Внимание: наркомания - Часть 2

Опубликовано: 17 марта 2015 г.
Рубрики:

Продолжение.  Начало: см. Часть 1

...Ещё одна трудность, типичная именно для нашей общины, - это отсутствие гласности. Мы скрываем свою беду, боимся обращаться за помощью, признать своё бессилие. Но и здесь есть выход: можно обратиться к частному детективу. Вот что советует русскоязычный частный детектив Роман Хайкин:

- Я уже 15 лет занимаюсь частной практикой, и самые тяжёлые для меня случаи, когда родители просят проследить, наркоман ли их сын или дочь, кто его друзья, кому он продаёт вещи из дома, у кого покупает наркотики. Мне эмоционально тяжело заниматься этим, поскольку я вижу страдания и слёзы родителей. Наши частные детективы должны в рамках закона собрать нужную информацию и предоставить её клиенту. Я не обязан делиться такой информацией с правоохранительными органами, с полицией, с прокуратурой. Если мы выявляем в круге общения подростка того, кто торгует наркотиками, то решение о том, как распорядиться такой информацией, принимает наш клиент, то есть родители наркомана.

Врач-терапевт Сюзен Левит осуждает тех своих коллег, которые с лёгкостью выписывают подросткам рецепты на получение сильно действующих психотропных препаратов:

- Некоторые врачи дают рецепты в расчёте на то, что этот юноша или девушка станут их постоянными пациентами. Для такого врача деньги важнее здоровья и жизни человека. Такое поведение преступно. К счастью, таких врачей мало.

- Есть ли у человека генетическая, наследственная предрасположенность к наркомании?

- Генетики тут нет. Но влияние семьи есть. Обстановка в семье, атмосфера любви и заботы друг о друге - вот что влияет на ребёнка и служит ему примером. Родители должны воспитать в своих детях доверие к ним, желание делиться своими проблемами. Разрыв связей между детьми и родителями, отчуждённость - вот что рождает в подростке желание уйти, забыться, найти кайф вне семьи. Когда подросток не может быть откровенным дома, не может посоветоваться с родителями, он идёт к "друзьям".

- Доктор, как наркотики действуют на организм подростка?

- Наркотики опасны тем, что они проникают в центральную нервную систему и оказывают влияние на мышление, на быстроту реакции, на принятие решений, на восприятие реальности. Естественно, наркотики влияют на функции печени, почек и так далее. Например, кокаин вызывает даже у молодых людей сильнейшую боль в сердце. В 22-25 лет такой человек может получить инфаркт.

- Привыкнуть к наркотикам можно довольно быстро, - говорит Роман Хайкин. - Поэтому очень важно забить тревогу при появлении самых первых признаков. Лучше перестраховаться, чем опоздать. Такими признаками может быть пропажа лекарств из домашней аптечки, пропажа денег, резкая смена настроений, пропуск занятий в школе, враньё, нежелание говорить с родителями. Это не обязательно признак наркомании. У меня был такой случай. Оказалось, что мальчик замкнулся потому, что старшеклассники вымогали у него деньги. Он для них воровал из дому, потому что парней боялся больше, чем родителей.

- Да, - говорит Сюзен Левит, - страх и желание спрятаться, уйти от проблем в фантазии, в галлюцинации тоже может привести к наркомании. Не криком, не скандалом должны родители удержать подростка, а решительной и конкретной помощью. Отстаёт в школе? Нанять частного преподавателя. Ему скучно? Занять спортом, искусством, путешествиями, коллекционированием. У тебя проблемы? Какие, мы поможем. Вот что должны говорить и делать родители. Подросток становится агрессивным от беспомощности. Родители не имеют права отвечать агрессией на агрессию. Не задаривать сына или дочь машиной, дорогой модной одеждой, а важнее просто разговор по душам, скажем, за обедом, за ужином, на прогулке, перед сном. На детей надо тратить своё время.

Да, мы против наркотиков. Но что мы можем сделать, чтобы уберечь от наркомании детей и подростков из русскоязычных семей в Америке? Мы продолжаем разговор на эту тему с людьми, которые непосредственно заинтересованы в решении проблемы.

В Америке с начала 70-х годов прошлого века непрерывно распространяется наркомания. Меняются наркотики, снижается употребление одних наркотиков и повышается употребление других. Но эпидемию не удаётся победить уже более 40 лет. К сожалению, у русскоязычной общины Америки тоже нет иммунитета от этой болезни.

Об этом я веду беседу с врачом-фармацевтом Мариной Слуцкой и с Иваном Подоляном, который недавно прошёл реабилитационную программу и согласился открыто рассказать о своей судьбе.

- Первый вопрос к вам, Марина. Можете ли вы с первого взгляда определить, что к вам в аптеку вошёл наркоман? Как часто наркоманам удаётся обмануть вас и получить нужные ему препараты?

