Тучи над городом встали. Интервью с Юрием Хейфецем

Опубликовано: 7 июля 2015 г.
Рубрики:

Юрий Хейфец (творческий и артистический псевдоним Борис Берг) родился в Свердловске (ныне Екатеринбург) в 1953 году. Закончил в 1977 году Свердловский медицинский институт, работал эпидемиологом, инфекционистом, гастроэнтерологом. В 1989 году ушёл из медицины в шоу-бизнес и в качестве автора-исполнителя своих песен гастролировал по СССР в составе концертной бригады... В 1991 году уже в Москве вернулся в медицину. В 2004 году получил второе высшее образование, закончив факультет психологии МГУ. В настоящее время работает врачом в Москве. 

Стихи и песни пишет с 14 лет, известен в кругу любителей авторской песни. Автор романа "Эпитафия", изданного в 2008 году в виде аудиокниги. Поэтический дебют – на страницах журнала ЧАЙКА: http://www.chayka.org/node/6253

  

Ирина Чайковская. Юра, вы ощущаете, что тучи сгущаются? И если да, то как это «сгущение» влияет на жизнь – вашу и всех, кто вокруг?

Юрий Хейфец. Лично я ощущаю, что тучи сгущаются с того момента, как к власти в России пришёл комитет государственной безопасности. С самого первого дня пребывания в Кремле Путина и его ближайшего окружения у меня возникло и с тех пор только нарастает ощущение надвигающейся катастрофы. В России произошла разгерметизация власти, и этот совершенно новый и для России и, к сожалению, для Запада социально-исторический феномен никем и никак до сих пор не понят и не осознан. Россия теперь не только населена преимущественно оголтелой шпаной – это-то как раз для России не ново! – Россия теперь и управляется оголтелой шпаной. К несчастью, эта ситуация усугубляется внутренней и внешней деморализацией стран западного мира, проявляющих недопустимую слабость и неорганизованность в своей внешней политике. Демократия и толерантность в свете этой слабости и неорганизованности предстают как бесхребетность, всеядность и полная беспринципность. И этот «винегрет» чрезвычайно опасен и для России, и для всего мира. Но при этом я не могу не отметить, что Россия и весь мир получают в данном случае только то, что заслужили: безумцы и сумасброды всех мастей и не заслуживают ничего иного, кроме полного краха и гибели… Что же до влияния чёткого ощущения приближающейся беды на мою жизнь, то влияние это исключительно благотворно: во-первых, я всегда рад любой победе логики и смысла над хаосом, даже если эта победа ничего хорошего лично мне не сулит. Во-вторых, поэту никогда не пишется так хорошо и много, как в роковые мгновения истории. Ну, а если говорить о тех, кто вокруг… Люди из моего «ближнего круга» вполне разделяют, в общем, мои ощущения и выводы, а «круг дальний» ведёт себя по преимуществу так, как и должна вести себя толпа, когда чума на пиру становится тамадой.

И.Ч. Меняется ли психология окружающих вас людей?

Ю.Х. Знаете, когда я учился на психфаке МГУ, ныне покойный, к несчастью, профессор Петухов часто повторял нам на лекциях, как заклинание, одну и ту же фразу: «Клиент никогда не меняется; меняется его взгляд на проблему». Если говорить о большинстве населения России как о клиенте, то это, на мой взгляд, всё тот же клиент, которого я видел в СССР с самого детства: он далеко не всегда трезв, он яростный ксенофоб, он глубоко невежественен и почти полностью деморализован. Он идеально владеет всем инструментарием раба, ненавидит всяческую ответственность и смертно боится её. Он жесток, жаден, завистлив и ленив. И что самое печальное, он категорические не желает менять свой взгляд на мир – никогда и ни за какие деньги. Поэтому лично я никакого изменения в психологии широких масс не замечаю. Разумеется, есть исключения. Но мелькающие искры только усугубляют окружающую тьму.

И.Ч. Вы верите данным социологии? Лично мне кажется, что все они либо напрямую заказные, либо фальшивые в силу разных причин. Когда-то я работала в социологической лаборатории и помню, что даже вполне невинные исследования нужно было корректировать в связи с «идеологическими» установками.

Ю.Х. Лично я глубоко убеждён в том, что данные социологии в общем и целом совершенно точно отражают реальную картину происходящего. Путина обожают, ему верят, на него надеются, им восхищаются, не видят ему достойной замены – и всё это происходит только потому, что Путин – это практическое идеальное воплощение сегодняшнего среднестатистического россиянина. Успех Путина – это результат идеальной реализации известного психологического феномена «один из нас». Каждый второй россиянин, оказавшись на месте Путина, вёл бы себя, на мой взгляд, точно так же, как он, или куда хуже, чем он. Поэтому не нужно тешить себя иллюзиями: данные социологии верны.

