«Хабад» обещал не покушаться на «Эрмитаж»

Опубликовано: 1 февраля 2013 г.
Рубрики:

collection sheerson w.jpg

Лидеры еврейской религиозной общины России показывают Дмитрию Медведеву книгу из «Библиотеки Шнеерсона»
Лидеры еврейской религиозной общины России показывают Дмитрию Медведеву книгу из «Библиотеки Шнеерсона»
Лидеры еврейской религиозной общины России показывают Дмитрию Медведеву книгу из «Библиотеки Шнеерсона»
Более двух лет назад российские власти объявили мораторий на отправку произведений искусства в США, опасаясь, что хасидское движение «Хабад-Любавич», судящееся с Россией из-за так называемой библиотеки Шнеерсона, начнет попытки конфисковать их на американской территории.

Американские музеи ответили тем же.

30 июля 2010 года рассматривавший иск «Хабада» вашингтонский федеральный судья Ройс Лэмперт постановил, что библиотека Шнеерсона, то есть книги и рукописи любавичей, хранящиеся в Российской государственной библиотеке и в военном архиве, принадлежат истцу, и приказал ответчикам передать их в посольство США в Москве или в любое другое место, указанное «Хабадом».

Через некоторое время российские власти начали предупреждать своих музейных работников, что их сокровища, выставляемые в Америке, могут подвергнуться покушениям со стороны «Хабада».

Эти опасения не были вполне беспочвенными.

Как сообщила «Нью-Йорк таймс» 2 февраля 2011 года, «адвокат организации «Хабад» подтвердил, что она может попросить суд конфисковать произведения искусства из России, сделав их как бы юридическими заложниками».

Однако через некоторое время юристы «Хабада» сменили пластинку и официально заявили, что не планируют покушаться на сокровища российских музеев, выставленные в США.

9 мая 2011 года они направили юрисконсультам госдепаратамента и минюста США письмо, в котором известили их о том, что их клиент знает о существовании федерального закона, ограждающего выставляемые в американских музеях иностранные произведения искусства от конфискации, и заверили, что «наш клиент намеревается выполнять этот федеральный закон».

«Мы отмечаем, — продолжали юристы любавичей Нейтан Левин и Сет Гербер, — что «Хабад» не сделал ни малейших попыток конфисковать российские иконы, которые были выставлены в музее в Клинтоне (штат Массачусетс)... Не пытался «Хабад» и как-либо воспрепятствовать будущим экспозициям принадлежащего России искусства в Национальной галерее искусства в Вашингтоне или в музее «Метрополитэн» в Нью-Йорке. В намерения «Хабада» не входит помешать каким-либо образом благотворному некоммерческому обмену сокровищами культуры между российским и американским народами».

Два дня спустя адвокаты «Хабада» дали аналогичные заверения судье Лэмберту и приложили копию своего письма в госдеп и минюст.

С тех пор истцы повторяли эти заверения неоднократно, обещая неукоснительно выполнять американский закон о защите музейных ценностей из-за границы от конфискации по суду. В последний раз они повторили их в своем пресс-релизе в прошлую среду.

Проблема в том, что этот закон, принятый еще в 1965 году, не дает стопроцентной гарантии от судебных покушений на выставляемое в США искусство из-за рубежа.

В этой связи напоминают об иске, который пытались возбудить в США наследники русского художника Казимира Малевича против государственного амстердамского музея Stedelijk, выставившего 14 его работ в Нью-Йорке и Хьюстоне. Вопреки ожиданиям коллега Лэмперта по вашингтонскому федеральному суду приняла иск к рассмотрению.

Как правило, иностранные правительства обладают иммунитетом от судебных исков в США. Но из этого правила есть исключение, касающееся исков, которые проистекают из «коммерческой деятельности».

Вашингтонская судья заключила в 2007 году, что некоммерческие выставки являют собою разновидность коммерческой деятельности, и дала делу ход.

В конечном итоге иск был разрешен во внесудебном порядке.

Вне всякого касательства к тяжбе между «Хабадом» и Россией в начале прошлого года сенатор-демократ Дайен Файнстайн и ее коллега республиканец Оррин Хэтч внесли законопроект, гласящий, что иностранные художественные выставки в США не являются формой коммерческой деятельности.

Исключение составляют произведения искусства, похищенные во время войны нацистами. Иски для их возвращения по-прежнему дозволяются.

Законопроект был быстро утвержден в Палате представителей, но забуксовал в юридическом комитете Сената, хотя, как замечает бостонский юрист и блогер Николас О’Доннел, «насколько известно, не вызвал там никаких возражений».

Сейчас в права вступил новый состав конгресса, и О’Доннел говорит, что все надо начинать с нуля.

Американские музеи и другие культурные организации, остро переживающие замораживание выставочного обмена, возлагали на принятие закона большие надежды, рассчитывая, что Россия тогда отменит свой мораторий безотносительно к ходу тяжбы с «Хабадом».

Судья Лэмперт заметил в своем последнем решении, что опасения, на которых предположительно основан российский мораторий, юридически беспочвенны, и что он сам недвусмысленно запретил «Хабаду» 26 июля 2011 г. пытаться арестовать в США произведения искусства из России.

Тем не менее, представитель российского посольства в Вашингтоне заявил в конце января 2013 г., что запрет на отправку произведений искусства в Америку остается в силе.

Продолжение моратория наводит на мысль, что «тут замешаны какие-то другие мотивы», заметил Ламперт в своем решении о наложении штрафа на ответчиков.

Лос-анджелесский адвокат истцов Сет Гербер выразился более резко, заметив, что мораторий на выставки в Америке «изобличает карательную политику коллективного наказания всего американского народа. Поведению России нет оправданий».

В любом случае, подчеркнул Лэмперт в своем решении, наложить штраф еще не значит его взыскать. Взыскание потребует от него отдельного постановления.

В случае, если истцы решат конфисковать какое-то коммерческое имущество Российской Федерации в США, «сделать это возможно, хотя и непросто, — сказал мне нью-йоркский юрист Майкл Ким, чья адвокатская контора защищала бывшего ооновца Владимира Кузнецова, единственного на данный момент заключенного-россиянина, отправленного из США отбывать срок на родине. — Прецеденты бывали».

По моим сведениям, эта перспектива не на шутку встревожила посольство России в Вашингтоне, и какое-то время назад оно составляло опись российского имущества в США, которое можно квалифицировать как коммерческое.