По родным местам Александра Куприна. Село Наровчат и Гатчина

Опубликовано: 6 ноября 2018 г.
Рубрики:

В этот раз я отправилась в путешествие по одноэтажной России, правда, через Москву, но тем не менее. Слово «одноэтажная» обычно применяется по отношению к Америке, но ведь и наша страна, исключая, конечно, мегаполисы, именно одноэтажная. Заселять такие обширные пространства, как у нас, городами-гигантами - полная несуразица, да и народу не хватит, а одноэтажная Россия с успехом выполнила бы задачу освоения просторов страны. Оттого и любопытство к ней возрастает с удвоенной силой.

Одно из сел одноэтажной России – это Наровчат. Поселение известно уже далеко за пределами Пензенского края, в черте которого оно располагается. Числилось оно когда-то городком, в нем проживают три тысячи человек, но теперь, поскольку работникам сельской местности полагаются кое-какие льготы, его переоформили в село. 

Впрочем, неважен его статус, главное, что оно стало широко известным, потому что это родина писателя А. И. Куприна и там есть его музей, по моим сведениям, единственный в мире. Именно поэтому туда едут люди. И я, с куприноведом и академиком А. А. Цветковым, отправилась в этот путь.

Альберт Александрович постоянный гость этого села. Сам он москвич, живёт в одном из престижнейших районов столицы на Поклонной горе с милейшей супругой Ольгой Ивановной Василенко, дочерью и внуками. 

Недавно он выпустил книгу «Долгое возвращение Куприна», которую помогли сделать члены его семейства, а я была редактором, и мы решили привезти эту книгу в село Наровчат. Так и сложился наш тандем путешественников.

Особая привязанность Альберта Александровича к этим краям объясняется просто: здесь жил его предок Зенкевич, а поиск корней сейчас в нашем обществе стал приоритетным во многих семьях. Отсюда и его личная заинтересованность творчеством Куприна. Впрочем, все это написано в его книге.

Приехали мы из Москвы на железнодорожную станцию Ковылкино, что в 20 километрах от Наровчата, в 5 утра. Нас встретил на машине Иван Иванович Бормотов, министр по культуре села Наровчат (именно такое официальное название его должности). Разместились мы в гостинице с романтическим названием «Мираж». Это частная гостиница: местный житель отреставрировал здание старой школы, превратив его в превосходное временное прибежище для приезжих. Интерьер комнат с высокими потолками выполнен с большим вкусом, на уровне гостиниц больших городов. И с удобствами всё в порядке, то есть, всё в номере, притом в каждой комнате есть холодильник и телевизор. Живи, не горюй!

 

Краеведческий музей

Поскольку мы приехали в край, где решила обустроиться душа будущего писателя, когда искала пристанище на Земле, мы с особенным вниманием решили ознакомиться с его достопримечательностями, ведь недаром говорят: Гений места придаёт особую энергию живущему там человеку.

Смыв с себя дорожную пыль, мы отправились в местный краеведческий музей, который располагается в не по-сельски солидном здании. Это постройка 1819 года: каменная, двухэтажная, уцелевшая, несмотря на многочисленные пожары, которым подвергалось село Наровчат на протяжении веков. Обычно выгорало все дотла. 

В этом здании до революции размещались Присутственные места. Музей в нём обосновался в 1925 году. Жила в селе такая женщина, М. Е. Афиногенова, ныне она – местная легенда. Так вот, она стала первой собирательницей экспонатов для музея. Сначала она организовала краеведческий кружок, и люди понесли ей вещи, кто в земле что-то найдет, кто – на чердаке. И довольно быстро музей заполнился, он не закрывался даже во время Великой Отечественной войны. 

Теперь руководит музеем плюс Заповедником Александр Григорьевич Сохряков. В музее 13 тысяч экспонатов, 6 залов, 22 кандидатских диссертации были защищены на его материалах.

Странное название села, Наровчат, несколько объясняет его герб, на котором нарисована гора, а в ней норы. Раньше городок так и назывался НОровчат. А норы или пещеры здесь, действительно, уникальные. О них речь пойдет дальше.

