Приглашение в Переделкино

Опубликовано: 1 февраля 2011 г.
Рубрики:
Автор в музей-галерее Евгения Евтушенко в Переделкине

Возможность посещения этого дачного поселка под Москвой, где жили Анатолий Рыбаков, Вениамин Каверин, Корней Чуковский, Борис Пастернак, Булат Окуджава, Роберт Рождественский, Андрей Вознесенский, Белла Ахмадулина и другие известнейшие литераторы, дала мне предновогодняя поездка в столицу России, о которой надеюсь подробно рассказать в одном из ближайших номеров "Чайки". Однако в памяти моей застряло, что еще летом минувшего года, а если быть точным, 17 июля, накануне дня рождения Евгения Евтушенко, в Переделкине открылся музей-галерея самого знаменитого сегодня в мире русского поэта. Грех было не поехать и не ознакомиться с его детищем.

Должен сказать, что начало, основу этой галереи я увидел ранней весной 1969 года, когда мы встретились с Евгением Александровичем в его тогдашней квартире у метро "Аэропорт". В довольно длинном коридоре висели с десяток картин художников с мировыми именами: Пабло Пикассо, Давида Сикейроса, Марка Шагала. Сорок лет спустя они, стало быть, должны встретить меня в музее-галерее как старого знакомого...

Добраться до Переделкина просто: с Киевского вокзала электричкой, время в пути — 20-25 минут, цена билета в оба конца — 52 рубля. Прошу прощения за некоторую деловитость этой части моего рассказа, но, уверен, из десяти "русских американцев" лишь один слышал о Переделкине, а тем более бывал там. Хотя люди старшего поколения помнят, как над погостом этого поселка полвека назад прозвучал "голос провидческий, не тронутый распадом...".

Итак, хмурый декабрьский день, хаотически застроенная площадь Киевского вокзала, покупаю билет на электропоезд и, сунув его в автомат, прохожу на платформу. Контролеров в электричках теперь нет, но на станции назначения вы должны "предъявить" автомату свой билет во второй раз, иначе с платформы, обнесенной высоким металлическим забором, не выйти. Цена вашей рассеянности будет равна стоимости тут же предлагаемого администрацией билета "на выход..."

На станции меня ждет один из работников музея-галереи Игорь — высокий, приветливый парень, с которым мы заранее обо всем договорились по телефону. Его видавший виды "Форд" минут за десять доставляет нас до цели путешествия. Можно проделать этот путь и пешком — разглядывая писательские дачи, задирая голову к вершинам могучих елей и сосен, тесно обступивших узкую асфальтированную дорогу.

Музей-галерея строился в течение двух лет на средства Евгения Александровича Евтушенко. Если смотреть сверху, то это — Г-образное здание, довольно внушительных размеров, однако легкое, поскольку построено из современных материалов.

Вторым после Игоря встреченным здесь человеком был... милиционер. Охрана здания, в котором сосредоточено 128 полотен, подаренных поэтом музею-галерее, в том числе таких художников, как Шагал, Эрнст, Брак, Пиросмани, Целков, Шемякин, ведется круглосуточно. А сам музей является филиалом Центрального Государственного музея современной истории России. Красивое, "широкоплечее" здание в центре Москвы, на Тверской, — не что иное, как дворянская усадьба конца 18-го начала 19-го веков. С 1834 до 1917 года здесь размещался Английский клуб, а потом — 70 с лишним лет — Музей революции.

Но вернемся в Переделкино. Моим гидом по музею-галерее была его директор Нина Набиевна Назирова — настоящий энтузиаст своего дела.

Галерея занимает два этажа, в ней пять залов. Первый — зал фотографий, названный Евгением Евтушенко "Мое человечество". Многим поклонникам творчества Евтушенко известно, что он к тому же — прекрасный фотохудожник. Экспозиция, включающая несколько сот фотографий, посвящена великому американскому фотографу Эдварду Стейхену, который творчество Евтушенко-фотографа ставил очень высоко.

Начну свой репортаж об этой части экспозиции с нерезкой, любительской фотографии 1955 года — на ней счастливые, улыбающиеся молодожены: Белла и Женя. Ей-18, ему-22...

Родом с сибирской станции "Зима", что под Иркутском, Евтушенко представил на выставке с десяток фотографий своих зиминских родственников и земляков. Вообще, он много путешествовал по Сибири: плавал по ее рекам, бывал в Братске, Забайкалье, на строительстве Байкало-Амурской магистрали. Особенно, мне кажется, ему удаются фотопортреты женщин немолодых, чьи лица морщины никак не портят. А какие у них хорошие, добрые глаза! Он и в стихах высказал свое кредо: "...Хочу писать я для таких старух. Для девочек пускай другие пишут".

