Интервью с Наумом Дымарским

Опубликовано: 16 июля 2001 г.
Рубрики:

Имя Наума Дымарского несомненно знакомо всем, всем, всем. Наум - настоящая легенда спортивной журналистики. Он вел репортажи со множества летних и зимних Олимпиад, со спортивных арен разных стран, из залов, где проходили шахматные поединки.

С Наумом мы знакомы неисчислимое количество лет, работали рядом в коридорах Гостелерадио в Москве на Пятницкой улице и в Останкино. Время не властно над Наумом, годы идут, а он все такой же энергичный, обаятельный и доброжелательный, весь излучающий оптимизм и интерес к людям.

Наум Дымарский - гость радиостанции "Эхо Москвы". Фото Сергея Абраменкова.

- Наум, столько видено и перевидено, столько встреч, столько ситуаций драматических и комических, всяких. Какая книга получится, не оторваться, уверен.

- Она еще не написана. Но я все больше проникаюсь мыслью, что я это должен сделать. Однако время скоротечно, то одно, то другое возникает. Но обещаю вам и читателям, что непременно книгу напишу.

- Но ведь частично книга уже готова, Вы и по радио выступали с очень интересными воспоминаниями. Так что фрагменты ее уже есть, остается только сесть и собрать все воедино, где-то добавив, где-то убрав, где-то переработав.

- Фрагменты были еще в 67 году в журнале "Радио и телевидение".

- Наум, вы работали рядом со множеством известных спортивных комментаторов, имена которых до сих пор не забыты. Кто из них больше всех остался у вас в памяти?

- Самым близким мне другом был Коля Озеров. Нас с ним связывала 40-летняя дружба. Недавно я был в Москве на его могиле вместе с его вдовой Маргаритой Петровной и Колей, его сыном. Хороший памятник поставили. Мне его близкие рассказывали историю памятника. Борис Березовский, как хозяин первого телевизионного канала, раскошелился всего на тысячу долларов. И тогда футболисты во главе с Никитой Симоняном пошли к Павлу Бородину, тогда еще управляющему делами у Бориса Ельцина. Сказали Бородину - вы же играете футбол, в свое время репортажи Озерова слушали. Как же такой человек без достойного памятника?

И Бородин дал 40 тысяч долларов.

Трудно даже поверить, что когда умер такой легендарный человек, как Озеров, которого знала вся страна, в Останкино, на телевидении, даже не повесили траурного объявления.

- У Озерова в свое время, несмотря на его популярность, были какие-либо осложнения с руководством?

- Руководитель Гостелерадио Сергей Лапин его очень любил, прощал ему промахи. Вот пример. Возвращается Коля из Праги, где проходили международные матчи по хоккею. С чехословаками у нас всегда было трудное соперничество. Это Коля придумал тогда термин "друзья-соперники". Я как заместитель руководителя спортивной редакции пошел с ним к Лапину. Положено докладывать о поездке. И вдруг Лапин рассмеялся и сказал: "Николай Николаевич, как это вы сказали - прозвучал флаг Советского Союза!"

За такую оговорку никому бы не снести головы, а так Лапин просто рассмеялся.

- А что за профессия такая - спортивный комментатор, какими качествами надо обладать, чтобы быть успешным в этой профессии?

- Никогда никто этому жанру специально не обучал, не было для этого учебных заведений. С факультета журналистики к нам приходили люди к радиоэфиру абсолютно неподготовленные, приходилось их учить. Разумеется, спортивный комментатор не просто человек, знающий спорт и умеющий о нем рассказывать. Это личность, прежде всего. Как и в любой другой сфере деятельности, успеха в эфире можно добиться только в том случае, если ты личность.

А вообще все начиналось с Вадима Синявского. Он в 1929 году провел первый репортаж о футболе. Мало кто знает, наверное, что до этого он вел по радио уроки гимнастики с замечательным диктором Ольгой Высоцкой, которая была первым диктором на радио. Она до сих пор жива, дай ей Бог здоровья.