- Когда человек заходит в аптеку, трудно понять, кто он. Для нас он сначала просто покупатель. Но когда он протягивает провизору рецепт, многое становится ясно. А именно: это человек, действительно страдающий от боли, или это наркоман, которому нужны сильно действующие транквилизаторы для себя либо для продажи.

Иван Подолян приехал в Нью-Йорк из Кишинёва 5 лет назад. Сейчас ему 23 года. В Кишинёве, будучи подростком, он начал принимать так называемые "лёгкие" наркотики, а в Америке пришёл к "тяжёлым".

- Объясните, Иван, с чего это у вас началось? Почему? Из-за одиночества? Депрессии? Из стремления вести себя наперекор родителям? Из желания быть на уровне своих друзей? Из любопытства?

- Пожалуй, всё это сыграло свою роль. Недовольство собой, своим положением, желание уйти от неразрешимых проблем и забыться. А потом на это наложилась эмиграция. Обострилось чувство одиночества и неуверенность в себе. Но самую большую роль сыграли друзья, потому что мне хотелось быть в своей компании, быть не хуже других. Есть такое понятие: "за компанию". Выпить за компанию, покурить за компанию, побалдеть, получить кайф за компанию. Когда в Кишинёве я стал курить марихуану, я был уверен, что никогда не перейду на тяжёлые наркотики. Но когда увидел, как мои друзья принимают кое-что посильнее и делают это изо дня в день на моих глазах, да ещё уговаривают попробовать, я сдался. Были таблетки. Был кокаин. Ради общения, за компанию.

- А как вы добывали деньги на это?

- Поначалу я на свои, на заработанные деньги покупал. Потом, с увеличением дозы наркотиков, денег стало нехватать. А без наркотиков я уже не мог и шёл на всё, чтобы добыть деньги. Воровал, обманывал...

- Марина, каким образом такие, как Иван, добывают наркотики в аптеке?

- Для того, чтобы аптека получила право выдавать по рецептам обезболивающие наркотические средства, врач-фармацевт заполняет специальную форму и ставит свою подпись под каждым заказом на все подобные лекарства. Получив заказанные препараты, я их проверяю и результат проверки записываю в специальную книгу, которую могут в любой момент потребовать для инспекции. Таким образом, контроль над наркотиками всё время ужесточается. Не так давно Министерство здравоохранения США ввело специальную электронную программу, благодаря которой аптека может быстро проверить каждого пациента, преъявившего рецепт на получение лекарства, содержащего гидрокодон, оксикодон, алпрозолам и другие сильно действующие средства. При вводе в компьютер имени, фамилии пациента, даты рождения, на экране компьютера можно увидеть, у какого врача пациент получил рецепт, на какое количество таблеток, какой препарат был ему отпущен. Благодаря этому фармацевтам стало гораздо легче решать, выдать лекарство по рецепту или отказать в выдаче, несмотря на то, что врач действительно выписал рецепт, иногда даже на очень большое количество таблеток: 120 или 180. А в компьютере я могу найти данные, что этот пацент два дня назад обращался с этим же рецептом в другую аптеку, и там ему отказали, или приходил с похожим рецептом, но выписанным другим врачом. Мы видим, что государство, общество пытается ограничить распространение наркомании.

- Иван, кого вы можете обвинить в том, что с вами произошло?

- Сначала я был обижен на родителей. Потом я злился на себя самого, так как у меня ничего не получалось, а кончилось тем, что я был обижен на весь мир. Разочаровался в себе, во всех и во всём.

- Вас арестовывали?

- Да, меня задержали на улице, нашли марихуану и арестовали за её хранение. В полиции взяли отпечатки пальцев, получили всю информацию и в тот же вечер отпустили до суда. Суд присудил мне наказание: один день общественных работ.

- Марина, какое чувство вызывают у вас наркоманы? Вы их жалеете? Презираете?

- Двоякое: и чувство жалости иногда, и разочарования. Ведь мы знаем многих клиентов нашей аптеки. Знаем их родителей, их семьи. Мы пытаемся говорить с ними, объясняем, к чему может привести их страсть к наркотикам. Они часто делают вид, что соглашаются, обещают исправиться, но продолжают это делать. И тогда чувство жалости к ним сменяется разочарованием и даже раздражением, даже презрением.

- Иван, назовите, пожалуйста, самые популярныве и самые доступные в вашей среде наркотики.

- Начинаем с травы, то есть марихуаны. Потом идёт оксикодон, перкусет, то есть , в основном, таблетки, потому что они более доступны. Покупают их с рук, на улице, а продавец достаёт их в аптеке. А больше всего в ходу зенокс, иногда его выписывают пожилым как снотворное. И тогда внуки и внучки воруют зенокс у бабушек и дедушек.