В зале природы уютно расположились представители местной фауны: разного рода пернатые, хозяева окружающих лесов – лось и кабан, и такие археологические находки местных ученых, как бивни мамонта. С тех времен столько народу и животных топтали эту землю, что найти концы и связать всю историю этих мест весьма затруднительно, но ученые стараются и в следующем зале представлены результаты их изысканий. Есть здесь первый глиняный сосуд, сделанный женщиной (определили это по отпечаткам пальцев на глине). И в каменный век здесь жили люди, и в бронзовый. Много в коллекции музея всяких оберегов, топоров, украшений. Почему-то особенно много различных монет. Может, в те времена здесь были таможня или монетный двор, потому что денежки самые разные. 

В этих краях в своё время господствовала и Золотая Орда, но земли традиционно населяли племена, в основном, мордовского происхождения. И, конечно, русские. В память о тех временах, когда мордовские племена дружно выступили против своих завоевателей-татар под водительством Батыя, осталась в народе легенда о княгине Нарчатке, которая яростно сражалась с оккупантами, но силы были неравные и она вместе с конём кинулась в воды реки Мокши. В День города в этом году состоялось открытие памятника бесстрашной мордовской княгине.

В остальных залах представлена история края по этапам: сначала в составе Российской империи, тогда город стал застраиваться каменными зданиями. В экспозиции музея есть стол чиновника времен писателя М. Е. Салтыкова-Щедрина, который приезжал в Наровчат для инспекции, поскольку служил председателем казенной палаты в Пензе. Много полезного для этих мест сделали представители рода Араповых. Потом над Наровчатом пронеслись революционные и советские года. Все это отражено в экспозиции музея.

 

Музей Куприна

Как уже было сказано, Наровчатский музей А. И. Куприна единственный в мире. По возвращении в 1958 году в Советский Союз дочь писателя, Ксения Александровна, сделала попытку создать музей отца в Гатчине. Но ей отказали. Со слов гатчинского очевидца, отказ поступил от председателя совета ветеранов, некоего С. Он сказал, что в таких, как Куприн, белогвардейцев, он в своё время стрелял, и в Гатчине среди руководителей города не нашлось ни единого человека с государственным мышлением, все оказались зацикленными. Никто не смог подняться над сиюминутным идеологическим воззрением, никто не смог понять значение Куприна как художника слова, как писателя мирового уровня.

Зато это поняли в Пензе и Наровчате. Именно руководители, первый секретарь Пензенского обкома партии Лев Борисович Ермин, второй секретарь обкома партии Георгий Васильевич Мясников и первый секретарь Наровчатского райкома партии Михаил Осипович Устинов, обсуждая, как отметить в 1970 году 100-летие со дня рождения Куприна, решили: «Недостаточно, что именем писателя названа улица в Наровчате, нужно создать музей и рядом поставить памятник писателю». А ведь Куприн прожил в Наровчате только первые три года своей жизни, в Гатчине же – восемь лет постоянно, а до этого часто наезжал, и очень активно там писал.

К такому решению руководители области и района пришли, но дело делается не мгновенно, и только к 111- летию со дня рождения писателя удалось это решение осуществить. Дочь Куприна передала для Наровчатского музея личные вещи отца: серебряную фляжку, книги из его библиотеки, его портреты, заграничный паспорт, автографы, обручальное кольцо и другое.

Правда, эти вещи я в Наровчатском музее не увидела, говорят, что они хранятся в Пензе. Но сам музей существует, притом занимает довольно обширную площадь с садом, в уголке которого примостилась уютная беседка, и дополнительным домом, где проводятся выставки и мероприятия.

6 сентября 1981 года (накануне дня рождения писателя) был открыт памятник и музей А. И. Куприна. А днем раньше в Наровчат приехала Ксения Александровна, она стала первым посетителем музея своего отца.

Сам музей – новодел, отстроенный на (предположительно?) старом фундаменте. Дом деревянный, в три окна на улицу, из шести комнат. 

Когда мать писателя уезжала из Наровчата, где прожила с семьей более десяти лет, она свой дом продала семейству Шлыковых, и уже из их дома теперь в музее пианино и трюмо. На стенах много фотографий из жизни Куприна. 

Скоро музей закроют на реставрацию, которая будет проводиться по федеральной программе. Хорошо бы, чтобы эти средства были истрачены с максимальной пользой для музея, который нужно обновить. Поскольку в этом доме Куприн родился и жил до трёх лет, то напрашивается вывод: нужно сделать экспозицию его спаленки.

