Я всегда считала за честь участвовать в кинофильмах, рассказывавших о временах Сталина и Гитлера, об их преступлениях. Я рассматривала свою задачу не столько как актриса, сколько как человек, обязанный перед Богом рассказывать об опасности радикальных идей, об опасности диктатуры, чтобы хоть что-то дошло и хоть что-то осталось в умах молодых зрителей. Я должна говорить об этом своим языком, говорить так, как я могу, используя данный мне свыше талант, данные мне свыше актёрские, эмоциональные возможности. Да, мне не раз задавали вопрос, зачем я соглашаюсь сниматься в таких фильмах, зачем соглашаюсь играть такие роли? Но после просмотра моих фильмов, многие зрители сами отвечали на этот вопрос.

 - Особенно после телефильма «Игра на время»...

 - Я думаю, Артур Миллер написал замечательный сценарий телефильма «Игра на время» о женском оркестре в Освенциме. Драматург описал ситуацию, которую сам не пережил, но, как художник, он прочувствовал время и судьбы своих героев. Я не знаю ни одного из британских драматургов 20 века, кто бы поднялся в этом до уровня Артура Миллера. 

 Из книги Сергея Юрского «Игра в жизнь»:

 Не смею вторгаться в ее внутренний мир, тем более ставить под сомнение ее убеждения, могу только предположить: Троцкий для нее скорее избранный объект религиозного поклонения, чем вождь–идеолог. Для таких атеистов, как она, христианская заповедь деятельной любви к ближнему значит гораздо больше, чем для многих осеняющих себя крестом и еженедельно выстаивающих церковную службу.

 - То, что именно вас пригласили на главную роль еврейской пианистки в Освенциме, вызвало немало протестов из-за вашей критики Израиля...

 - Каждый имеет право на своё мнение... В течение моей долгой жизни я всё больше убеждаюсь в том, что источник вдохновения в моей работе – это попытки осознать и проанализировать то, что произошло или происходит, и стремление помочь другим понять это...

 - ...Чтобы не распалась связь времен?..

 - Чтобы увидеть связь времён и осознать происходящее сегодня. 

 - Осознать проблемы прошлого, приведшие к проблемам настоящего?

 - Да, и для того, чтобы найти решение нашим сегодняшним проблемам. 

 

 Из книги Сергея Юрского «Игра в жизнь»:

 Что же это за фантастическое создание — Ванесса Редгрейв?! Одна из самых высокооплачиваемых актрис мира, которая живет в весьма скромной квартире и сама жарит ночью яичницу гостям. Борец за чужие права, смело вступающаяся за обиженных в самых разных уголках мира. Безоглядная восторженная помощница главного троцкиста Англии, а после смерти Джерри Хили сама возглавившая партию. Великая актриса, которая одинаково убедительна на экране и на сцене, в Ибсене и Шекспире, Тенесси Уильямсе и Борисе Васильеве, блистательно превращающаяся в царицу Египта, и в старую одесситку, и в крестную мать мафии. Кто она? Почему эта англичанка так взволнована, когда она говорит о жизни и ужасной гибели российского трибуна и изгнанника? Статьи Троцкого и убийство Троцкого для нее не страницы прошлого, а сегодняшний импульс и боль. Внутреннее напряжение достигает кульминации, к глазам подступают слезы — я сам это видел во время ее доклада на международной конференции…

 

 Интервью с Ванессой Редгрейв закончено. Я уходил с тем же чувством, с которым пришёл: передо мной была сверходарённая актриса, постигающая характер своих героинь до самых глубин, но сочувствующая убийцам только потому, что они сами стали жертвами следующих убийц. Можно ли сострадать палачам за то, что они были казнены палачами, пришедшими на смену? 

 Обычно во время интервью журналист задает вопросы и получает ответы, после которых образ интервьюируемого становится яснее. Но Ванесса Редгрейв как была для меня загадкой, так и осталась. 

 P.S.

 Для тех, кто считает, что плохой Сталин извратил учение хорошего Ленина, напомним статью Анастаса Микояна в газете «Правда» (1939 год): «Сталин — это Ленин сегодня». Впрочем, слова Микояна вряд ли изменят точку зрения Ванессы Редгрейв, зараженной типичной для Голливуда «детской болезнью левизны» (по выражению Ленина).