Два фантастических рассказа

Опубликовано: 6 декабря 2017 г.
Рубрики:

В твоих руках

Он провел пальцами по траве. Рецепторы болезненно отзывались на скопившийся внутри живой сок. Все дышало. Он обожал приходить лес. Вдыхать прохладный живой воздух, наслаждаться шуршанием листьев и завыванием деревьев. Он знал, что и они могут общаться. Нужно лишь прислушаться. 

Джон сильнее вдавил свое тело в землю, чтобы спина и руки ощущали ее тепло. Он надеялся запомнить малейшие детали, стать ближе к ней и унести с собою эти ароматы и пульсирующую жизнь. А еще он мечтал о снеге. О настоящем живом дышащем снеге. Джон был согласен замерзнуть, лишь бы ощутить это приятное покалывание. 

- Сеанс окончен, – прозвучал приговор от бездушной машины. – Джон Мэтьюс, вас ждут в холле.

Последний жадный вдох. Все ненавистнее становились минуты возврата в реальность. Неужели его вырывают из рая? Почему бы симуляции не стать родным домом? Он, конечно, слышал, что люди становятся зависимыми от программы и, словно наркоманы, высушивают свой мозг сладкими иллюзиями. И Джон не раз думал, что согласился бы разделить их участь. 

Он открыл глаза, прощаясь с живым миром. Нужно было лишь нажать кнопку на браслете - и все кончено. Но с каждым разом это действие давалось все сложнее. Джон с ненавистью вдавил клавишу, и картинка начала рассыпаться. Вскоре его окружала белизна стеклянной заслонки. Джон протянул руку и откинул крышку капсулы. Он встал и почесал голову. На матрасе остался след от его тела. Мир исчез. 

Сегодня все должно случиться. Он оглянулся. Окружающие старались не встречаться с ним взглядом. Все понимали, на что он идет, и никто не хотел оскорбить его своей жалостью. В конце концов, он все равно скоро погибнет. Ему ведь уже 40 лет, и готовится стирание. Почему бы не стать героем напоследок?

Джон натянул комбинезон и прицепил дыхательную трубку. Под землей, где располагался город, правительство позаботилось о системе вентиляции, но на поверхности было не спастись. Он шел по улице, вглядываясь в темные холодные стены родного района. Все готовились к битве. «Кто бы мог подумать, что Третья Мировая Война все-таки наступит? И из-за чего? Еда!», – Джон выругался про себя и старался скорее исчезнуть из этого кипящего страхом места.

Он вошел в лифт. От поверхности лабораторию отделяло 20 этажей. Там в главном холле его ждал командир и врач. Джон нажал на кнопку, и двери захлопнулись. Первые 5 этажей он ехал в удушающей темноте. Но это было даже лучше, так как дальше открывалась панорама на остальные города, расположенные под землей загнивающими слоями. Он видел голод, смерть и будущее кровопролитие. 

- Пушечное мясо, – сказал Джон, повернувшись спиной. – А разве меня ждет не то же самое?

Джон не понимал, как мир скатился в эту пропасть. Но, в конце концов, он – дитя своего века. Слыша рассказы о снеге, зелени и чистом воздухе, он считал все это лишь дедушкиными сказками. Но секретная подготовительная программа открыла глаза. Шоком было узнать, что раньше люди жили на поверхности, где существовало множество разновидностей животных, территории заполнялись водою, а местами встречались восхитительные ледяные глыбы. А еще невероятнее было слышать о свободе. Оказывается, тогда люди не были привязаны к своему городу и их не усыпляли после 40 лет из-за нехватки пищи и воздуха. 

Он вышел в холл. Врач и командир сидели на диванчике. Два грузных мужчины смотрели в пол и нервничали как дети. Джон их понимал, ведь командир сегодня должен отправить своих воинов на смерть. Они пожали друг другу руки и направились в закрытую часть корпуса, где прятали свою разработку. Приходилось встречаться тайком. Нельзя было допустить, чтобы об операции узнали другие. 

- Тебя долго готовили, Джон, – командир потер красные глаза. – Дело сложное, но ты должен справиться.

- Вы уверены, что я не могу помочь здесь?

- Нет… – он посмотрел на план нападения. – Мы не выиграем эту войну. Здесь не будет победителей. У меня приказ отправлять людей под огонь. Противник сделает то же самое. Никто не говорит, но это лишь способ избавиться от лишних ртов. 

- Черт….

- Да уж… Это бессмысленная война, но сейчас нельзя по-другому. Пища на исходе, но еще хуже обстоят дела с кислородом. Машины не успевают вырабатывать достаточное количество. Люди задыхаются на окраинах. 