Обстоятельства рождения Куприна необычны: три, родившихся до него мальчика, умерли в младенчестве. Знающие люди подсказали матери Куприна обратиться к старцам, чтобы следующий ребенок остался живым. Старцы посоветовали: родившегося мальчика положить на доску, обрезать её по размеру ребенка, а потом на ней написать икону святого Александра Невского, поскольку Куприн родился в день его именин. Эта мерная икона висела над кроваткой ребенка. Ее современная копия уже написана по благословению настоятеля Наровчатской церкви, где был крещён Куприн, отца Валерия. 

Осталось только при реконструкции всё это учесть, а то купринский музей получается музеем фотографий.

Мы славно пообщались с бывшим директором музея Куприна Любовью Евгеньевной Китаевой. Она организовала нам экскурсию в Тарханы, к М. Ю. Лермонтову и писателю П. А. Фролову, который там проживает.

 

Наровчатский собор 

Теперь самое время рассказать о соборе, где был крещён А. И. Куприн. Он располагается на соседней улице от музея, в центре села. Настоятелем там уже много лет служит протоиерей Валерий (Волков). Он любезно предоставил мне сведения об истории собора. 

Собор во имя Покрова Пресвятой Богородицы (Покровский собор) строился с 1755 по 1765 год, неоднократно перестраивался, а на рубеже XIX-XX веков значительно расширен и сделан пятиглавым. До настоящего времени от собора сохранилась лишь колокольня и трапезная. Трехъярусная колокольня построена в стиле раннего классицизма. Четверик ее первого яруса с западной стороны отмечен четырехколонным портиком, примыкающим к стене, цилиндрический ярус звона украшен колоннами. Декоративное убранство трапезной выполнено в эклектичном духе с использованием древнерусских мотивов, в интерьере сохранилась лепнина. В советское время в соборе размещался Наровчатский краеведческий музей, а с 1991 года храм вновь стал действующим.

Мы не договаривались о встрече с настоятелем собора протоиереем Валерием, просто пришли ознакомиться с храмом. Но вдруг, и не ко времени службы, он сам пришёл. И тем приятнее было наше незапланированное знакомство. Отец Валерий провёл нас по храму, показал образцы старинной лепнины, которые бережно хранит, чтобы при дальнейших восстановительных работах использовать и их. А работы намечаются, и немалые. 

В храме весит портрет мученика за Христа воина Евгения Родионова. Прочитала про его место рождения: Пензенская область, Кузнецкий район, село Чибирлей. Сразу спросила: «Далеко ли Кузнецкий район?». Не так уж далеко по размерам страны. Удивительно, что в этих краях, где в своё время царила Золотая Орда, из советского безбожного времени воссиял мученик за веру Христову.

 

Тюремный замок

Он странно назван – замок, но местные жители именно так его именуют. По-моему, это настоящий острог, но не в смысле городского укрепления, а в смысле фундаментальной тюрьмы. Это страшное сооружение, со всех сторон окруженное высокими, ужасающе толстыми, полутораметровыми, стенами. Отсюда не убежишь. 

Во дворе острога – расстрельная стена, около которой убивали людей. Сторожевая башня. Камеры, в которых жить просто невозможно, но люди сидели здесь и по пятнадцать лет. В камерах по три яруса нар, рассчитано на 10-15 человек. В 1866 году именно сюда приезжал с инспекцией Салтыков-Щедрин. Карцер - просто узкий коридор, без нар, с маленьким окошком.

Я была в этом «замке» с группой пензенских старшеклассников. Вдруг один из них говорит: «Смотри, Катя, здесь ты сидела». А на стене список сидельцев одной из камер уже в прошлом веке по 58-ой статье (враг народа). Е. Голяшкина (комбайнер) - полная тезка живой девочке. Вот такая нечаянная связь времен получилась.

Пообщались мы в Наровчате с майором местной полиции О. А. Речновой. Она инспектор по делам несовершеннолетних, занимается ребятами из неблагополучных семей. Таких в Наровчате мало, но есть.

