За обсуждение истории Великой Отечественной вой­ны – от 3 до 5 лет на зоне

Опубликовано: 15 июня 2014 г.
Рубрики:

Это надлежит знать всем. За разговоры о сложных моментах Великой Отечественной войны могут посадить на 3 года в колонию. За обсуждение в прессе — на 5 лет.

В Уголовном кодексе появилась статья 354.1. —«Реабилитация нацизма».

Изначально, еще с внесения законопроекта, почему-то утвердилось мнение, что уголовная ответственность может быть применена только к историкам, журналистам, публицистам, поднимающим«трудные вопросы» истории Второй мировой войны.

На самом деле — посадить могут любого и каждого. Любого, кто разговаривает на эти темы не только сам с собой, а с кем-то еще.

Часть первая статьи 354.1. гласит:

«Отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, одобрение преступлений, установленных указанным приговором, а равно распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, совершенные публично, — наказываются штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок».

В юридической теории и практике нет четкого определения и границ понятия«публичность». По толковым словарям русского языка«публичность» —«присутствие, наличие публики». Значит, по части 1 статьи 354.1.«публичными» можно посчитать не только ваши слова на институтском студенческом семинаре, но и на банкете, к примеру.

Скажете, что согласны с писателем-фронтовиком Виктором Астафьевым, который писал, что в Великой Отечественной мы воевали не умением, а числом, врага«забрасывали костями» — и получите 3 года лишения свободы.

Или же процитируете особое мнение советских судей по поводу того, что Нюрнбергский трибунал оправдал Папена, Фриче, Шахта, приговорил всего лишь к пожизненному заключению, а не казнил Рудольфа Гесса, заместителя Гитлера по партии — и 3 года на зоне.

А для историков, исследователей, публикующих свои размышления в газетах, интернет-прессе, в книгах, выступающих на радио и ТВ — часть 2 статьи:

«Те же деяния, совершенные лицом с использованием своего служебного положения или с использованием средств массовой информации, а равно с искусственным созданием доказательств обвинения, — наказываются штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на тот же срок«.

Новый закон фактически вводит не просто цензуру на исторические исследования, но и объявляет критику любых действий СССР в период Второй мировой войны уголовным преступлением. Теперь нельзя, значит, негативно оценивать так называемый пакт Молотова-Риббентропа. Но и хвалить тоже опасно — привлекут за то, что ты на стороне Гитлера.

Однако повторим: не только историки, публицисты, издатели книг и газет — любой и каждый гражданин может быть осужден за любое высказывание.

Иначе говоря, закон и новая статья УК заодно с уголовным преследованием за оправдание нацистских преступлений одновременно ставят крест на свободе слова, свободе мысли.

Вто же время закон и статья оставляют за пределами уголовного наказания«пропаганду и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики». Оно предусмотрено Кодексом об административных правонарушениях, но практически не применяется.

Более того, на территории России воздвигнуты и доступны для посещений памятники нацистским преступникам, осужденным Нюрнбергским трибуналом и Военной коллегией Верховного суда СССР.

В 1994 году в Москве, на территории храма Всех Святых (у метро«Сокол») открыли мемориал«Примирение народов России, Германии и других стран, воевавших в 2-х Мировых и Гражданской войнах».

На постаменте высечено: «Атаманы: Краснов, Шкуро, Доманов, Султан-Гирей Клыч, Павлов, фон Паннвиц, Кононов, Зборовский, генералы: Кутепов, Миллер, Михайлов, Каульбарс, Туркул, Хольмстон-Смысловский, Скородумов, Штейфон. Воинам Российского общевоинского союза, Русского корпуса, Казачьего стана, казакам 15 кавалерийского корпуса, павшим за веру и отечество».

Надпись неточная. 15-й кавалерийский корпус назывался «XV казачий кавалерийский корпус СС».

Значит, это они, казаки-эсэсовцы сражались«за веру и отечество»?

Список персон в чем-то странный. Как, по каким мотивам внесены в него Михайлов и Каульбарс, совершенно непонятно. Даже неясно, какой Михайлов имеется в виду. Во всяком случае, ни Каульбарс, ни, тем более, попавший в плен в 1942 году Н.Ф.Михайлов с фашистами не сотрудничали.