- Вы говорили о Николае Озерове. А как сложилась судьба других спортивных журналистов, работавших на радио и телевидении?

- Многих, к сожалению, уже нет. Ушли из жизни Женя Майоров, Георгий Сурков, Владимир Рашмаджан, Анатолий Малявин.

Володя Маслаченко работает на НТВ. Он один из самых талантливых бывших спортсменов, которые работали в нашей редакции. Он, конечно, готовился к репортажам, но он и творил во время эфира. Если он иногда ошибался, ему прощали, потому что знали, что он в футболе свой человек, настоящий специалист.

Да и к ошибкам мы часто относились снисходительно, если знали, что это случайность. В живом эфире чего не бывает. Вот, например, мой друг Коте Махарадзе как-то сказал - пока мяч в воздухе, я вам расскажу о составе команд. Кто же его будет журить за это, обаятельнейшего Коте. Он великолепный артист, грузинский Отелло.

- Вы, думаю, и примерно не можете сказать, сколько интервью вы брали у знаменитых спортсменов. Наверное, тысячи и тысячи. А были у вас спортсмены, скажем так, самые близкие по сердцу?

- Как ни парадоксально, интервью это самый трудный жанр. Со Львом Яшиным поначалу было очень непросто беседовать. Он плохо говорил, подыскивал слова. А потом разговорился. Я с ним много лет общался, видел, как Яшин растет не только как спортсмен, но и как интересный и незаурядный человек.

Действительно, интервью было множество. Сейчас вспомнилось интервью случайное, с Сотомайором, прекрасным кубинским прыгуном в высоту, до сих пор его мировой рекорд стоит, на этой прошедшей в Австралии Олимпиаде он был вторым. В аэропорту, не помню уж какого города, я через переводчика с ним беседовал. До сих пор помню впечатление, которое на меня произвела эта встреча.

Конечно, у меня были не только беседы со спортсменами. Вспоминаю мою единственную встречу с Владимиром Высоцким незадолго до его смерти. Коля Озеров был заинтересован в хороших отношениях с телефонистами международной телефонной станции, потому что они его не раз выручали во время его многочисленных командировок и помогали связаться с радио и телевидением. И когда на телефонной станции организовали свой вечер, свой "Огонек", он откликнулся. При этом мне он сказал, что там будет и Владимир Высоцкий, который часто звонит в Париж Марине Влади и тоже сохраняет хорошие отношения с телефонистками. Но Коля на вечер придти не смог, у него было срочное задание и "Огонек" пришлось проводить мне. Это был незабываемый вечер с Высоцким. Мы с ним вспоминали разные истории, в том числе и спортивные, шахматные, разные забавные случаи, происходившие с известными гроссмейстерами. Володя пел песни, среди них и всем известную песню о Фишере.

Мне довелось поездить по стране и со многими известными артистами.

- А как это вас, спортивного комментатора, судьба свела с ними?

- У меня не сложились отношения с Сергеем Лапиным. Он был, как нередко сейчас говорят, человеком неоднозначным. Он был большим любителем поэзии, отличался от партийной элиты того времени и широтой интересов и эрудицией, знал наизусть многие стихи Пастернака. Мандельштама, Цветаевой. Любил театр. У него в кабинете бывали многие известные артисты. Я как-то был в театре эстрады на концерте Аркадия Райкина, прошел после концерта за кулисы вместе с супругой, а там Лапин. У него было в Художественном театре много знакомых. Одна из актрис Пилявская была "виновницей" того, что у нас в спортивной редакции появилась известная в прошлом теннисистка Анна Дмитриева, с которой, кстати, я недавно встречался в Нью-Йорке, она приезжала комментировать соревнования.