- Я не понимаю, – Джон сел в кресло. – У нас ведь столько умных людей. Вот наш врач, профессора. Неужели ничего нельзя сделать? 

- Джон, – сказал врач, – наше время прошло. Нужно думать не от том, как все исправить, а как выжить.

- Но…

- Мы опоздали, мой мальчик. Нам уже никогда не подняться на поверхность. Озоновый слой почти разрушился. Повезло, что мы вовремя успели перенести некоторые формы жизни под землю. Пока солнце не начало прожигать нашу кожу, уничтожая кислород, мы еще могли как-то бороться. Но уже тогда было ясно, что все кончено. 

- Почему же никто не запаниковал раньше?

- Первым, как я помню, очнулся профессор Мияги – ученый из 21-го века. Но и он опоздал. До него на верхушке сидели глупые люди. Какое им дело до экологической трагедии, которая не коснется их поколения? Мияги вроде писал потом, что если бы понял раньше, то смог бы изменить ситуацию. Какая ирония! Его отец был одним из председателей комиссии, и он голосовал против закона об уменьшении. 

 - А теперь мы разгребаем последствия! – командир стукнул кулаком по столу и тяжело вздохнул. Ему было 39 лет, и он понимал, что если не погибнет в войне, то его скоро усыпят. – Ты готов?

- Я помню свое задание, сэр, – ответил Джон. – Найти здание заседания комиссии, прорваться внутрь и передать бумаги, чтобы они убедились в надвигающейся опасности. Но… Я боюсь, что не смогу их переубедить.

- Ты должен! – крикнул командир. – Мы предоставим доказательства. Главное, протяни перед ними час. 

- И только? 

- Да, – сказал доктор. – У тебя прекрасные данные, и с тестами ты справился на отлично. Но в той атмосфере ты испытаешь шок. Твое тело уже деформировалось. Мы не похожи на тех людей. Саморазрушение произойдет через час.

- Что я им покажу? – Джон тяжело вздохнул.

- Вот, – командир протянул фотографии поверхности. Джон с ужасом рассматривал красную пустынную землю, напоминающую Марс, и стоящие внизу даты. 

- Все так плохо? 

- Еще хуже, – кивнул он. – Это лишь те изображения, которые удалось добыть до плавления спутников. Одному Богу известно, что за ад сейчас развернулся над нашими головами. Но можно почувствовать, как нагрев раскаляет стенки даже на такой глубине. 

- Ты должен действовать быстро, – сказал док, когда они шли к лифту. – Покажи фотографии до распада. Снимки исчезнут вместе с тобой. 

- Меня примут за сумасшедшего.

- Хоть за серийного убийцу! – рявкнул командир. – Только убеди их. 

Они вошли в лифт. Доктор и командир перечитывали последние сведения о состоянии солдат, а Джон прислонился к окну. Они поднимались на 15-й этаж, где располагалась машина времени. Такие вещи уничтожались законом, но им удалось сохранить экспериментальный образец в секрете. Каждый знал, что обнаружение приведет к немедленной ликвидации всех участвующих. 

Джон смотрел на бывший город. Не было небоскребов или одноэтажных домов. Исчезли магазины, лавки, транспорт, толпы прохожих. Никаких бездомных кошек и собак… Пустыня. Всепоглощающая красная пустыня. Не осталось даже гор, о которых любил рассказывать дедушка. 

- Ничего, – капитан положил руку на плечо Джону. – Ты все изменишь. Парень, ты все изменишь. 

Машина времени напоминала небольшую одноместную капсулу, отправляющую в один конец. Джон положил бумаги в свой рюкзак и сел на сидение, плотно пристегнув тело ремнями. Док подцепил какие-то проводки к его голове и рукам.

- Будет трясти, – сказал доктор. – Почувствуешь боль и тошноту. Но это пройдет. Главное, сосредоточься на цели. 

- А где меня выбросит?

- В парке, что возле здания. Машина расщепляет тебя на атомы и воссоединяет в другом времени. Тебе понравится 21 век. Я видел документальные фильмы того времени. Это сказка.

- Джон, – командир наклонился к капсуле, – я рад, что именно ты взял на себя эту миссию. Мы все верим в тебя. Не забудь, что распад должен произойти на их глазах, иначе никакой…

Позади него раздался грохот. Кто-то выламывал дверь.

- Они узнали! – крикнул командир, вынимая оружие. – Отправляй его немедленно!

Доктор подбежал к приборам и завел механизм. Стуки в металлическую дверь становились все сильнее, и кто-то уже расплавлял замок. 