 

Библиотека имени А. И. Куприна

Местная библиотека обрела имя писателя только в 2002 году. Сейчас ее директор Раиса Васильевна Романова. Начинала она свою деятельность в этой отрасли культуры в школьной библиотеке методистом. Профессия ее увлекла, так и осталась в ней.

В наровчатской библиотеке 21 тысяча томов и 4 тысячи читателей. Свой фонд они формируют сами, отказались от услуг коллектора. Для этого приходится особо внимательно изучать вкусы и потребность в книге читателей. Большую часть этой работы осуществляет заведующая отделом обслуживания Галина Ивановна Кадейкина.

В библиотеку им. А. И. Куприна нас пригласили выступить. Я читала свои стихи из недавно вышедшей книги «Радость и печаль», потом подарила её библиотеке, А. А. Цветков говорил о А. И. Куприне, об Араповых, которые в позапрошлом веке обихаживали своим трудом этот край и о многом другом. 

Поднимаешься на второй этаж, где располагается библиотека, и видишь бюст молодого А. И. Куприна скульптора Курочкина. Инициатором его дарения выступил А. А. Цветков. Помимо этого, он подарил много различных книг библиотеке.

 

Наровчатское Землячество

Я не слышала, чтобы еще где-то существовало Землячество. А вот в Наровчате оно есть, притом самое действенное. Одним из инициаторов этого общественного образования в 2000 году стал В. М. Журавлев, и в настоящее время он председатель его. 

В это Землячество собрались люди неравнодушные к благосостоянию своего края, притом те, кто действительно делает конкретные дела, чтобы как можно лучше обустроить свою малую родину. Все они или уроженцы Наровчатского района или их предки были таковыми. Не все они сейчас и живут в селе, но все помогают делам наровчатским. Землячество располагается в отдельном доме на одной из центральных улиц села. Недавно организовали свой музей, в котором собраны фотографии и материалы о людях, связанных с этим краем. 

Экскурсию по музею Землячества провел А. Г. Сохряков, директор Музея-заповедника. На стендах много известных имен. Среди них: поэт Сергей Наровчатов, который не только гордился своей фамилией, но и принимал некоторое участие в местных делах, собиратель древних рукописей для Пушкинского Дома в СПб В. И. Малышев, где ежегодно проходят Малышевские чтения, тоже уроженец Наровчата. В 1999 году его имя было присвоено одной из новых улиц села. Писатели, В. Н. Гришаев, Н. А. Афиногенов, его сын известный драматург, автор пьесы «Машенька», В. М. Костин, тоже уроженцы наровчатского края. А вот Костин, только Иван – из нашего времени. Он – инженер авиационной промышленности, член Землячества и уже много сделал для родного края. Вот только некоторые из его дел: помог отреставрировать знаменитые Пещеры, спонсирует работы по восстановлению Музея-заповедника, помогает местной школе. И мы жили в гостинице «Мираж», которую он воссоздал из старого здания школы. Более уютного и элегатно-красивого помещения и не сыскать, наверное, в округе.

Уроженцами этого края являются люди и других профессий: музыканты, художники, артисты, военные, а Людмила Зыкина купила в Наровчате дом своему племяннику, и в 90-х годах её номер был в телефонной книжке села.

С 2000 года Наровчатское Землячество выпускает свою газету «Родной край», её редактор В. А. Поляков, заместитель – В. И. Филимонов. С ним мы и беседовали, когда пришли в Дом Землячества. Он, к тому же, является руководителем группы членов Землячества, проживающих в Наровчате. Он же и рассказал о делах своей общественной организации. Вот некоторые из них: организация выезда бригады врачей, реставрация Тюремного замка, посадка аллей в селе, покупка трюмо для музея Куприна. Они также сделали фильм «Наровчат – далекий и близкий» о композиторе А. А. Архангельском, издали книгу «Купринская энциклопедия», организовали и проводят Всероссийский конкурс «Рубиновый браслет Куприна», продолжают участвовать в развитии Музея-заповедника. Конечно, это ещё не всё. 