Лапин был суров, очень резок, знал дело, был умен и хитер. Его коллеги по партийной элите недолюбливали и боялись. Он очень хвастал своими близкими отношениями с Брежневым. И славился еще Лапин тем, что не любил евреев. И когда началась массовая эмиграция в Израиль, меня стали постепенно вытеснять из эфира. Это длинная история. Скажу только, что я написал письмо в ЦК, в котором обвинял Лапина в несправедливом к себе отношении. Письмо это было направлено из ЦК Лапину, и после этого на коллегии Гостелерадио он с иронией сказал: "Вот и Дымарский на нас написал".

После этого мой шеф Александр Иваницкий, руководивший спортивным отделом, получил за меня замечание от Лапина, который говорил, что Дымарский уже должен быть на пенсии, а он все еще в эфире.

Я нашел себе работу в программе "Мы - из кино", которую вели Алла Ларионова, ее муж Николай Рыбников и Николай Озеров. Озеров серьезно заболел, и я его заменил в этой программе. В ней показывались фрагменты из популярных кинофильмов и спортивные сюжеты. Мы ездили по всей стране, собирали большие аудитории. В концертах принимали участие Николай Крючков, Марина Ладынина, Борис Андреев, Георгий Вицин. Майя Булгакова, другие знаменитости.

А потом после прихода к власти Горбачева, когда Лапина отправили на пенсию, я снова пришел на радио, но уже не в штат, а "свободным художником".

- А в Америку как попали?

- Приезжал в гости к сестре, а потом в 1994 году приехал сюда на постоянное жительство. И буквально через несколько дней раздался звонок от Вали Печориной, потом говорил с Майклом Правиным и пришел на телевидение. Работал на радио, писал и пишу о спорте.

- А что происходит, на ваш взгляд с современным спортом? Может быть, справедливо говорят, что во времена нашей молодости спорт был более рыцарственным, романтическим, лишенным того прагматичного денежного интереса, которым пропитан он сейчас?

- Мы с вами относились, наверное, как и многие, иронически и скептически к тому, когда у нас в те годы подразделяли спорт на любительский и профессиональный. Какой же это любитель футболист, когда он получает зарплату, пять дней в неделю разъезжает по стадионам? Но, тем не менее, все-таки был любительский спорт. Он и сейчас есть в какой-то мере, но практически невозможно достичь каких-то высоких результатом, оставаясь любителем, занимаясь чем-то другим кроме спорта.

Впрочем, деньги портят дело. Америка великая спортивная страна. Но все построено на деньгах и коммерции. Те миллионы, которые имеют боксеры, бейсболисты, баскетболисты, об этом много пишут, и все это лишает спорт изначального бескорыстия. Понимаешь, что романтика уходит, все заменяется трезвым расчетом, что без этого нельзя. А все же жаль. И, тем не менее, романтика, неожиданность в спорте всегда остаются. Потому что спорт непредсказуем и победа нередко бывает неожиданной и удивительной.

- Совсем недавно, когда мы подводили итоги второго тысячелетия, в том числе и спортивные, назывались разные имена. Кого бы вы лично поставили в пятерку лучших спортсменов 20-го века?

- Наверное, это боксер Кассиус Клей, футболисты Пеле и Яшин, хоккеист Боб Орр, баскетболист Майкл Джордан. Таких фамилий можно назвать очень много, здесь есть опасность прослыть необъективным человеком - почему упомянул этого, а не другого, разве здесь меньше доводов.

- А почему вы не упомянули шахматистов? Вы ведь всю свою журналистскую жизнь рассказывали о шахматах. Или вы считаете, что шахматистов скоро вообще не будет, а их заменят умные машины?

- Великих шахматистов в нашем веке было много и трудно кому-то отдать предпочтение. А что касается машин, то, на мой взгляд, машины и человек не могут встречаться вместе в соревнованиях. Это все несопоставимо. Тем более оказалось, что и здесь возможно жульничество. Вы же знаете, что Каспаров хотел подать в суд, правда, кто-то потом остудил его пыл.

- А известный спортивный комментатор Наум Дымарский сам спортом занимается? Скажем, не спортом, а физкультурой?

- Когда-то играл в футбол. А сейчас так, скромненько, каждое утро делаю зарядку.