- Они вас убьют! – крикнул Джон, пытаясь отстегнуть ремень. 

- Выполни свою миссию! Спаси Землю! – командир повернулся к двери и начал стрелять. 

- Сэр! – успел крикнуть Джон, прежде чем первая пуля угодила командиру в голову. Док нажал на кнопку, и картинка рассыпалась на кусочки. 

* * *

Голова побаливала, как после сильного удара о дверной косяк. Он лежал на чем-то холодном и… живом. Не открывая глаз, Джон провел рукой по телу, проверяя все ли в порядке. Легкие сильно жгло, но эта боль казалось ему какой-то естественной и приятной. Он приподнялся и открыл глаза. Яркое солнце осветило лицо. Он резко встал на ноги. 

- Во имя Вселенной!

Он находился в парке. Сильный прохладный ветер завывал в ушах, создавая неведомую ранее мелодию. Легкие продолжало жечь, но он не прекращал дышать и не доставал трубку. Ему удалось. Джон стоял на земле и впервые видел небо. Настоящее небо с белыми облаками и голубой далью. Он припал к земле и с жадностью схватил руками траву. Бережно поглаживая каждый листочек, он принюхивался.

- Это в сотни раз лучше любой симуляции.

Приложив одну ладонь к земле, а другую к дереву, он слышал их связь. Он чувствовал, как дышит планета вместе с ним. Ему было все равно, что проходящие мимо люди бросают на него удивленные взгляды. 

- Перестань! Дело, – одернул он себя.

Фотографии все еще оставались целыми. Он поднялся и осмотрелся. Машина высадила его точно по плану. Джон дрожал от холода. Его комбинезон привык спасать от палящего Солнца, но прохлада была чем-то новым. 

На первом этаже здания его неприветливо рассматривала крашеная блондинка за столом.

- Мне нужно к вашему главному! – подбежал Джон.

- Ну, – она окинула его странный наряд, – у него важное совещание с представителями защиты окружающей среды. Вы не можете их прервать.

- Но это важно. У меня есть информация.

- Предложение?

- Эм… Да. Это срочно!

- Тогда вот, – она протянула ему бланк. – Сначала заполните и отнесите на 3-й этаж.

Джон, ничего не понимая, взял бумажку. Большими буквами он вывел «Спасти Землю» и зашел в лифт. На третьем этаже его отправили на 5-й за печатью, оттуда на первый за подписью, а когда Джону надоело бегать, он поднялся на самый верх и пнул ногою большую дверь.

- Что вы себе позволяете? – спросил грузный человек во главе стола. Вокруг него сидели обеспокоенные представители.

- Я? Это что вы себе позволяете? Проделать такой путь, чтобы бегать по этажам как мальчишка?

- Кто вы?

- Я… Я из будущего! У меня есть важная информация…

- Охрана! – заорал мужчина. – Охрана! Не хватало, чтобы бродяга срывал собрание. Кто отвечает за порядок?

- Стойте! – Джон затряс руками и полез за фотографиями. – Вы не понимаете. Я прибыл из ада! Там все разрушено, и только от вашего решения зависит судьба моего народа.

- Да он сумасшедший, – шепнула какая-то девушка.

- Нет, это вы все сумасшедшие! – заорал Джон. – Я прибыл, чтобы спасти Землю от вас. Ваши руки в крови, а вы не желаете меня слушать!

- Выведите его!

- Погодите, – два крепких парня схватили его под руки. – Что же вы делаете? Взгляните на фото! Люди, вы еще можете все спасти. Прошу вас! Дайте мне остаться. Вы увидите, что со мной произойдет. Вы должны это увидеть! – его вытащили, и тяжелая дверь снова закрылась.

- Вот из-за таких «зеленых» помешанных, многие поднимают нас на смех, – сказал главный. – О чем мы говорили?

* * *

Джон снова сидел на земле. Молчаливые крепыши в черных костюмах вышвырнули его из здания. У него оставалось 10 минут до распада.

- Простите, сэр, я все провалил. Это конец. Никто нас не спасет.

Он лег и почувствовал на своей щеке что-то холодное. А потом еще раз. Джон открыл глаза и увидел, как в небе закружились белые хлопья. Он приподнялся и протянул руку. Белое вещество упало на ладонь и тут же испарилось. Джон оглянулся, но прохожие оставались безучастными к его открытию. Он невольно рассмеялся и стал подпрыгивать, собирая парящие ледышки в свои ладони. 

- Вы в порядке? – спросил проходящий мальчик. 

- Что это? – Джон протянул мокрые руки.

