«СОХРАНИ ВЕРУ СВОЮ!». Институт кантонистов в России

Опубликовано: 26 мая 2021 г.
Рубрики:

 «Уважай всякого человека, 

 но в сто раз больше уважай ребенка и берегись того,

 чтобы не нарушить девственной чистоты его души»

 Л. Н. Толстой

 «Об истине, жизни и поведении»

 

 Прошло почти восемь десятков лет после окончания Второй мировой войны, когда вполне оправдано создавалась сеть суворовских и нахимовских училищ, чтобы помочь детям войны, малолетним сиротам, потерявшим родителей, выбиться в люди. Собственно, вся история России связана с перманентным разрешением внешних и внутренних конфликтов, а часто и войн, что позволило ей стать практически единственным государством в мире, накопившим колоссальный опыт (в основном, негативный) воспитания и приобщения малолетних детей к воинскому обучению. 

 Еще в эпоху царствования Петра I, в 1721 году, при каждом полку царь учредил гарнизонные школы на 50 солдатских детей для обучения их грамоте и различным профессиям. Позже, когда был принят Устав гарнизонных школ, для поступления солдатских детей был установлен возрастной ценз - от 7 до 15 лет. Все они сначала обучались грамоте, а затем наиболее способные – артиллерии и фортификации, или даже пению и музыке, письмоводству и слесарному делу. По определению школьного начальства менее способные дети обучались столярному, кузнечному, сапожному и другим ремеслам. По достижении 15 лет проявившие себя, наиболее способные дети оставлялись в школах еще на три года для совершенствования знаний, остальные направлялись на службу в войска. В 1758 году царским указом повелевалось причислять к военному ведомству и распределять по гарнизонным школам всех солдатских детей. В 1798 году эти школы были переименованы в сиротские отделения – на 16400 воспитанников, и как отделения они вошли в состав учрежденного в Петербурге Военно-сиротского дома. 

 В 1805 году последовала очередная реорганизация, когда всех солдатских детей стали называть кантонистами. Число их росло после Отечественной войны 1812 года, когда в эти школы добровольно поступило множество подростков, оставшихся без родителей.

 В 1825 году, после подавления восстания декабристов, на царский престол России вступил Николай I, при котором школы кантонистов были полностью реформированы: изменены возрастные границы (младший - до 10 лет, средний - с 10 до 14, старший - с 14 до 18 лет). Всего в стране тогда насчитывалось 150 тысяч кантонистов, которые были реорганизованы в воинские подразделения: роты, полубатальоны, дивизионы, эскадроны и учебные бригады военных кантонистов. Название кантонист (от немецкого кantonist) означает военнообязанный. В Пруссии в 1733-1813 годах – это военнообязанные рекруты, подлежащие призыву в одном из округов (кантонов).

 В течение всего царствования императора Николая I число этих учебных заведений и их воспитанников постоянно увеличивалось. Право преимущественного зачисления в учебные заведения военных кантонистов принадлежало дворянам, чиновникам и духовенству, однако выходцы из этих сословий составляли практически ничтожный процент среди кантонистов. Что же касается законных и незаконных детей солдат, им было в обязательном порядке предписано в возрасте от 10 до 14 лет получать образование только в школах кантонистов. Обучаться в каких бы то ни было гражданских школах и училищах этой категории детей строго запрещалось. Несколько позже, на основании новых постановлений, кроме солдатских детей в школы кантонистов направлялись сыновья бедных жителей Финляндии и кочевавших там цыган, польских мятежников, шляхтичей, не доказавших свое дворянство, а также раскольников и вообще беспризорных детей. 

 26 августа 1827 года, по особому царскому указу, в обязательном порядке была введена воинская повинность для еврейских детей, достигших 12 – летнего возраста. Малолетних евреев брали в рекруты и направляли в батальоны кантонистов, откуда они попадали в специализированные школы.  

 

История российских еврейских кантонистов – это практически история, когда по повелению российского самодержца были обращены в рабство малолетние еврейские дети, а поэтому это было признано одной из самых жутких страниц во всей многовековой истории евреев России. Само слово «кантон» туда пришло из Швейцарии, что означает «округ», т.е. часть географического пространства территории страны, с которых собирали в российскую армию рекрутов (военнослужащих), тех самых кантонистов. 