Кутепов возглавлял Российский (Русский) общевоинский союз (РОВС), склонявшийся к союзу с нацистами еще до прихода Гитлера к власти, но в прямых контактах с фашистами генерал не был замечен. Выкраден чекистами в 1930 году.

Его преемник Миллер уже с 1932 года налаживал связи РОВС с наци. В мае 1941 года начальник германского отдела РОВС генерал Лампе писал главнокомандующему Сухопутными войсками вермахта генерал-фельдмаршалу Браухичу.

«Для нас нет никаких сомнений в том, что последний период борьбы выразится в военном столкновении Германии с Союзом Советских Социалистических Республик... Я считаю своим долгом заявить Вашему Превосходительству, что я ставлю себя и возглавляемое мною Объединение Русских Воинских Союзов в распоряжение германского военного Командования...»

А все остальные — воевали в составе армий вермахта и СС против СССР и союзных войск.

После Краснова и Шкуро самый заметный из них — генерал войск СС, группенфюрер СС, Походный атаман Казачьего стана Гельмут Вильгельм фон Паннвиц. Кадровый офицер вермахта, воевавший против России еще в Первую мировую войну. С 1941 года командовал ударным отрядом 45-й немецкой пехотной дивизии, который прошел по советской земле от Брест-Литовска до Курска, уничтожив ряд сел и деревень. В апреле 1943 года по личному указанию рейхсфюрера СС Гиммлера генерал Паннвиц сформировал XV казачий кавалерийский корпус СС и командовал им в карательных операциях против югославских партизан.

Генерал Петр Краснов 22 июня 1941 года обратился к казакам с воззванием, которое заканчивалось так: «Да поможет Господь немецкому оружию и Гитлеру!» Он возглавил Главное управление казачьих войск вермахта имперского министерства восточных оккупированных территорий, преобразованное затем в Главное управление казачьих войск СС Третьего рейха.

Генерал Андрей Шкуро возглавлял Резерв казачьих войск при Главном штабе СС.

15-17 января 1947 года в Колонном зале Дома Союзов состоялось закрытое заседание Военной коллегии Верховного суда. Генералы Петр Краснов, Семен Краснов, Клыч Султан-Гирей, Тимофей Доманов и Гельмут фон Паннвиц признаны военными преступниками и приговорены к смертной казни через повешение.

В 1998 году в петербургском пригороде — Красном Селе, на территории церкви святого Александра Невского установлен памятник добровольцам Норвежского легиона Waffen-SS — военных подразделений, чаще всего выполнявших роль карателей, зондеркоманд.

В 2007 году некий предприниматель на территории своей усадьбы в станице Еланской Шолоховского района построил мемориал«Донские казаки в борьбе с большевиками». На открытие собрались сотни человек, священник служил молебен. Смысловой и архитектурный центр мемориала — огромная фигура атамана Краснова.

Мемориалы в Москве и в станице Еланской — не только прямая героизация нацистских преступников, они бросают недобрую тень на все российское казачество, вписавшее героические страницы в историю Отечественной войны 1812 года и Великой Отечественной войны 1941-1945 годов.

По поводу этих сооружений и депутаты, и общественники не раз обращались в прокуратуру. Но решений до сих пор нет.

Возможно, возникли юридические сложности с собственностью. Полномочен ли суд выносить вердикт о сносе какого-либо строения на частной земле? Волен ли любой человек на своем участке возводить мемориалы в честь фашистов? И это будет не публичная реабилитация нацизма, а личная, не подпадающая под действие закона? Равно как и памятники на территории общественной (или религиозной) организации, открытой для свободного доступа?

Однако нельзя не признавать, что подобные «личные реабилитации» становятся публичными и существуют уже в публичном пространстве. И выполняют пропагандистские функции.

Эти и другие им подобные прецеденты остаются за пределами статьи УК«Реабилитация фашизма». А вот за неугодное аналитическое исследование по истории Второй мировой войны могут посадить.