- Снег.

- Снег! Я так и думал, – он снова сел на землю, подставляя лицо снежинкам. 

- Вы странный, – улыбнулся парень и сел рядом. – Нормальные взрослые не радуются… погоде. 

- Это у вас все странные. Вокруг дышит планета, но ее никто не слышит.

- У вас что-то выпало, – мальчик наклонился и поднял фотографии. – Что это?

- Мой дом.

- Где же вы живете? – мальчик перебирал фото с ужасом на лице.

- На Земле. Правда до нее еще много-много лет. И сегодня я не смог ничего изменить.

- Что случилось?

- Никто не думает о завтрашнем дне и следующих поколениях, – вздохнул Джон. – Мы обречены.

- Но… – мальчик серьезно посмотрел на него. – Может быть, у вас еще есть время? Я бы помог. Мы с друзьями как раз организовали экологический кружок. Иду клеить листовки…

- Не обижайся, но ты всего лишь маленький ребенок. Тебе не повлиять на ослепленных вестников, – он указал рукой на здание. – Осталась минута.

- И что будет?

- Все закончится, – Джон уже ощущал, как кожа начинает болеть от распада. Он хотел уйти, чтобы не ошарашить этим процессом малыша.

- А вот я бы все-таки попытался, – все еще настойчиво сказал мальчик.

- Ты славный малыш. Лучше, чем те взрослые. Меня зовут Джон.

- Кевин Мияги.

- Мияги? – Джон вскрикнул и пошатнулся. – Ты Мияги? Профессор Мияги? 

- Какой профессор, дядь? Мне только 9 лет.

- Господи! Мияги! Я встретил самого Мияги! – Джон запрыгал от радости. 

Мальчик молча наблюдал как странный человек в комбинезоне исчезает буквально на глазах. Сначала его кожа покраснела, затем он словно превратился в большой пазл и начал разваливаться. Но человек не прекращал радоваться и плакать. И в последнюю миллисекунду он набрал побольше воздуха, стараясь унести с собой ощущение жизни. 

Мальчик остался один. Он сидел на траве, смотря на пустое место, где еще пару секунд назад плясал незнакомец. Кевин перевел взгляд на руки. Ужасные картинки тоже начали растворяться, но его память сохранила пейзажи мертвой планеты. 

Он встал и посмотрел на все еще синее небо и приветливое солнце. В этот момент он понял, что Земля пока дышит. Мальчик решительно обернулся и уверенной походкой пошел к главному зданию. Он знал, что ему предстоит сделать.

***

На мосту

 

- Вы крайний?

Я обернулся и увидел перед собой невысокого мужчину среднего возраста. Одет простенько, волосы слегка взъерошены, взгляд немного безумный, а на лице сияет радостная улыбка.

- Куда крайний? – меня озадачил его вопрос. Мы стояли посредине заброшенного старого моста. Под ним с ревом протекала река, сносившая все на своем пути. Сейчас меня беспокоила лишь боль, ведь я пришел сюда с конкретной целью – покончить с жизнью. 

- Туда, – он указал пальцем на мощный поток воды.

«М-да, не хватало, чтобы моим последним собеседником стал назойливый сумасшедший». 

- Так вы прыгаете? – пристал он.

- Не торопите меня. Я же раньше пришел. Когда захочу – тогда и прыгну. Тоже сюда?

- Ага, – он продолжал улыбаться. 

- А чего это вы такой жизнерадостный?

- Почему спрашиваете? 

- Это не совсем радостный момент… смерть и все такое.

- Новичку всегда страшно, а для меня уже как традиция.

- Раньше прыгали?

- Конечно. Правда, не всегда именно таким способом. Предпочитаю многоэтажки или поезд. 

- Да вы родились в рубашке. Сколько попыток?

- Сложно подсчитать... Знаете, точную цифру не скажу, но не меньше 20 раз. 

- Ого! И сколько раз умерли? – спросил я в шутку.

- Странный вопрос, – улыбнулся он. – Конечно же, все 20 раз и умер. Цель всегда одна. Зачем прыгать, если выживешь? 

«Да, это чокнутый. И чему удивляться, если рядом находится психбольница. Сбежал». 

- Раз мы так мило беседуем, предлагаю познакомиться, – предложил он.

- Дик, – ответил я.

- Джон, – сказал он, протягивая мне руку. Я нерешительно протянул свою.

- Итак, мы два джентльмена стоим на этом мосту в ожидании смерти. Позвольте спросить, какова ваша причина?

- Повяз в долгах, семья развалилась, жена ушла, забрала дочь. С работы тоже выгнали… Эм, что еще… Ах, да, и пес сбежал. 