 До прихода на российский престол «царя – вешателя», Николая I, евреев в армию не брали, но зато беспредельно давили родителей тройными налогами и податями. Тем не менее, в условиях ужасной бедности, находясь «под защитой» пресловутой черты оседлости, евреи относительно спокойно жили, если не считать погромов и прочих российских «прелестей».

 Претворяя в жизнь реформу привлечения еврейских детей для прохождения воинской службы, Николай I не мог обойтись без юдофобской идеи дискриминации всего еврейского населения. Если еврейские общины (кагалы) должны были поставлять ежегодно по десять рекрутов с каждой тысячи душ населения, то норма для православного населения составляла всего семь человек, с той же тысячи душ, причем только один раз в два года. Более того, если православных «забривали» в армию в возрасте с 18 до 25 лет, то еврейским общинам позволялось заменять взрослых мужчин мальчиками с 12 лет, которые «у них (иудеев) считаются совершеннолетними». 

 Если еврейская община не могла поставить требуемого количества рекрутов, то взамен каждого недостающего – в виде наказания – брали еще троих сверх нормы. Если кто – либо уклонялся от призыва, вместо него забирали двух других, а пойманного секли розгами и затем сдавали в армию без зачета общине. В случае, когда за кагалом оставалась денежная недоимка по уплате налогов, за каждые две тысячи рублей долга сдавали в армию по одному рекруту, причем разрешено было пополнять требуемое число призывников малолетними детьми. При этом долг не погашался, и, если на следующий год община его не выплачивала, то снова брали за те же самые две тысячи рублей нового рекрута. Практически все мужское еврейское население должно было в обязательном порядке служить в русской армии. В результате, с 1827 года по 1917 год службу в русской армии прошли более 2,5 млн. евреев. Вот так царским повелением достигалось «уравнивание» перед законом православных и евреев в царской империи.

 Естественно, в еврейских местечках поселился страх за своих сыновей. Детей прятали, целые семьи срывались с мест и бежали в губернии Царства Польского или Бессарабии, на которые закон о кантонистах не распространялся. Страшным зрелищем было расставание: матери, пока были силы, бежали за повозками, увозившими их сыновей, крича им вслед: «Сохрани веру свою! Помни имя своё!». А повозки, набитые до отказа перепуганными детьми, увозили их на восток, в ужасную неизвестность. Пока дети ехали через местечки, еврейские женщины подкармливали их, но за пределами той самой «черты оседлости» на сострадание рассчитывать не приходилось. Над «жиденятами» издевались все кому не лень - из-за странной одежды, длинных прядей волос, характерной внешности, незнания русского языка. Их оскорбляли, бросали вслед камни, мазали губы салом. А впереди их ждали годы тупой муштры, моральных и физических тягот. 

 Целью призыва было не только и не столько воспитание профессиональных военных. В условиях суровой воинской службы малолетних кантонистов-евреев принуждали к принятию православия, что означало полный разрыв связей с еврейским народом и иудейской верой. Нередко доведенные до отчаяния кантонисты решались на самоубийство. Так, во время массового крещения в Волге двое кантонистов утопились на глазах у присутствовавшего царя Николая I, что породило народную легенду о массовом самоубийстве еврейских кантонистов.

 Сохранилась масса воспоминаний бывших кантонистов о жестоких и бесчеловечных временах, когда из детей выбивали их веру. «Нас пригнали из Кронштадта, большую партию, - вспоминал один из них, - загнали в тесную комнату, начали бить без всякой милости, потом на другой и на третий день повторяли то же самое... Затем нас загоняли в жарко натопленную баню, поддавали пару и с розгами стояли над нами, принуждая креститься, так что после этого никто не мог выдержать. При первом осмотре нашей партии командир заявил перед всем батальоном, что пока он будет жив, ни один не выйдет из его батальона евреем, - и действительно сдержал свое слово...». 

 А вот как это же описывал в своих воспоминаниях «Былое и думы» известный русский публицист, писатель и философ А. И. Герцен. Офицер, сопровождавший команду призванных еврейских детей, говорит: «Видите набрали ораву проклятых жиденят восьми-девятилетнего возраста. Сначала было их велено гнать в Пермь, да вышла перемена - гоним в Казань. Беда, да и только, треть осталась на дороге (и офицер показал пальцем в землю). Половина не доедет до назначения, - прибавил он - мрут, как мухи...»