И.Ч. Почему именно Америка стала объектом ненависти нынешнего режима?

Ю.Х. Америка вовсе не объект ненависти именно и только нынешнего российского режима. Америка – объект давнишней и всё усиливающейся ненависти всех режимов и всех народов. Даже население стран Западной Европы в массе своей недолюбливает американцев. Что уж говорить о населении тех стран, которым до уровня жизни США – как до Луны? Эта ненависть основана на раскалённой зависти – и ни на чём ином. Глупо было бы скрывать или отрицать, что всё человечество в той или иной степени зависит от того, в каком моральном, политическом и социально-экономическом положении находятся США. Казалось бы, кто в этом виноват? Кто мешал России в своё время сделать не доллар, а рубль мировой валютой? Кто мешал любой другой стране мира, а не США, встать во главе движения человечества к прогрессу? Никто, однако, не задаёт себе таких вопросов. Все предпочитают злобно радоваться неудачам Америки и тяжело переживать её успехи. Ну, что поделаешь: диагноз…

И.Ч. Можно ли развивать науку и искусство в нынешних условиях?

Ю. Х. Мне кажется, вопрос поставлен неверно. Великий Иосиф Бродский в своей Нобелевской речи отметил, что не язык является орудием поэта, а поэт является орудием языка. Никто нигде и никогда не развивал, не развивает и не сможет развивать науку и искусство. Наука и искусство развивают себя сами – и заодно в меру своих сил помогают нам по дюйму увеличивать отрыв между нами и приматами. Конечно, это развитие наука и искусство осуществляют как бы нашими руками и при нашем участии. Но именно как бы.

ИЧ. Юрочка, тогда сформулирую вопрос иначе. Смогут ли развиваться наука и искусство в сегодняшних условиях?

Ю. Х. Безусловно, смогут. История человечества - это история миграции людей и идей. Нельзя запретить и отменить взаимопроникновение мыслей и чувств. Если, к примеру, российские учёные столкнутся в ближайшем будущем с полной невозможностью реализации своих талантов на родине, они непременно осуществят всё задуманное в зарубежных институтах и лабораториях. Это произойдёт, если хотите, само собой. Наука сама придумает, как сделать так, чтобы её достойные представители смогли продвинуть человечество ещё на один шаг вперёд. То же самое касается и искусства. Допустим, я, русскоязычный поэт, буду вынужден навсегда покинуть Россию. Что с того? Если мои стихи хоть чего-то стоят, сама русская литература позаботится о том, чтобы я получил возможность высказаться. И я выскажусь, будьте уверены. И вот интервью, которое я даю журналу "Чайка" - лучшее доказательство моей правоты.

И.Ч. Что в этой ситуации можно и нужно делать обычному человеку? крупным деятелям науки и культуры? оппозиционерам?

Ю. Х. Не могу никому давать советы, но на своём примере могу утверждать, что обычный и самый необычный человек, представитель власти и оппозиционер, нищий и олигарх, учёный и невежда, великий поэт и тот, кто в глубине души полагает себя полной бездарью, должны каждый день всю свою жизнь делать одно и то же: самосовершенствоваться. Мераб Мамардашивли сказал однажды: «Человек – это то, что существует пока самосозидается». Если твоё сегодня не делает тебя в твоих глазах лучше, чем ты был вчера, ты мёртв. И если помнить об этом, всё наладится. И в жизни каждого из нас, и в жизни нашей страны, и в жизни всего мира.

 

***

Из стихов Юрия Хейфеца

 

Пока не разразилась катастрофа,
 Пока не воцарилась нищета,
 Пока не рассыпается Голгофа,
 Обнявшая подножие креста,
 Пока от череды землетрясений
 На цыпочки не встала бездна вод,
 Пока не вызрел горький плод сомнений – 
 Тот самый роковой запретный плод! – 
 Пока на нас не рухнула комета,
 Пока не с нами оспа и чума,
 И одеяло нового рассвета
 Не тянет на себя сплошная тьма,
 Пока ещё не начали друг друга
 Мы заживо огнём бегущим жечь,
 Пока ещё по-прежнему упруга
 Родная человеческая речь,
 Пока скотами мы с тобой не стали,
 Пока глаза – не чёрных две дыры,
 Пока в цене рассудок не из стали,
 Пока гудят сердечные пиры,
 Пока не вволю дышится разбою
 И не насквозь свинцов небесный плёс
 Давай поплачем над своей судьбою:
 Она достойна наших горьких слёз.

***