Поцелуй на Таймс-Сквер. Детективная история с фотографией

Опубликовано: 18 сентября 2016 г.
Рубрики:

 8 сентября в Вирджинии умерла Грета Фридман – одна из медсестер на знаменитом снимке 1945 года "Поцелуй на Таймс-сквер". Почему "одна из" станет понятно по ходу этой почти детективной истории.

 Прилюдным поцелуем можно удивить только в Китае или Северной Корее. И то, не уверен. А так, подумаешь, невидаль? Только французы на дню сто раз целуются. Позитивная эмоция, проявление симпатии, ничего особенного. И вместе с тем, есть несколько известных на весь мир поцелуев с особой символикой. Предательства, нежности, фальши и народного ликования.

 Библейский поцелуй Иуды. Французский Родена. Коммунистический Брежнева и Хонеккера. Американский поцелуй Победы над Японией на Таймс-сквер. Оставим три первых, остановимся подробнее на последнем. Официально страна Восходящего солнца капитулировала 2 сентября 1945-го, однако днем Победы над Японией считается 14 августа.

 У этой фотографии история, достойная детективного романа. Главные герои – молодой моряк, медсестра и фотограф. Основа интриги – кто эта целующаяся пара? С автором снимка все ясно, никаких секретов – репортер журнала «Лайф» Альфред Эйзенштадт.

С персонажами намного сложнее. Фотограф делал репортаж на Таймс-сквер среди многотысячной толпы, когда ситуация менялась ежесекундно. Не было ни времени, ни возможности спрашивать имена сфотографированных. Впрочем, на тот момент это было не столь важным. Главное, передать атмосферу праздника победы, народного ликования. С чем Эйзенштадт прекрасно справился. В праздничный выпуск «Лайф» попали несколько снимков Альфреда с целующейся парой на обложке.

 Фотограф поймал за хвост профессиональную жар-птицу, снимок стал, как говорят в Америке, iconic – частью имиджа нации. Многие годы общественность не волновало, кто эти целующиеся молодые люди. Были вялые попытки нескольких человек заявить о себе, но поскольку на фото у моряка видна лишь небольшая часть лица, у медсестры вообще закрыто, их не приняли всерьез. Лишь в 1979 году «Лайф» объявил поиск возможных участников легендарного фото. Спустя год, в журнале были опубликованы 11 претендентов на идентичность моряка и три на медсестру.

 Была даже образована специальная комиссия по отбору кандидатов. В нее вошли историки, фотографы, художники, эксперты и сам автор снимка. В результате трудных дискуссий комиссия пришла к не совсем уверенному решению. Моряком считать Джорджа Мендонсу, медсестрой Грету Фридман.

 Но на том дело не закончилось. Среди сыновей и дочерей американского «лейтенанта Шмидта» начались распри, вплоть до судебных. Грета Фридман пробыла на престоле недолго. Ее сместила Эдит Шейн. Кроме законного мужа, впоследствии у Эдит будут еще три «ухажера»-моряка. Со всеми она в разные годы встречалась на ветеранских мероприятиях в Нью-Йорке. Первым был Джордж Мендонса, после того как остался без Греты Фридман. Вторым – отставной нью-йоркский детектив Карл Маскарелло. И, наконец, за два года до смерти Эдит, техасец Гленн Макдаффи.

 Кто из них «настоящий», у мисс Шейн не было стопроцентной уверенности. Но больше всего она склонялась к кандидатуре Карла Маскарелло. Во время «показательных» поцелуев на Таймс-сквер ветеран полиции целовался столь же страстно и долго, как тот парень в 1945 году. Впрочем, и сама Эдит не была бесспорной «девушкой Таймс-сквер». Однажды фотограф встречался с Эдит, вместе отобедал в ресторане и даже подарил ей снимок с автографом. Но, как он написал в одной из своих документальных книг, у него не было полной уверенности, что Эдит именно та женщина. Впрочем, автор не мог сказать и обратное. Все было мимолетно, и столько воды утекло.

 Эдит Шейн работала в госпитале близ Таймс-сквер и пошла туда, когда услышала по радио речь Трумэна о победе над Японией. Вокруг все пели, танцевали, целовались. Как вдруг ее обнял какой-то высокий моряк и поцеловал. Поцелуй был что надо! Эдит знала в этом толк, ей было уже 27 лет. После поцелуя парень исчез в толпе. Они даже не перемолвились ни словом и не заметили, как их фотографировали.

 Спустя несколько лет, Эдит вышла замуж, уехала в Лос-Анджелес, работала в детском саду и начальной школе. После ее смерти в 2010 году остались трое детей, шесть внуков и восемь правнуков.

 Последний моряк со снимка – Гленн Макдаффи – добился признания лишь спустя 60 лет. В этом ему помог криминальный художник из Хьюстона Луис Гибсон, авторитетный в своей профессии специалист. Почти год Гибсон изучал снимки молодого Гленна и сравнивал с «оригиналом» на фото Эйзенштадта. Вывод Гибсона подтвердили независимые эксперты. С ним согласилась редакция «Лайф».

 В 80 лет бывший почтальон познал вкус славы. Он стал «свадебным генералом» на различных шоу во всех концах страны и прилично зарабатывал на «кэш». За каждый автограф и поцелуй Гленн брал по десять долларов. Макдаффи умер от рака легких в доме для престарелых. Все участники этой истории прожили долгую жизнь. Макдаффи – 86 лет, Шейн – 91 год, Фридман – 92, Эйзенштадт дотянул почти до векового рубежа.

 Из всей этой четверки он самый интересный персонаж. Альфред родился в 1897 году в Пруссии в богатой еврейской семье. Вскоре семья переехала в Берлин. Участник Первой мировой войны. Там получил тяжелое ранение. После войны Альфред сменил несколько профессий, лишь в тридцать лет стал профессиональным фотографом в “Die Welt”. И за короткое время добился блестящих успехов. Он снимал сильных мира сего – Геббельса, Гитлера, Муссолини. Одновременно сотрудничал с американским “Pacific and Atlantic Photos”, будущим агентством «Ассошиэйтед Пресс».

 В 1935 году эмигрировал в США, где сразу нашел работу в журнале «Лайф». С «Лайфом» будет до конца связана вся жизнь Эйзенштадта. На страницах журнала опубликованы 2.500 снимков репортера, около ста – украсили обложки. Эйзенштадт признан родоначальником современной американской фотографии. В ряду его персонажей были Черчилль, Кеннеди, Монро, Дитрих, Лорен, Эйнштейн, Шоу. Вместе с тем, Эйзенштадт не чурался других тем. Снимал войну в Японии и Корее, сюжеты из жизни простой Америки.

 Эйзенштадт женился поздно, почти в пятьдесят, и не оставил после себя наследников. Зато его огромное фотонаследие – золотой фонд американской фотожурналистики. В том числе, легендарный «Поцелуй Победы».