- Иван, как складывается сейчас ваша жизнь?

- Ну, во-первых, я уже больше года чист, то есть не употребляю ничего, и с понедельника по пятницу с 9 утра до 5 вечера работаю волонтёром в реабилитационном центре для молодёжи. У меня теперь нормальные друзья, у меня семья, есть увлечения, хобби, есть собачка, то есть счастливая, другая совсем жизнь.

- Допустим, мы вам поверили. Как сейчас относятся к вам в вашей семье? Контролируют ли вас родители или, наоборот, стараются не давить на вас?

- По-разному. Если они сомневаются в чём-то, тогда становятся жёстче, требовательнее. А в общем, не давят. Отношения нормальные.

- Кого вы больше боитесь, маму или папу?

- Скорее папу.

- Марина, каковы, по-вашему, наиболее эффективные методы борьбы с распространением наркомании в русскоязычной общине?

- Думаю, успех зависит от того, сколько внимания уделяют детям подросткового возраста родители. Детей надо максимально загрузить, занять их время спортом, танцами, любым делом, чтобы у ребёнка не было свободного времени для улицы, для неподконтрольных гулянок. Связь с детьми должна быть постоянной и непрерывной. Это один из главных способов защиты подростка от наркомании.

- Тем не менее статистика говорит, что примерно 60% подростков, которые становятся наркоманами, получали доступ к наркотическим средствам в школе. Значит, если дети будут очень заняты послешкольными занятиями, спортивными соревнованиями и так далее, это не означает, что им ничего не грозит. Может быть, правы те немногие семьи, которые стараются давать детям домашнее образование, вместо школьного?

- Да, вы правы, далеко не всё зависит от семьи, очень многое зависит от школы. Особенно это касается детей эмигрантов. Обоим родителям приходится много работать. В школе русскоязычным детям на первых порах приходится особенно трудно из-за языка и различия культурных традиций. Нам, родителям, остаётся делать максимум возможного, максимум того, что от нас зависит. Трудно всё предугадать. У меня есть знакомая семья, очень хорошая, любящая, дружная. А удержать дочь от беды не удалось. Сейчас она проходит курс реабилитации. Мы очень надеемся, что она сможет победить себя и вернуться к нормальной жизни. Так что и в хороших семьях, где детям уделается много внимания, такое может произойти.

- Иван, у вас есть старшие сестры. У них тоже проблемы, как у вас?

- Нет. Я один такой. Они очень переживали за меня. Пытались помочь. Говорили со мной. Но ничего не помогало, пока я сам не захотел излечиться. Пришло к тому, что я устал от самого себя. Что мог, я уже продал, кого мог, обманул. Нормальных друзей потерял. Отношения с сёстрами испортил. Всё разрушил. Никаких вариантов не осталось, и я решил всё поменять, себя поменять.

- С прежними приятелями, с которыми вас связывали наркотики, вы поддерживаете связь?

- Я могу их встретить на улице, но в разговоры не вступлю. Я пытаюсь идти своей дорогой.

- Кто-нибудь из них последовал вашему примеру?

- Да. После меня в ту же реабилитационную программу пришли двое моих знакомых. Они до сих пор там. Их дела всё лучше и лучше. Там, в бруклинском центре, русскоязычные составляют 25%-30%.

Наркотики могут привести к летальному исходу. В Лос-Анджелесе у Ирины Н. в 2010 году сын умер от интоксикации. Он умер в больнице, куда его привезли из реабилитационного центра. Это частный, очень дорогой центр. Как выяснилось, даже там подростки находили возможность доставать героин и колоться.

Иван пояснил, что есть разные программы и разные реабилитационные центры. Там, где он побывал, в Бруклине, никакими медикаментами не пичкали, постельного режима не было. Каждый должен был сам бороться со своей наркотической зависимостью, а сотрудники центра помогали морально:

- Они над тобой не стоят, не исследуют. Ты просто живёшь своей жизнью, прислушиваясь к советам специалистов.

По словам Марины Слуцкой, есть лекарства, с помощью которых наркоман медленно, постепенно может уменьшать дозу приёма тяжёлых наркотиков и этим ослабить свою зависимость. Один из препаратов называется субаксон. Он выдаётся по рецепту врачей-специалистов.

Иван возразил:

- Препараты препаратами, но если ты сам не захочешь, ничего не поможет. Ты можешь стать чистым, а через год, два и даже больше, можешь вернуться к старому. То сладостное ощущение наркотического опьянения ты помнишь всю жизнь. Любой стресс может тебя снова толкнуть к наркотикам. Поэтому борьба с самим собой должна продолжаться всю оставшуюся жизнь. Чёрт сидит на твоём плече и продолжает шептать: "Возьми таблетку, возьми таблетку!»

Окончание см. Часть 3