Владимир Марышев

Эта ночь ничем не отличалась от тысяч предыдущих. Все они, слившись воедино, казались Викентьеву одним невыносимо долго затянувшимся кошмаром.

—Эй, ты, соня, — выплыл из небытия голос Олафа, — знаешь, сколько сейчас времени? Вставай, живо!

Не открывая глаз, Магнус потянулся.

— Слушай, будь человеком, — пробормотал он. — Еще четверть часика, а?

— Вот как? — язвительно произнес Олаф. — Ну, лежи, лежи. Только учти: через пять минут — утренний сеанс связи с кораблем. Не завидую тому, кого шеф увидит в такое время в горизонтальном положении!

— А, дьявол! — Магнус вскочил и стал лихорадочно натягивать комбинезон. — Как ты думаешь, куда нас на этот раз пошлют?

Чем дольше Ляхов разглядывал своего собеседника, тем больше тот ему не нравился. Тощий и нескладный, с маленькой сухой головкой, восседающей на цыплячьей шее, визави Ляхова напоминал птицу. Казалось, сейчас он встанет из-за столика, взмахнет непомерно длинными конечностями и улетит. И в лице его было что-то странное, но что именно — Ляхов не мог уловить. Впрочем, имела ли для него значение внешность этого типа? Лишь бы дело оказалось стоящим! А оно как раз обещало быть таким.