- Печально. А дочь как зовут?

- Софи.

- И не жаль вам ее бросать? 

- Знаете, – разозлился я, – это не ваше дело. Разве прилично спрашивать о подобном в таком месте? 

- Простите, действительно не мое дело. 

Мы стояли минут 5 и молча смотрели, как течением уносило крупную корягу. 

- А ваша история? – я уже немного успокоился.

- Все не так трагично. Это сродни традиции. Раз в десять лет совершаю самоубийство, – спокойно ответил он.

- Раз в 10 лет? 

- Да.

- А сколько вам?

- 35.

- Эм, ладно… Но вы все еще живы. 

- Ой, я разве не упоминал? Простите мою невежливость, – оживился он. – Я бессмертен. 

«Черт, вечно забываю, что говорю с поехавшим». 

- А… бессмертный, – продолжал я вслух. – Это все объясняет. И давно?

- С 1701 года. Но прыгаю, конечно же, с 1811-го. 

«Блеск! И угораздило же меня выйти на мост именно в тот день, когда с психушки сбежал больной на голову. Еще возьмет и прирежет... Хотя, что я несу?! Мне ли сейчас бояться смерти. Лишь бы этот чудак с собой ничего не сделал. И где санитаров носит?». 

- Знаете, первый раз вижу бессмертного, – я решил его отвлечь. – Даже не знаю, как к вам обращаться.

- Так познакомились же, – улыбнулся он. – Просто Джон.

- И много вас таких?

- Бессмертных? Если честно, я не встречал еще никого. К сожалению…

- Может, поделитесь секретом? Ну, как вас угораздило получить этот дар?

- Дар?! – разгневался он. – Какой к черту дар?!! Проклятие! Вот это верное слово.

- Простите, – попытался успокоить его я. 

- Нет, это вы простите, – он разжал кулаки. – Я столько лет мучаюсь, что иногда срываюсь и забываю, с кем разговариваю. 

- Мучаетесь? 

- Безусловно! Я понимаю ваше удивление. Ведь сам когда-то мечтал жить вечно. Но порой нашим желанием лучше не исполняться.

Он замолчал и погрузился в свои мысли, наблюдая за потоком воды.

- Значит, вы бессмертный...

- Я должен был умереть в 1701 году. Но судьба решила дать второй шанс.

- Вы сами это сделали?

- Нет. Даже не подозревал, что такое возможно. За подобные мысли легко лишали головы. Вы слышали что-нибудь об алхимии?

«Хм, у сумасшедших просто потрясающая фантазия. Я уж ожидал историй о летающих слонах и т.д.».

- Алхимия? Это типа философский камень, превращающий любой материал в золото?

- Да, из этой оперы. Я лежал в больнице и умирал от… впрочем, название этой болезни вам ни о чем не скажет. В общем, я погибал и ничего нельзя было исправить. Оставалось протянуть еще день другой, и отдал бы концы. Врачи знали, что я безнадежен, к тому же еще и бродяга. Вот они и решили, что нечего нищему занимать палату, и хотели меня выставить. Вот тут и появился этот профессор… Он нагнулся и прошептал:

- Вы ведь знаете, что дни ваши сочтены?

В ответ я лишь кивал.

- Понимаете, что вас хотят выставить отсюда?

Кивок.

- Я могу помочь. Заберу вас к себе, обеспечу достойную смерть в мягкой постели и с вкусным вином. От вас требуется лишь участие в небольшом эксперименте. В лучшем случае вы выздоровеете. В худшем – умрете. Терять все равно нечего.

И я согласился. Ведь хуже уже быть не могло. А перспектива подохнуть на улице абсолютно не радовала. Итак, он забрал меня к себе. В его двухэтажном доме было несколько спален, кухня, гостиная и лаборатория в подвале. 

Он начал поить меня каким-то снадобьем. Помню лишь, что оно светилось в темноте. И я стал чувствовать себя намного лучше. Через три дня в постельном режиме не было надобности. Большую часть времени я проводил в его лаборатории.

Оказалось, что он умелый алхимик, и очень близко подобрался к разгадке эликсира вечной жизни. Для завершения не хватало лишь живого человека. Конечно, я ему не поверил. И тут он… Черт, просто взял и ударил ножом свою собаку. 

- Что? – переспросил я.

- Да! Я испугался. Подумал, что имею дело с безумцем и попытался выбежать на улицу. Но он вцепился в мой рукав и стал кричать, показывая на животное: «Смотрите! Да смотрите же вы!». И я посмотрел. Его пес, только что скуливший от боли, уже спокойно ходил по комнате и вилял хвостом. Я подошел и потрогал его бок. Он был абсолютно целым.

