В старом свете

Опубликовано: 16 мая 2001 г.
Рубрики:

В СТАРОМ СВЕТЕ

Матвей КИТОВ (Лондон)

СМЕРТЬ В МЕЖДУГОРЬЕ

Холмы вблизи города Междугорье в Боснии вот уже почти двадцать лет собирают многие тысячи благочестивых католиков. Здесь, в середине 1981 года, шестеро молодых верующих пережили явление Богородицы. Дева Мария являлась им среди бела дня, во всей своей славе, со словами наставления на устах, - и не единожды, а десятки, даже сотни раз. Так утверждают все шестеро. Двадцать лет назад они были детьми и подростками; но и став взрослыми, продолжают жить воспоминаниями о чуде. Трое из шестерых давно покинули Боснию (один живет в США, двое - в Италии), но все они ежегодно съезжаются в родном городе, чтобы молиться на окрестных холмах.

Достоверность чуда засвидетельствовал францисканский монах Славко Барбарич, которому мостарский епископ поручил расследование. Сам Барбарич Богородицы не видел, но в ходе долгих бесед с молодыми людьми уверовал в подлинность пережитого ими потрясения, и с тех пор - особенно с 1984 года, когда стал приходским священником церкви святого Якова в Междугорье, - посвятил свою жизнь распространению этой благой вести. Работы у него было много: паломники хлынули в город толпами. Преподобный Славко вставал в четыре утра, проводил два часа в самозабвенной молитве на холме Явлений Богородицы или на прилегающем Крестовом холме, служил обедню, до позднего вечера принимал пилигримов и вновь служил и молился. Исповеди он выслушивал и грехи отпускал на семи языках, и на стольких же языках пел псалмы. По нескольку раз в день, в качестве провожатого, он поднимался на холмы, к месту чуда, - а холмы там высокие, под 1000 и за тысячу 1000 над уровнем моря. Он основал приют для сирот и нелюбимых в семье детей. Он опекал больницу для наркоманов, где ему в немалой степени пригодился его докторский диплом психиатра, полученный в годы учебы в таких католических центрах Европы как Дубровник, Фрейбург и Грац. При этом он еще находил время для путешествий за границу с рассказами о чуде в Междугорье и для написания книг, которые расходились миллионными тиражами. В своих книгах преподобный Славко истолковывал слова Богоматери, услышанные визионерами. Слова эти были на первый взгляд просты: о необходимости молиться и поститься, становиться к причастию и читать Писание, но он услышал в них предостережение о грозящей человечеству катастрофе. Богородица, утверждал он, никогда не предвещает дурного, а только указывает путь к спасению, - иначе говоря, катастрофы можно избежать, нужно только исправиться. Другая мысль в книгах Барбарича - о том, что подлинная молитва в равной мере исходит от разума и от сердца.

Официальная церковь в лице мостарского епископа не поощряла деятельности Славко, иными словами, не признала чуда в Междугорье. У Барбарича были недоброжелатели, упрекавшие его и в чрезмерной экзальтации и... в национализме. На второе последователи священника отвечали, что и христианину не возбраняется горячо любить свою родину. Об экзальтации же и говорить нечего: это чувство - от Бога.

Скончался преподобный Славко, как и жил, - в озарении чуда. В конце прошлого года он привел на Крестовый холм очередную партию паломников. Здесь, став на колени, в присутствии семидесяти человек, он обратился к Богородице с молитвой послать ему скорую и легкую смерть, после чего благословил собратьев во Христе, лег на камень и умер. Ему было пятьдесят четыре года.

DOLCE FAR NIENTE, ИЛИ НИИЧАВО ПО-ИТАЛЬЯНСКИ

Одним из упоительных лозунгов раннего социализма была полная занятость населения. Это был философский камень социалистов. Сейчас даже представить невозможно, с каким благоговением смотрел Запад на довоенную советскую Россию, когда она покончила с безработицей. Правда, в ту пору на Западе еще не догадывались, что значит - работать по-советски. Догадываться начали после второй мировой войны, когда дозированный социализм - в форме государственного сектора - утвердился во многих европейских странах. Тогда, видимо, и возник знаменитый анекдот. Спрашивают: "Сколько человек работают в этом министерстве"? Отвечают: "Половина". На некоторых языках (в частности, на иврите) это звучит смешнее, чем по-русски, но смысл ясен. Половина государственных служащих бездельничает.