Исколесив почти весь мир, Евтушенко из каждой страны привозил фотографии людей, пейзажей, городов и сельских мест, представленные уже в другом зале. Фотообъектив схватывает мгновения живой жизни, и эта гениальная способность остановить мгновение сказывается и во всем поэтическом творчестве Евтушенко. Кстати, трудяга-фотоаппарат Евгения Александровича сам стал теперь объектом интереса фотожурналистов, посещающих галерею...

В двух других залах размещены картины, многие из которых подарены Евтушенко авторами — и великими художниками прошлого, и нашими современниками. Как минимум двух российских художников Е.А. открыл миру: Александра Бибина из Павлодара и Сергея Моисеенко из Брянска — он писал о них, приобрел их картины, вызволив тем самым из плена неизвестности.

Я бы сказал, стимулирующей похвалой картине Моисеенко "Старик", напрямую выполненную с оглядкой на Валентина Серова, было следующее пожелание Евтушенко: "Если напишешь еще 9 таких картин, бессмертие тебе обеспечено".

Весной уже нынешнего, 2011 года, состоится первая выставка приглашенного в галерею художника, и этим художником станет Сергей Моисеенко.

Я уже упоминал художника Олега Целкова, одного из старинных друзей Евтушенко, давно живущего в Париже, куда он в 1977 году уехал "по совету" властей предержащих. "Так вот, — говорит Нина Набиевна, — его картиной — "День рождения с Рембрандтом", у которой мы с вами стоим, — мог бы гордиться любой музей мира!" Замечу, кстати, что пианист Евгений Кисин и художник Олег Целков — единственные неграждане России — обладатели престижнейшей российской премии "Триумф".

"Почти детективная история у этого рисунка Пикассо, — продолжает Нина Табиевна. — Пикассо предложил Евтушенко выбрать одну из картин, которые на тот момент (начало 60-х годов) находились в его мастерской. Однако поэт, по его словам, набрался смелости и ответил: "Я не могу принять твою картину, потому что она мне не нравится". Удивленный художник спросил о причинах, на что Евтушенко ответил, что наверняка какая-то женщина нанесла глубокую рану Пикассо и поэтому он так жестоко со всеми ними обходится в своих картинах. "А вот я, наоборот, обожаю женщин — и не только молодых. Во время войны меня воспитывали в Сибири две замечательные женщины: мои бабушки".

Темпераментный Пикассо тут же наполнил бокалы шампанским и поднял тост за Россию, в которой "есть как минимум один человек, который, подобно Настасье Филипповне, способен бросить деньги в огонь. Ведь любая моя работа стоит как минимум 10 тысяч долларов (напомним, что действие происходит в 60-е годы прошлого века). А это значит, что матушка-Россия жива". На следующий день вдова Фернана Леже, узнав об этом "конфликте", подарила молодому поэту рисунок, "относящийся к другому периоду творчества Пикассо, который мне уже понравился", — пояснил Евтушенко.

Поэт поддерживал дружеские отношения со многими художниками. Именно этим объясняется наличие в его коллекции рисунков и картин нашего Юрия Васильева (вглядываясь в рискового "Канатоходца" Юрия Васильева, узнаешь в нем... молодого Евтушенко), Жоржа Брака, Жана Кокто, Макса Эрнста. Последний попросил Евтушенко разгадать замысел его картины "Вопрос о насекомых". Известный своей молниеносной сообразительностью, Евтушенко блестяще справился с задачкой художника ("Да это ведь жизнь человека!"), за что и получил в награду эту картину.

На втором этаже разместились библиотека с произведениями поэта, изданными почти на всех языках мира, часть архива, письменный стол, за которым он работал, а также некоторые литературные реликвии. Таковой, несомненно, является принадлежавшая Марку Твену трость, которую в США ему подарила одна еврейская семья в знак благодарности за поэму "Бабий Яр", послужившую, как известно, текстовой основой 13-й симфонии великого Шостаковича.

Мое внимание привлекли несколько книг с автографами их авторов, и в первую очередь — Бориса Леонидовича Пастернака, напутствовавшего поэта в начале пути, а также книга Вениамина Александровича Каверина с теплой надписью: "Дорогому Евгению Александровичу Евтушенко — мой лучший роман "Художник неизвестен". Это, пожалуй, действительно лучший роман Каверина для взрослых.

Небольшого размера камень — кусок взорванного Ельциным Ипатьевского дома, в котором в июле 1918 года была расстреляна царская семья. Пояснительная надпись Евтушенко: "И этот обрызганный кровью кирпич — вам памятник тоже, Владимир Ильич".

Плакаты, афиши, пластинки с записью стихотворений в исполнении автора, полуторачасовой фильм "Судьба поэта", фотографии встреч Евтушенко с великими современниками: Генрихом Беллем, Габриэлем Гарсиа Маркесом, Джоном Апдайком, Артуром Миллером, Робертом Кеннеди, Фиделем Кастро.

Все увиденное дает представление о масштабе личности и таланта Евгения Евтушенко, разносторонности его интересов, неиссякаемой энергии.

В книге посетителей свое впечатление об увиденном я выразил одним словом: грандиозно!