- После удара ножом? – засомневался я.

- Смотрите!

Он достал из кармана нож. 

«Приехали. Пустой мост, я и безумец с ножом».

Я попятился назад и попытался вспомнить любой из приемов, увиденных в «Карате-пацан». 

- Не тряситесь так, – сказал он и полоснул себя по руке. – Не отворачивайтесь!

Я всмотрелся, и не поверил своим глазам – рана стала затягиваться. Кровь буквально испарилась, и рука снова была целая.

- Что за черт?! Кто вы такой? – закричал я.

- Ну, вы даете. Я вам уже минут 20 объясняю.

- Думали, я возьму и поверю вам? Это же невозможно! Мне показалось, что вы из психушки! 

- Это так. Я числюсь пациентом, – улыбнулся он.

- Так вы сумасшедший?!

- Нет, я бессмертный.

- Что за…

- Успокойтесь, – он положил мне руку на плечо. – Закурите.

- У вас только что зажила рана… – бубнил я. – Кто-нибудь знает об этом? О вас?

- Все уже мертвы. Не от моей руки, не бойтесь. Время берет свое. За последний век вы первый, кому я рассказал. 

- Просто не укладывается в голове. Что же было дальше?

- Эта картина с псом полностью убедила меня в магических познаниях профессора. Он пообещал подарить мне вечную жизнь. Сказал, что не вылечил болезнь, а лишь убрал симптомы. Поэтому и предложил стать его подопытным кроликом. 

Оказывается, его собака вот уже месяц была в таком состоянии. И я решил рискнуть. Он достал шприц с каким-то раствором и вколол мне в руку. Я подумал, что на этом все и закончится. Но он сказал, что это лишь болеутоляющее. Потом поместил меня на кушетку и привязал ремнями мои руки и ноги. Он сказал, что процесс крайне сложный, но если выдержу, то результат превзойдет все ожидания. Это была худшая ночь в моей жизни. 

Я видел, как он бросает в котел различные химические вещества, потом дотронулся к этому вареву каким-то камнем, и от этого оно засияло. Он взял огромный ковш и набрал туда этой кипящей жидкости. 

- Откройте рот, – сказал он.

- Она же огненная! Хотите ошпарить мне все внутренности? 

- Назад пути нет.

Я повиновался. В первые секунды даже ничего не понял. И только потом до меня дошло, что рот мой начал кровоточить, язык онемел, а все горит от боли. Я закричал так, что, наверное, сбежался бы весь квартал. Но доктору было все равно. Он лишь наблюдал и записывал что-то в свой блокнот. 

Я молил его о воде, спасении, смерти. Но он не сжалился. Это было невероятно больно. Часа два я мучился в аду. Все горело внутри, жидкость разъедала мне внутренности, а я ничего не мог с этим поделать. Я чувствовал, будто ржавый гвоздь медленно врезается в сердце и пытается разорвать его на кусочки. 

Я кричал, а когда выбился из сил, просто рыдал. А потом, от шока видимо, потерял сознание. Проснулся только утром в своей постели все еще привязанный, но уже без боли. Дверь в комнату открылась, и вошел доктор. 

- Как себя чувствуете? – он снял ремни.

- Еле сдерживаюсь, чтобы не врезать вам по морде! 

- Простите за боль, но другого способа нет. Все же поздравляю вас. Мучения позади.

- Сработало?

- Проверим.

Мы снова спустились в лабораторию. Я чувствовал себя просто прекрасно. Мое тело словно переродилось. Боль прошла, а раны, нанесенные кипятком, и вовсе исчезли. 

Я сел на столик и весело дрыгал ногами как ребенок. 

- Готовы? – спросил он.

- К чему?

- К проверке, – сказал он и полоснул меня ножом по руке.

Я вскрикнул от боли и толкнул его к стене.

- Ошалели? Вчерашнего было мало? 

- Видите иной способ проверить результат? Что с рукой?

- Да вы же меня покалечили, – выкрикнул я, но с удивлением увидел, что рана уверенно затягивается. 

- Получилось! – ликовал доктор. – Через неделю процесс будет идти в 5 раз быстрее, и вы не заметите, как порезы молниеносно будут заживать на вашем теле.

- Надеюсь, что получать я их буду не так часто. Да, профессор? – но прежде, чем я успел закончить фразу, он наставил на меня револьвер. – Вы чего?

Ба-бах!!! Пуля мягко вошла в мое сердце, глаза залились кровью, и ночная боль напомнила о себе. Представляете? Больной старик взял и выстрелил в меня!

