«Чтоб не пропасть поодиночке», или Гефилте фиш и кое-что ещё

Опубликовано: 19 февраля 2015 г.
Рубрики:

deli_man_poster.jpg

Постер фильма Deli Man
Постер фильма «Deli Man»
На экраны кинотетаров вышел новый полнометражный документальный фильм Deli Man. Это название выходит за рамки буквального перевода. Речь идёт не просто о бизнесмене, владельце магазина-ресторана, а о подвижнике, хранителе еврейской кулинарной традиции, о патриоте некогда очень распространённых в Америке, но уходящих в прошлое еврейских ресторанчиков с блюдами центрально- и восточно-европейской кухни.

Для героя картины Зигги Грубера деликатесы - это солёный огурчик, квашеная капустка, острая горчичка, красный хрен под холодец из телячьих или куриных ножек, блинчики, которые тают во рту, бульончик с клёцками...

- Это кухня еврейской бедноты России, Польши, Румынии, Венгрии, Литвы. Приехав в Америку в конце 19-го - начале 20 века, они стали строить здесь, в Нью-Йорке, Бостоне, Филадельфии свои местечки. Вскоре эти местечки себя изжили, но ресторанчики-дели с привычной еврейской кухней остались, - рассказывает Зигги Грубер, с которым я встретился в одном из манхеттенских дели-ресторанов. Незадолго до нью-йоркской премьеры он прилетел из Техаса и присоединился к режиссёру картины Эрику Гринбергу-Анжу. Мы бысстро нашли общий язык.

- Эта еврейская беднота, - продолжает он, - обогатила Америку голубцами, варениками, фаршмаком, квашеной капустой и мариноваными огурцами. А выдуманный евреями бульон из куриных потрохов? С пупочками, сердечками, печёночкой и маленким яичным желтком? Это же объеденье! Я прямо сейчас съел бы целую тарелку! А ведь это всё кухня еврейских местечек.

- Чем вы можете объяснить, что многие еврейские песни посвящены еде? В песне "Румыния" воспеваются пастрома, мамалыга и вино. Причём, говорится о них ласково: "пастромеле", "мамалыгеле", "карнацеле", "а глэзэле вайн", то есть стаканчик вина. Или вспомните песни "Бульбес", "Бэйгелах", "Варничкес"... И всё ласкательно, уменьшительно, с любовью...

- Я объясняю это тем, - отвечает Зигги, - что многие такие песни ушли в народ из музыкального еврейского театра. Их писали Шолом Секунда, Герман Яблоков, Авром Гольдфаден, Ицик Мангер, Мордехай Гебиртиг. Их великолепно пел актёр Арон Лебедев. Любой народ любит вкусно поесть. А еврейский особенно!

Действительно, в языке евреев кулинарные определения означают гораздо больше, чем просто название блюда. Например, слово "цимес" означает не только соус из сладкой моркови к мясу, но и всё, что вызывает восторг. "Ой, эта девушка - просто цимес", уговаривает жениха сваха. Моя мама говорила о языке хоршего идишисткого писателя "а гешмаке шпрах", что означает "вкусный, богатый язык".

- Как появилась идея создания фильма Deli Man? - спросил я у режиссёра Эрика Гринберга-Анжу.

- Идея возникла в результате моей встречи с Зигги Грубером в Хьюстоне, штат Техас. Зигги, очень активный член еврейской общины Хьюстона, был спонсором моего фильма "The Klezmatics - On Holy Ground". Мы подружились. Мне на глаза как-то попалась книга Дэвида Сакса об исчезновении еврейских дели - деликатесных ресторанчиков. А Зигги был живым примером человека, который хранит традиции еврейской кухни. Ведь он - повар и владелец деликатессного ресторана в третьем поколении. Я предложил ему стать основным героем моего нового фильма.

- И вы сразу с огласились? - обратился я к Зигги.

- Да. Я подумал, что идея очень хорошая. Дело в том, что мы с Эриком болеем за нашу еврейскую историю и хотим рассказать о ней следующим поколениям, пока не поздно. Раньше Эрик сделал прекрасный фильм о канторе, потом фильм о клезмерском оркестре. Пришло время рассказать и о нашей кулинарной традиции.

Когда показывали этот фильм на предварительном просмотре для прессы, журналисты и критики то смеялись, то смахивали слезу, то есть реагировали так, будто читали Шолом-Алейхема. Видимо, многие вспоминали о своих корнях, о своих дедушках и бабушках, сожалели, что культура того поколения уходит или уже ушла, и с эим ничего не поделашь. Впрочем, такие как Зигги пытаются удержать прошлое, дать ему новую жизнь.

- Да, - говорит Зигги Грубер, - очень важно, чтобы наши дети и внуки не забывали, кто они, чьи они, как и почему их дедушки и бабушки оказались в Америке, от чего и от кого бежали, что пережили. И если внуки не успели распросить своих дедушек и бабушек, пусть узнают об их прошлом из кинофильмов.

- Я вижу на фестивлях и на показах фильмов на еврейскую тему, что интерес к таким картинам есть, причём не только у старшего поколения, но и у молодёжи, у еврейской молодёжи Америки и Канады, - говорит Эрик Гринберг-Анжу. - Это даёт нам стимул для продолжения работы, для поиска того киноязыка, который был бы понятен молодому зрителю.

- Я надеюсь, - говорит Зигги, - что придёт время, когда молодой читатель вернётсся к Шолом-Алейхему и Ицхаку Башевис-Зингеру. Вот кто знал еврейскую душу и мог объяснить настоящее примерами из прошлого. Так всегда делали еврейские мудрецы.

- К сожалению, - добавил Эрик, - после Холокоста и сталинизма, плюс в результате новой волны антисемитизма, захлестнувшей мир, многие евреи бояться открыто признавать, что они евреи. Мы нашими фильмами хотим возродить в них радость от того, что они евреи, что они собираются вместе, чтобы посмотреть кино и послушать музыку. Мы приглашаем их к нашему общему столу. Приглашаем в еврейский деликатесный ресторан.

- Да, вы правы. Когда я смотрел ваш фильм, мне очень хотелось сразу после просмотра отправиться в такой ресторанчик и съесть бульён с клёцками из мацы.

- Приезжайте в Хьюстон, - говорит Зигги. - И я вас угощу такими еврейскими блюдами, от которых вам захочется танцевать фрэйлехс.

Из фильма "Deli Man" мы узнаём, что дед Зигги Грубера бежал в 1939 году из Венгрии, а мама - из Черновиц. Что в 30-х годах прошлого века в Нью-Йорке было более тысячи еврейских ресторанов-дели, что главным работодателем в этом городе до сих пор остаются кафе и рестораны, и что именно в Нью-Йорке родилось и разошлось по всей Америке понятие "Lunch time", когда в обеденный перерыв весь трудовой люд спешит в рестораны и кафе.

- А сколько сейчас ресторанов-дели?

- На всю Америку осталось несколько сотен. А в Нью-Йорке, может, десяток или чуть больше. Выживают, в основном, те, где владелец ресторана одновременно владеет и домом, в котором есть этот ресторан.

Мы с Зигги Грубером и Эриком Гринбергом-Анжу были едины в том, что лучшим ответом на погромы, на Холокост, на сталинский ГУЛАГ и на современный антисемитизм станет самосохранение еврейского народа - в Израиле и за его пределами. И в этом процессе немалую роль играют те, кто создаёт фильмы и пишет книги о евреях, поёт еврейские песни, держит рестораны еврейской кухни. Вот кто помогает нам не забывать, кто мы.