 Владимир Гиляровский в книге «Мои скитания» пишет о своем взводном командире, поручике Ярилове, вышедшем из евреев-кантонистов: «Эдак-то нас маленькими драли...Ах, как меня пороли! Да, вы, господа юнкера, думаете, что я, Иван Иванович Ярилов? Я, братцы, и сам не знаю, кто я такой есть. Меня в мешке из Волынской губернии принесли в учебный полк. Ездили воинские команды по деревням с фургонами и ловили по задворкам еврейских ребятишек. Схватят, суют в мешок – и в фургон. Многие помирали дорогой, а которые не помрут, привезут в казарму, окрестят и вся недолга. Вот и кантонист». 

 По достижении 18 лет кантонистов переводили в регулярную армию и нередко, несмотря на преследования начальства, они возвращались в иудаизм. Другие же на протяжении всех 25 лет службы втайне оставались верны вере отцов и возвращались к ней по окончании службы. Такие случаи в 70 – х годах XIX века повлекли ряд судебных процессов «за отпадение от православия».

 «Николаевские солдаты», как впоследствии их стали называть, были мужественными, преданными царю и выносливыми воинами. Великий русский хирург Н. И. Пирогов отмечал особенную стойкость, терпеливость солдат-евреев, раненных во время Крымской компании 1853 – 1856 годов. Во время этой войны набор солдат среди еврейского населения проводился дважды в год и брали по 30 рекрутов с каждой тысячи мужчин. 

 Крещеным еврейским солдатам-кантонистам давали русские имена и фамилии. Со временем они заводили семьи, и сегодня в России живут их потомки – несколько миллионов русских, которые и не догадываются, что некогда их предки ходили в синагогу и говорили на идиш и иврите.

Среди них - командир армейского корпуса, генерал – лейтенант В.Гейман (граф М.С. Воронцов назвал его «храбрейшим из офицеров Кавказской армии); контр-адмирал С. Кауфман; командир дивизии, генерал – майор С. Цейль (погиб на фронте в 1915 году); начальник штаба армейского корпуса, генерал-майор Хануков (расстрелян в 1918 году за отказ служить в Красной Армии); начальник штаба Черноморского флота, вице-адмирал А. Сапсай; генерал-адъютант, генерал артиллерии Н. Иванов – главнокомандующий Юго-Западным фронтом в Первую мировую; генерал-адъютант, генерал от инфантерии М. Алексеев – главнокомандующий армиями Западного фронта, начальник штаба Ставки Верховного главнокомандующего; генерал П. Гейсман – командующий 16 – м армейским корпусом; генерал артиллерии М. Арнольди; контр-адмирал Я. Кефали; генерал Н. Козлов - начальник Военно-медицинской академии; генерал армии Яков Крейзер, первым из советских военачальников ставший Героем Советского Союза в июле 1941 года. Основателем израильской армии тоже был сын кантониста , русский офицер, полный Георгиевский кавалер Иосиф Трумпельдор. 

 С Коронационным манифестом Александра II от 26 августа 1856 года беспрецедентная по жестокости и бесчеловечности история еврейских кантонистов закончилась и все солдаты-евреи и кантонисты, не достигшие 20 лет, смогли вернуться к своим семьям. Им было дозволено селиться вне черты оседлости, но это уже были изнуренные и зачастую ожесточенные 43 -45 – летние люди, которые почти три десятилетия назад покинули родные местечки и свои семьи. Им предстояло начинать новую жизнь с чистого листа.

 Прав был известный российский журналист Валерий Каджая, назвав историю российских кантонистов «Архипелагом» для еврейских детей.

 Впервые, ещё в 70 –х годах XIX века, описал жизнь и быт кантонистов в своем автобиографическом произведении «Многострадальные» русский публицист, историк и писатель Виктор Никитин, который в девять лет был взят в кантонисты в Нижнем Новгороде, где его крестили и дали русское имя (еврейское имя и фамилия неизвестны). Этой теме посвящены почти все произведения писателя.

После октябрьского переворота и образования советского государства до начала Второй мировой войны все детские учебные заведения в России были ликвидированы. 

Прошло много лет, но никогда и ни при каких обстоятельствах я бы не отправил своих детей или внуков в самые престижные кадетские школы. Твердо убежден: – ребенок непременно должен расти и воспитываться в семье. Эта истина не требует доказательств, она предначертана для всех нас самим Творцом.