- И что вы? – спросил я.

- Жив, как видите. Я очнулся, как он сказал, через 20 минут. Рана затянулась, а пуля вышла. Боли я уже не чувствовал. Но видя, как он радостно смеется, я не выдержал и врезал ему кулаком в челюсть. Но и это не заткнуло его смех. 

С того вечера он частенько проверял мое бессмертие разными способами. И все были внезапными. То ударит мечем, то выстрелит, однажды во сне отрубил мне голову, а она возьми да прирасти обратно! Для него такие проверки были сущим весельем. 

- И сколько это продолжалось?

- Около года. Несмотря на частые «выпады» с его стороны, я привык к нему. Я многому научился. Часами перечитывал все его книги. Добрался даже до тех знаний, что доступными лишь алхимикам. Вскоре он стал обучать меня.

Однажды профессор показал мне свойства волшебного камня. Это было удивительно. Он был ключевым элементом в эликсире вечной жизни. Одно касание и все превращается в золото! Я не отрываясь смотрел, как он колдует над своими колбами. Но, мне эта наука не давалась. 

Все чаще мне хотелось выйти на улицу. Я мечтал увидеть мир, тем более, что теперь у меня была такая возможность. С его камнем мы могли жить как короли и ни в чем себе не отказывать. Но он только злился при таких разговорах. Вечно твердил, что все это во имя науки, и запрещал мне выходить.

Я взбунтовался. Когда мнишь себя почти Богом, никто не смеет отдавать приказы. Поэтому в один вечер я украл его камень и сбежал. 

- Куда же вы отправились?

- Куда вела дорога. 20 лет я бродил по миру и везде жил как падишах. Сражался на дуэлях, но не умирал. Покупал роскошные особняки, кутил в них до рассвета, а потом сжигал все дотла. Купался в шампанском и раздаривал меха крестьянам. Никто не мог остановить меня. Но однажды случилось страшное…

- Он нашел вас?

- Нет… Я влюбился. Это была прекрасная молодая девушка. Крестьянка из бедной семьи. Она была так добра и чиста. Я осыпал ее деньгами, но она ничего не хотела. Я просто сума сходил. Забыл о всех благах и просто ходил за ней как одержимый. Не мог ни есть, ни спать. Женщины! Это наибольшая уловка на пути подлеца. Прошло время и она, наконец, ответила мне взаимностью. Но была проблема. Она была совсем девчонкой, а мне 35 лет и….

- Вам помешал возраст?

- … и я был бессмертен. Вот тогда я впервые ощутил, что мой дар – проклятие. Она долго мне не верила и пришлось проделать пару фокусов с ножом. Я попросил ее подождать месяц, чтобы съездить к профессору и вернуть свою жизнь. 

Всю дорогу я придумывал оправдание своему бегству 20 лет назад. Я готовил речь, которую скажу ему при встрече. Он был единственной надеждой. В моей душе закралась страшная мысль, что процесс необратим, но я надеялся на второй вариант – сделать бессмертной ее. Это было бы романтично. Вечная любовь и все такое. 

- И что вам ответил профессор?

- Ничего.

- Не захотел принять?

- Умер. Скончался от сердечного приступа через год после моего отъезда. 

- Господи… И вам пришлось бросить ее?

- Честный человек поступил бы так, но я негодяй. Знал, что сломаю ей жизнь, но не мог жить без нее. Она долго плакала. И я знаю, что на ее вопрос: «Что же нам делать?» должен был ответить: «Ничего. Живи своей жизнью. Мы не можем быть вместе». Но вместо этого я обнял ее и сказал: «Просто будем жить».

Я увез ее от родни на тихий островок. Каждую неделю нам привозили продукты и все необходимые предметы. Поверьте, я сделал все, чтобы она была счастлива. Пытался хоть как-то загладить свое ужасное решение. Но мы не смогли иметь детей. 

- Почему?

- Профессор предупреждал о возможных проблемах. Но разве тогда меня это волновало? Она страшно расстроилась, хотя никогда мне этого и не показывала. Несмотря на все это, те годы на острове для меня были самыми лучшими.

Но время шло. Из 20-летней девушки она превратилась в красивую женщину. Мы стали ровесниками. И я любил ее еще больше. Я видел, как она меняется, но сам оставался как стальная статуя. Время не трогало меня. Ей уже 50, а мне все еще 35. Она плачет, а я говорю, что ничего не изменилось.

Дружище, вы не представляете себе, как это больно наблюдать за смертью любимого человека. И не за час-два, а год за годом. Время медленно забирало ее, а сделать ничего нельзя. 