Когда мы пришли в Дом Землячества, то познакомились с интересной женщиной, Александрой Сергеевной Орловой. Ее имя и отчество запомнить было просто, как и у Пушкина, только в женском варианте. Она тоже член Землячества, живёт в Подмосковье, но каждое лето приезжает в Наровчат, здесь у неё есть собственный дом. Корнями она из этих мест: ее дедушка был священником в Александро-Невской Лавре, в 1917 году он переехал жить в Наровчат, стал врачевателем. Так и прожил здесь свою жизнь. Александра Сергеевна отвела меня на местное кладбище. Оно совсем недалеко от центра села, поскольку старинное.

Членом Землячества является и академик А. А. Цветков. Он тоже корнями из этих мест, хотя живет в Москве. Впрочем, я об этом уже писала.

 

Пушкинский центр

А. А. Цветков за последние десять лет тоже много полезного привнес в инфраструктуру села Наровчат. Одно из его дел – он вместе с И. И. Бормотовым стал инициатором присвоения Дому детского творчества, который располагается в центре села, в деревянном, украшенном кружевной резьбой здании, имени Н.Н. Пушкиной-Ланской,. Когда-то дом принадлежал Араповым. Дом местные жители сохранили, и теперь он является одной из прекрасных достопримечательностей села. Когда в него входишь, сразу видишь большой портрет Натали Гончаровой, который тоже подарен А. А. Цветковым. На Доме, что после недавних преобразований стал Пушкинским центром, висят две мемориальные доски. Это тоже подарок А. А. Цветкова. Еще одна мемориальная доска должна была висеть у входа в Городской сад, но в связи с ремонтом ее сняли. 

У А. А. Цветкова есть статьи, описывающие в восторженных тонах Городской сад, который распланировал и посадил (предположительно) его предок Зенкевич, находясь в Наровчате в ссылке после польского восстания (сам он из польских дворян). Но я сравнила Городской сад в описании Цветкова и в действительности и сделала вывод: сад с тех пор стал абсолютно запущенным. Его ограду обновили, а сам сад мне не понравился. Хотя там и историей пахнет – есть могилы погибших революционеров - и детская площадка, и дорожки, но нет, на мой взгляд, единого паркового ансамбля. В общем, это не парк, и не сад, а просто деревья в центре села. 

 

Монастырь и пещеры

Необыкновенно интересная достопримечательность этих мест – пещеры. Они располагаются на территории женского Троице-Сканового монастыря, в 1,5 км. от него. Туда все туристы рвутся в первую очередь, кругом только и слышно: «Пещеры, пещеры». Я, конечно, тоже туда съездила, попросилась на экскурсию вместе с учащимися школы № 44 из Пензы.

Пещеры и монастырь, действительно, впечатляют. Собор внешне не уступает кремлёвским, недаром патриарх Алексий II в своё время назвал его «жемчужиной всего Пензенского края». Внутри, правда, убранство небогатое, но, видимо, это дело времени. Название монастыря (по легенде) пошло от монаха Скана, который первый вырыл себе пещеру в горе. 

Теперь о пещерах. Туда трудно подняться (236 ступеней), страшно зайти, еще страшнее ходить по ним, но затягивает.

Вошли мы туда, в полную темноту, со свечами, у каждого в руке горел маленький огонек. Кое-кто, более опытный, запасся фонариком. Ходы выше человеческого роста, но в ширину полному человеку просто не пройти. Монахи никогда не были толстыми, на себя рассчитывали, поскольку именно они проделали в горе ходы. Я потрогала ногтём стенку пещеры, явно не камень, что-то вроде песка. Кое-где потолок пещеры укреплён кирпичами. Громко говорить нельзя, понятно почему. 

Нас водил экскурсовод-монах. В горе вырыт целый городок. Есть улицы. Мы шли по главной, но её часто пересекали другие, уходя куда-то в глубину. Туда мы нос не совали. Говорят, мальчишки раньше заманивали в пещеры любопытных туристов и убегали от них. Те блуждали, блуждали… Правда, о случаях со смертельным исходом не рассказывали. 

Иногда от основной улицы отходят комнатки, то есть, кельи. В них молились монахи. Говорят, что и теперь молятся. Пещеры в пять ярусов, уходят на глубину 14-этажного дома, это, конечно, со слов экскурсовода, когда идешь, ярусы не обозначены. Просто мы шли всё время под уклон и, самое странное, шли вниз, а вышли в ту же дверь, что и вошли.

