Комментарий к статье "Как нам было страшно!" о найденном подлиннике речей Хрущева перед советской интеллигенцией.
Недурственно. Особенно отрадно, что Леонардо да Винчи у советской власти заслужил (бабелевским языком говоря)...
Поведение выступающих (позже выставлявших себя героями) нехорошо было бы сейчас комментировать . Независимо от того, как я лично отношусь к тому или к этому (впрочем, Евтушенко я люблю и к тому же считаю его отвлечение от темы мудрым и даже спасительным для всего сборища в той ситуации). Все же обстановка страха, имевшего, да, реальные основания. Ну, а что с него-то взять! Хамоватость плебейского здравомыслия. Все же Санчо Панса на губернаторстве.
И потом на этом заседании он, очевидно, выпил еще недостаточно или же не испытывал (во всяком случае, попервоначалу) тяжкого похмелья.
Куда жутче и выразительней все было лет за пять до того. Когда еще не было никаких солженицыных и аксеновых. А в застолье сидели и те, коим вскоре предстояло именоваться антипартийной группой. Единение партии и творческой интеллигенции. Но тут Х., увлекшись своим рассказом, как он изобличил и перехитрил врага человеческого рода Берию, нарезался по полной. А еще свежо было воспоминание о недавнем самоубийстве Фадеева (возможно, оно и было одним из поводов к встрече). И об его оскорбительном предсмертном письме, которого никто, конечно, кроме вождей не читал, слухов было сверх меры (даже больше, чем оно реально того стоило - как показала перестроечная публикация)... И вдруг за столом напротив себя Х. узрел Маргариту Алигер. И заорал ей в лицо: "Ты, проклятая сука, спала с человеком, который выстрелил в сердце нашей партии!" Она упала в обморок. Тут встал Валентин Петрович Катаев, который решил, что другого удобного случае не будет, и попросил себе гараж. Леонид Соболев вообще-то всегда показывал себя сволочью, но все же дворянин и был гардемарином. Он в ярости крикнул Катаеву: "Прекратите!" Тут начался такой скандал, что умным из безмолвствующих стало ясно, что государство идет ко всем чертям. Один из них годы спустя поведал мне эту новеллу со многими еще чудесными подробностями.