- Вы оставались с ней до конца?

- До последнего вздоха. А дальше идет самая темная полоса в моей жизни. Поверьте мне, я самый ужасный и проклятый человек на земле. Сначала пытался умереть, перепробовав все возможные способы, но ничего не помогло. И тогда я плюнул в лицо Богу. Стал издеваться над его творениями. Убивал из удовольствия, порой уничтожая целые поселения. Когда на меня находило раскаяние, то одаривал бедняков, строил приюты, больницы. И так по кругу. 

В конце концов, все приелось. Живу как овощ. Дни не отличаются. Все серое. Я лишь молюсь, чтобы в один день просто не открыть своих глаз. Мне не важно… Пусть лучше в Ад, я и на это согласен. Лишь бы не на земле… Мне пора, – он стал готовиться к прыжку.

- Постойте. Неужели вам совсем не хочется остаться здесь? Я бы многое отдал за такую возможность.

- Отдали? Да вы же сами собираетесь прыгнуть! Черт, я был таким же глупцом. Три столетия скитаюсь по земле. Я видел все! Делал самые прекрасные поступки, на которые способен человек, и самые гнусные, которые ужаснут даже князя преисподней. Поднимался на высоты, о которых вы и не слышали. Был при королях и в нищете. Все чудеса представились мне, покорились континенты. Да я участвовал во всех войнах с 1812 года. Перепробовал все! Знаете, почему сейчас коротаю время в психушке? 

- Почему?

- Просто сумасшедшие – единственные, с кем пока интересно говорить. Лишь они остаются загадкой. Господи, я живой мертвец. Если бы вы пережили свою жену, дочь, ее детей, то изменили б свое мнение о бессмертии. Не стоит прыгать.

- Но, моя жизнь сложна и…

- Жизнь тем и прекрасна, что конечна. Если бы мне выпал шанс, я бы вернулся и умер на улице. Тогда моя любовь никогда не узнала б страданий, а я не принес столько зла и боли. Смерть недооценивают, боятся ее. Но, страшнее всего – избавиться от нее. Это естественный процесс. Глупцы те, кто не видит в этом спасения. 

- Но, я как раз и хочу избавления…

- Все должно идти своим чередом. Ваше время не пришло. Возвращайтесь к семье. Живите каждый день, берегите драгоценные минуты. Они тем и ценны, что каждая может стать последней. А на память обо мне, вот… держите.

Он наклонился и поднял с земли маленький камешек. 

- Камень? Это вроде какого-то символа?

- Нет, это для старта, – он вытащил из кармана небольшой сверток, из которого извлёк жёлтый гладкий булыжник.

- Это же…

- Камень профессора, – всего одно прикосновение превратило найденный камешек в золотой осколок. – Пусть он станет подтверждением моих слов. Живите каждый день.

Я положил подарок в карман. Мой собеседник перелез через перила и повернулся ко мне лицом.

- Удачи, мой друг! Уже темнеет и вас, наверное, заждались дома. До скорого-о-о-о-о...

Последнюю фразу он прокричал уже в падении. Я подбежал к перилам. Он разбился на бетонном выступе, который омывала река. Я крикнул, но он не шевелился. 

* * *

Он стоял на мосту и все смотрел вниз. 

- Дик?! Дик?! Стой! 

Он повернулся и увидел двух бегущих санитаров. 

- Медленно отойди от перил, – сказал один и них, подходя к нему. 

- Ты ведь не собираешься этого делать, правда, парень? – спросил второй.

- Нет. Я просто… Там человек упал. Ему помощь нужна. 

Пока первый пристегнул запястье Дика наручником к своему, второй санитар посмотрел вниз. 

- Нет там никого. Пустой выступ. 

- Показалось… – подтвердил держащий его за руку.

- Но… Вот же черт! А-ха-ха, обманул, – засмеялся Дик. – Он же бессмертный! Парни! Он ведь бессмертный! Конечно, выжил. Что ему прыжок? В него стреляли….

- Да, да, конечно же, выжил, – улыбнулся санитар. – А теперь пора в палатку. Нужно поспать. Что ж ты всех перебудил?

- Вот напугал же он меня. Я подумал, что врет, а он выжил! Выжил! – все повторял Дик.

- Да, – подмигнул второй санитар. – Ну, что... Пора тебе возвращаться домой?

Дик успокоился и серьёзно посмотрел санитару в глаза. 

- Вы абсолютно правы. Мне нужно вернуться домой, – сказал он, сжимая в кармане маленький золотой камешек.