Однако недавнее обследование в Италии показало, что это - слишком оптимистическая оценка.

Служба в государственных учреждениях Италии - синекура совершенно особая. Это - тот же миллион, выигранный в лотерею, только - в рассрочку. Вы получаете работу до конца ваших дней. Вас практически не могут уволить (так, во всяком случае, было до самого недавнего времени). Вы - счастливчик, баловень судьбы, но при этом вы - один из многих. Сектор раздут непомерно, что, в сущности, неудивительно: ведь коммунисты и социалисты в течение десятилетий были мощной правительственной силой в Италии.

С такой мыслью полиция и приступала к своему расследованию в маленьком ломбардском городе Бреша: в тамошнем солидном институте министерства культуры - Управлении по защите архитектурных памятников и окружающей среды. Поводом к расследованию послужила жалоба от одного из совестливых сотрудников. В ней говорилось, что в управлении работают спустя рукава, а то и вовсе бездельничают.

Полиция установила в помещениях скрытые камеры. Переодетые в штатское полицейские незаметно сопровождали от проходной отлучавшихся со службы сотрудников, выясняя, куда они направляются. Следили и за теми, кто вообще не вышел на работу. Так продолжалось три месяца. Хорошего не ждали, но результаты наблюдений превзошли всё мыслимое. Оказалось, что ежедневно в среднем лишь четверть сотрудников появляются в конторе, да и они - не перетруждаются: в основном пьют чай, судачат и часами висят на интернете. Для остальных - даже такой труд непосилен. Занятно, что и те, кто, согласно новейшей аппаратуре пропускного контроля, находился в здании, на деле зачастую сидели дома или в кино, ходили по магазинам, гуляли в парке или встречались с друзьями. Как им это удавалось? Да очень просто. Свой магнитный пропуск, автоматически отмечающий в проходной время прихода и ухода, человек загодя вручал коллеге, идущему на работу, - и тот регистрировал прогульщика, - с тем, чтобы через несколько дней прогульщик оказал ему аналогичную услугу.

В один прекрасный день полиция нагрянула в управление, устроила перекличку и одновременно отловила слонявшихся по городу архитекторов и реставраторов. Один был взят в церкви (слушал обедню), другой перепродавал пару обуви на толкучке, третий битый час разглядывал витрины на главной улице - и так далее. Было произведено 42 ареста, притом, что в управлении занято 56 человек. Арестованным предъявлено обвинение в расхищении казны. По словам одного из инспекторов, он долго не мог поверить фактам. А факты состояли в том, что в управлении не делалось ничего. Прямо как у Стругацких: НИИКАВО/НИИЧАВО.

Разразился скандал, переполошивший всю страну. В правительстве схватились за голову. В парламенте оппозиционная партия Форца-Италия язвительно спрашивает: неужто обследованный институт - исключение? Не все ли правительственные служащие работают именно так? Разумеется, нашлись и те, кто защищает арестованных, утверждая, что работа архитектора-реставратора сродни работе поэта: она требует вдохновения, а с ним - досуга. Но большинство держится старой доктрины, согласно которой деньги платят не за вдохновение, а за труд.

Между прочим, итальянских бездельников можно понять. Работать в этой благословенной стране - почти кощунство: так всё там, - и природа, и климат, - располагает к безмятежному отдыху. Недаром ведь знаменитая формула - dolce far niente (сладостное ничегонеделанье) перешла из итальянского языка во все языки Европы - и почти уже не нуждается в переводе ...

РЕСТОРАН ДЛЯ СЛЕПЫХ

В швейцарском городе Цюрихе открылся ресторан, какого не знала человеческая история, - ресторан для слепых, который и обслуживают слепые. Открыл его слепой священник - с тем чтобы дать работу представителям обойденного самим Богом меньшинства, дать слепым возможность больше общаться друг с другом и со зрячими, и дать понять зрячим, что это такое - никогда не видеть света.