После пещер мы спустились по той же лестнице, внизу церковный комплекс, есть и родник со святой водой. Попили из него, я набрала бутылочку и для дома. О Наровчате я написала стихи.

 

Уезжая из Наровчата

Уплывает пейзаж наровчатских просторов,

И вагонная полка склоняет ко сну.

Я была в тех краях, где на травных узорах

Проступает осенняя вера в весну.

Уплывает теперь навсегда, безвозвратно

Тишина древних улиц большого села,

Гуси важной походкою шествуют стадно

По проезжей дороге. Я мимо прошла.

И теперь ни пространство, ни время, ни люди

Не сумеют собрать воедино опять

То, что было. Такого уж больше не будет – 

Нам никто ничего не привык возвращать.

 

Всё-таки недаром душа будущего писателя выбрала эти края для своего приземления: места здесь издревле обжитые и намоленные.

 

Гатчина. Жизнь и смирная, и бурная…

Александр Иванович проживал на Земле во многих городах, кто этим интересуется, может почитать его биографию, но Гатчина оказалась на особом месте. Здесь он впервые в жизни прирос к почве, в 1911 году Куприны приобрели в кредит собственный дом на Елизаветинской улице (ныне улица Достоевского). 

Живя в Санкт-Петербурге, писатель и раньше часто наезжал в Гатчину, в гости к своему другу карикатуристу-художнику П. Щербову. Считается, что именно их дружба и определила выбор Куприна, когда он со своей второй женой, Елизаветой Морицовной, и дочкой Ксенией, решил больше не мотаться по съёмным квартирам и домам, а стать, наконец-то, собственником постоянного обиталища. 

Но мне видится, что не только друг притянул Куприна в Гатчину. Скорее всего и больше всего, любознательность писателя зацепило то обстоятельство, что в Гатчине в то время активно осваивалось первое в России Лётное военное поле, которое расположили так, чтобы было видно прямо из Большого дворца, где часто из царской фамилии кто-то присутствовал, как летают летуны. 

Куприн, уже живя в Гатчине, быстро познакомился со многими авиаторами, даже поднимался с ними в воздух. И, конечно, об этом у него сложились стихи, рассказы и очерки: «Мой полет», «Волшебный ковер», «Сашка и Яшка», «Люди-птицы», «Уточкин», «Потерянное сердце».

Писатель всегда был исследователем окружающего мира, и только после непосредственного соприкосновения с какой-либо профессией он писал о носителе её. Деревянный дом был у Куприна пятикомнатный с большой застеклённой верандой, во дворе и доме всегда жило множество животных, о которых он, естественно, писал: «Скворцы», «Сапсан», «Козлиная жизнь»...

Куприн, живя уже на собственной земле, оказался страстным садоводом. Он обеспечивал своё семейство овощами, в саду был разбит цветник с прекрасными розами и другими цветами, он даже выращивал экзотические дыни-канталупы, а за рассадой удивительной клубники съездил в Прибалтику. 

Для того чтобы всё это росло, цвело и благоухало, нужно было землю хорошо удобрять (не считаю унизительным об этом говорить, я сама обожаю копаться в земле, да и множество садоводов нашей страны меня поймут). Так вот, собирать коровьи лепёшки Куприн ходил в Мариенбург (частные дома Гатчины), где сейчас центральная улица посёлка названа его именем.

Хотелось бы и себя привязать к местам, по которым ходил в Гатчине Куприн, пусть он «Всесоюзный гатчинский житель», а я просто гатчинский житель, но всё-таки живу я здесь более 40 лет. В Мариенбурге я прожила на улице Крайней (после ул. Кустова) в деревянном доме восемь лет, остальные годы – на Аэродроме, бывшем Лётном поле. Вроде бы смешно, но когда я получила новую квартиру и решила поменяться на центр города, то мне предложили единственный вариант, дом, на котором висит мемориальная доска: «В 1906 – 1919 годах в Гатчине жил и работал Александр Иванович Куприн. На этой улице находился дом писателя. Здесь созданы рассказ «Гамбринус», повесть «Яма» и другие произведения. 

Я подумала и решила: купринское место не занимать, и осталась на своём.

