Создатель 16-й страницы «Литературки» Илья Суслов. Памяти друга

Опубликовано: 22 марта 2018 г.
Рубрики:

"Венец жизни каждого человека — есть память о ней".

Об этом изречении великого русского писателя Ивана Бунина я в очередной раз вспомнил 18 марта в Роквиллской библиотеке, где собрались русские и американские друзья, коллеги, родные известного писателя, журналиста, сатирика Ильи Суслова, ушедшего от нас год назад .

Я помню, как мой папа, солидный журналист, шёл рано утром к киоску ''Союзпечать'' , чтобы успеть купить '' Литературную газету '' , в которой мы, в первую очередь, всей семьёй читали 16-ю страницу, на которой печатались материалы клуба ''Двенадцать стульев''. Так вот создателем и автором этой уникальной по тем временам страницы был Илья Суслов. 

Встречу в Роквиллской библиотеке открыла вдова Ильи - Нэнси Суслова. О жизненном пути писателя рассказал знавший его 70 лет Марк Хазанов.

После каждого выступления была ''музыкальная пауза'' – талантливейший музыкант Владимир Фридман демонстрировал чудеса игры на гитаре и радовал публику очень тёплым исполнением песенных шлягеров в паре с Тайриной Оберландер.

С большим юмором и актёрским мастерством вспомнил своего друга Семён Резник. 

Очень трогательным было выступление сына Ильи, Марка Кельнера, который прочёл рассказ отца на русском и тут же - на английском языке.

Я на этой встрече процитировал одну из реплик Эзопа в спектакле ''Лиса и виноград”, который сейчас репетируется в '' Театре русской классики'': ''Да, женщина, да я забавен, но когда я рассказываю свои весёлые басни, ты не можешь себе представить до какой степени я серьёзен''.  Эта реплика могла бы быть предисловием ко всем ''весёлым '' рассказам Ильи Суслова.

 И ярким примером этому были прочитанные мной фрагменты из книги ''Рассказы о товарище Сталине ''.

 Желающих встретиться с родными, друзьями, коллегами Ильи Суслова было очень много и все уходили в прекрастном настроении - память о таких людях, каким был Илья Суслов, помогает живым быть оптимистами.

 

 Илья Суслов. Из рассказов о товарище Сталине

 

ДВОЙНИК

К товарищу Сталину прибежал товарищ Берия и сказал:

— Товарищ Сталин, по Москве ходит ваш двойник. Рост такой же, и возраст, и голос, и усы. Что будем делать, товарищ Сталин?

— Расстрелять! — коротко сказал товарищ Сталин.

— А может быть сбреем усы? — задумчиво спросил товарищ Берия.

— Можно и так, — согласился товарищ Сталин.

ОБРАЗ ВОЖДЯ

Обычно роль товарища Сталина исполнял артист М. Геловани. Он играл ее и в кино, и в театре. И, конечно, он был очень известный актер. И он поэтому зарвался и стал просить руководителей советского искусства разрешить ему побыть некоторое время рядом с товарищем Сталиным, чтобы, как он выражался, поближе познакомиться с образом великого учителя, чтобы потом еще более правдиво воплощать его в театре и в кино, куда ходят миллионы. Он хотел побывать в Кремле и на одной из загородных дач товарища Сталина. Руководители искусства долго не решались доложить эту просьбу товарищу Сталину. И, наконец, один из них, измученный приставаниями актера Геловани, на одном из приемов сказал товарищу Сталину, что артист Геловани, известный товарищу Сталину исполнением роли вождя, хотел бы... в том смысле, что... изучение образа любимого... величайшего... и это, в свою очередь подняло бы, может быть, наше искусство на недосягаемую высоту... И товарищ Сталин сказал: «Актер Геловани хочет изучить мой образ. Он хочет понять мой жизненный путь. Это неплохо. Пусть начнет с Туруханской ссылки».

И мы не помним теперь, где, когда и при каких обстоятельствах умер артист Геловани. А жаль. Он был очень похож на товарища Сталина. 

 

А. М. ГОРЬКИЙ ПИШЕТ СТАТЬЮ

Однажды на дачу А. М. Горького приехали Сталин и Ягода. Товарищ Сталин сказал:

— Алексей Максимович, было бы очень хорошо, если бы вы, великий пролетарский писатель, написали статью на такую, скажем, тему: если враг, допустим, не сдается, его, допустим, уничтожают! Такая статья очень помогла бы нашей партии расправиться со всеми и всяческими врагами социализма, мечтающими реставрировать помещичьи порядки в нашей стране.

— Понимаете, — сказал А. М. Горький, — боюсь, не справлюсь, Иосиф Виссарионович. Съезд писателей надо готовить. Детскую литературу поднимать. «Дело Артамоновых» кончать надо, да и «Клим Самгин» не завершен. Боюсь, не справлюсь, Иосиф Виссарионович...

— А вы попытайтесь, Алексей Максимович, — сказал товарищ Сталин. — Попытайтесь... Попытка, как говорит мой друг Ягода, не пытка.