Преподобному Йорге Шпильману - тридцать семь лет, и он слеп. Это, должно быть, и натолкнуло его на мысль учредить ресторан для слепых - и тем напомнить обществу, что имеется среди нас еще и такое бесправное меньшинство: люди, всю свою жизнь проводящие в полном мраке. Едва пастор объявил о своем намерении, как пожертвования посыпались, словно из рога изобилия. В короткий срок было собрано около трехсот тысяч долларов - и ресторан под названием Слепая корова открылся. В нем царит полный мрак. Все прислуживающие официанты - слепы. И что же вы думаете? От посетителей - отбою нет. Коммерческий успех предприятия - просто ошеломляющий. С первых же дней пришлось завести книгу предварительных заказов - и она уже заполнена на полгода вперед! Такое и не снилось бедному Шпильману. Чтобы заказать столик, в ресторан звонят из разных городов и стран Европы, - и звонят не только слепые.

Идея ресторана зародилась в доме общительного пастора, после того, как ему однажды пришло в голову посадить своих гостей за обед ... с завязанными глазами. Результат оказался самый неожиданный. Во-первых, гости ели с большим аппетитом. Во-вторых и в главных, разговор за столом оживился: люди внимательнее слушали друг друга, вдумчивее отвечали, проявляли к другим больше интереса и душевного тепла. Шпильман полагает, что перед ними и духовные горизонты распахнулись шире прежнего, ибо вместе с дневным светом отступила и мирская суета.

В городе Цюрихе (и кантоне того же имени) говорят на немецком диалекте. На этом языке игра в жмурки называется Blindekuh (слепая корова) - отсюда и название ресторана, как видим, весьма игривое.

Посетители практически никогда не приходят в ресторан по одному. В вестибюле гости кладут друг другу руки на плечи, образуя цепочку, - а первого берет за руку официант с позвякивающим на ноге колокольчиком и в полной темноте ведет к заказанному столику. Лишь одну поблажку дает зрячим администрация: в уборной разрешается включать свет. Кормят в ресторане просто и вкусно - говядиной в винном соусе, свиными и бараньими отбивными, традиционными в немецкой кухне клецками. Курить, разумеется, запрещено. Шуму - чуть больше, чем в обычном ресторане, ведь знаком официанта не подзовешь, приходится возвышать голос. Впечатление всё это производит фантастическое. Вообразите совершенно темный зал, явно очень большой (ресторан помещается в бывшей лютеранской церкви), в котором слышатся позвякиванье посуды, оживленный гул голосов, смех, звуки наливаемого в бокалы вина и передвигаемых стульев, а вокруг - ни зги: хоть глаз коли! И при этом посуда бьется гораздо реже, чем в обычных ресторанах, и не потому, что слепые не всегда пользуются ножом и вилкой, а зачастую действуют руками, а от особой внутренней собранности тех, кто не видит света. Так, во всяком случае, утверждает администрация во главе с метрдотелем Андрианом Шафнером.

Не правы оказались те, - говорит Шафнер, - кто предрекал, что мода на Слепую корову скоро пройдет. Напротив, идея подхвачена - уж больно она оказалась прибыльной. Полагают, что рестораны для слепых вскоре появятся в других европейских странах и за океаном. Заинтригованные дизайнеры уже съезжаются в Цюрих со всего мира.

Как во всяком ресторане, в Слепой корове встречаются влюбленные или флиртующие пары. Популярность заведения обратила на него внимание брачных агентств. Тотчас был придуман остроумный ход: агенты стали сводить ищущих друга людей в полной темноте за ресторанным столиком в Blindekuh'е. Прием работает великолепно. Если встретившимся есть о чем говорить, не видя друг друга, то они, как правило, оказываются чудесной парой. Если же встреча не удалась, люди расходятся незнакомыми, так и не увидев друг друга в лицо.

Слепые - отнюдь не мрачный народ, они любят шутки совершенно так же, как и все прочие люди. В ресторане то и дело слышится смех. Случаются и весьма специфические подшучивания. Однажды ужинали три молодые пары, все шестеро - слепые. Когда же женщины отправились в уборную (вместе, чтобы помогать друг другу, и, как водится, с колокольчиком), мужчины поменялись местами и договорились поцеловать вернувшихся подруг - с тем, чтобы выяснить, кто раньше заметит подмену. Преподобный Шпильман присутствовал при этой сцене и утверждает, что молодежь очень веселилась.