В Гатчине есть ещё библиотека его имени, около которой строит бюст писателя. Мне рассказывали, чтобы присвоить библиотеке имя Куприна, потребовалось более 15 лет: эмигрантов в Гатчине не любят. Вспомните, что я писала о создании здесь музея Куприна. Сколько раз я главе города говорила об этом, ведь Куприн – писатель мирового уровня, но в ответ – пустые глаза. Уже дворцы почти все в стране восстановили, а на домик Куприна – ни желания, ни денег. 

Жил да жил Александр Иванович в Гатчине мирно, с семьёй, растил дочку Ксюшу, и вдруг война. В 1914 году мобилизовали его по собственному желанию и послали в Финляндию на военную службу. Там он обучал солдат и временно командовал ротой. Писать ничего не мог. Потом заболел и вернулся в Гатчину. В доме был устроен госпиталь для легкораненых. Ухаживали за ними Елизавета Морицовна и семилетняя Ксения.

Война окончилась, началась революция. Неподалеку от дома Куприных жил Великий князь Михаил со своей морганатической женой Брасовой. Жил уединённо, к власти не прикасался. После отречения Николая II, Михаил тоже отказался от наследования Престола, но его всё равно арестовали, и Куприн написал в его защиту гневную статью, напечатанную в Санкт-Петербургской газете «Молва». Скорее всего, эта статья и стала причиной неожиданного ночного ареста Куприна, когда пришли к власти большевики, потому что его освободили после вмешательства Горького, который заверил, что Куприн не был знаком с Великим князем, просто жил по соседству. 

Следующая цепочка событий после ареста: жуткие ночи в камере, жене заявили, что все арестованные расстреляны, рукописи и книги из дома Куприна конфискованы, занесение в список «заложников»…

Когда 16 октября 1919 г. войска Юденича заняли Гатчину, Куприна как офицера запаса царской армии призвали на военную службу и поручили редактировать армейскую газету, которую назвали «Приневский край».

Вскоре Юденич отступил, редакция переехала в Нарву, а Куприн с семьей в Ивангород. Было начало ноября, и большевики готовили наступление на Нарву, поэтому Куприн в Ивангороде не задержался, а выехал в Ревель, где некоторое время работал в газете «Свобода России». Но тоже недолго, и вскоре семья писателя обосновалась в Париже, где находился тогда центр первой волны русской эмиграции.

 

Теперь о газете «Приневский край»

О себе и своей деятельности мне рассказывать неудобно, потому я воспользуюсь материалами из книги Надежды Перовой «Зоя Бобкова и её «путь-дорожка от Харбина…». В этой книге целая глава посвящена газете «Приневский край», называется она «Приневский край» Куприна и Зои Бобковой»:

- Как Вам пришла идея воссоздать купринскую газету «Приневский край»?

- В годы перестройки начались массовые сокращения. Получила выходное пособие, поставили на учёт в Центр занятости, без права работы, но пособие всё уменьшали и уменьшали… Пособие перестали через год платить… В газетах уже печатались мои статьи,.. работы было уйма, а денег мизер…И как-то сын говорит мне: «Хватит тебе работать на чужих тёть и дядь, издавай свою газету». И как по волшебству меня осенило: издавать историческую газету, которую издавал в Гатчине в начале ХХ века «всероссийский гатчинский житель» Александр Иванович Куприн. А издавал он газету «Приневский край». И всё получилось легко, словно он сам помогал… Через некоторое время газета получила широкую известность, не только в Гатчине, даже из-за рубежа привозят туристы отдельные номера, и она попала в Википедию.

Когда я начинала свою газету, я не знала, что это была фронтовая газета армии Юденича, мне было важно, что первым редактором её был мой земляк, великий писатель, Александр Куприн. Из этого я и исходила: он писатель, и я – тоже. Но через пару лет после начала выпуска газеты наши местные газетокопатели, конечно, при стечении народа, сообщили мне об этом. Но мне уже понравилось её выпускать, да и не сажают теперь за это.

 * * *

Я делаю купринскую газету,

К работе понемногу привыкаю, 

Окидываю взглядом всю планету,

Но каждую былинку примечаю.

 

Истории известные мгновенья

Попробую на гранки положить.

Дни вспыхнут и, сгорая, как поленья,

Исчезнут, но в газете будут жить.

 

 

Осталось добавить, что газета «Приневский край» выходит