На втором белорусско-украинском фронте

Опубликовано: 1 февраля 2010 г.
Рубрики:

С Беларусью нас разводит нефть, а с Украиной — прошлое.

Российские политики оправдывают преступный режим, при котором грудных детей морили голодом в сельсоветах, на глазах народа — и народ молчал

 

В подоплеке нынешней нефтяной войны России с Беларусью черт ногу сломит. А есть еще предыстория, о которой широкая общественность почти ничего не знает — там вообще серой попахивает.

На виду — конфликт по поводу таможенных пошлин. Обе стороны обвиняют друг друга в тайных политических целях. Многие наши официозные и даже независимые обозреватели подозревают Лукашенко в желании жить "на халяву" за счет России, в заигрывании с Западом, в том, что Таможенный союз и будущее единое экономическое пространство ему невыгодно, так как ограничит его диктаторские полномочия.

В ответ звучат обвинения в захватнических планах, в желании поработить белорусскую экономику и делаются прямые намеки на борьбу Путина с Медведевым. Мол, два президента, Лукашенко и Медведев, еще 10 декабря обо всем договорились. Но вдруг выступают вице-премьер Сечин и премьер Путин и фактически торпедируют соглашения. Таким образом, считает белорусская сторона, подрывается авторитет Медведева на международной арене. Западным партнерам России нет дела до отношений между бывшими братскими республиками, им важно, чтобы бесперебойно обеспечились поставки углеводородов через территории Беларуси и Украины. И если президент России публично объявил о соглашении с президентом Беларуси, то его слово не подлежит сомнению и пересмотру чиновниками. А если подлежит, то какой же это президент?

Действительно, есть такой очень щекотливый момент.

На поверхности же — отказ России беспошлинно поставлять нефть на нефтеперерабатывающие заводы Беларуси.

Практически всеми российскими средствами массовой информации, в первую очередь телевидением, цитируется анонимный (видимо, официально никто не взял на себя ответственность) эксперт: "Россия выразила намерение субсидировать экономику Белоруссии в размере 6,3 млн. тонн нефти, что, учитывая пошлинную ставку 267 долларов за тонну, принесет Белоруссии 1,8 миллиарда долларов". Как говорится, подарок Кремля в знак наших особых отношений. Но Беларусь желает покупать беспошлинно 15-18 миллионов тонн российской нефти, как раньше. Она их перерабатывала в дорогостоящий бензин, в дизельное топливо и продавала на Запад, получая дополнительно 3-4 миллиарда долларов.

Так оно и есть. Покупала беспошлинно и продавала. В 2007 году, после первого конфликта, Россия постановила, что "халявы" больше не будет, Беларусь станет платить малую пошлину, а с 1 января 2010 года — стопроцентную, как страны Евросоюза. И белорусская сторона, разумеется, знала, готовилась. А теперь изображает недоумение, гнев, и даже грозит перекрыть транзит электроэнергии в российский анклав — Калининградскую область. Кто после этого Лукашенко?

В таких комментариях нет ни слова неправды. Кроме одного серьезного умолчания.

С 1997 года Беларусь, Казахстан и Россия ведут переговоры о Таможенном союзе. Наконец, через 12 лет пришли к соглашению.

Официально объявили (у нас — устами самого Путина), что с 1 января 2010 года Таможенный союз трех стран становится политическим, экономическим фактом.

Но за две недели до нового года Россия объявляет, что беспошлинно продаст Беларуси только 6,3 миллиона тонн нефти. Для внутреннего употребления. В знак дружеского расположения. А те 15-18 миллионов тонн, что шли на белорусский экспорт, должны облагаться европейскими пошлинами.

Беларусь возмутилась. Таможенный союз — это свободное движение всех товаров внутри союзных стран. Если делаются исключения — значит, союза нет. И не будет, поскольку в таком случае Беларусь выйдет из Таможенного союза.

Таким образом, двенадцатилетние переговоры под угрозой провала. Большой политический пшик.

Формально Беларусь права. Тем более она не виновата, что наши могучие правительственные умы и великие специалисты не подумали о нефти еще на стадии подготовки таможенного соглашения. Теперь надо все ломать и строить заново. Искать компромисс — у России нет другого пути доставки нефти в Польшу и ФРГ, кроме как через Беларусь.

 

А ведь есть еще предыстория. Почти фантастическая. Она стала достоянием гласности совершенно случайно, скорее всего — по ошибке. На нее тогда мало кто обратил внимание, к тому же информацию мгновенно сняли.

Три года назад, когда началась первая нефтяная война с Беларусью, президент Путин собрал правительство. Цитирую по стенограмме:

Президент Путин: "Объясните проблемы, возникшие в последнее время с поставками и транзитом российской нефти через белорусскую территорию. В чем суть, собственно говоря, проблемы?"

Вице-премьер Христенко: "В 1995 году Российская Федерация отказалась от взимания экспортных пошлин на сырую нефть при поставках ее в Белоруссию. Было подписано соглашение, в соответствии с которым ставки на нефтепродукты должны были устанавливаться на белорусской западной границе. Распределение средств происходило следующим образом: 15 процентов — в бюджет Республики Беларусь, 85 процентов — в бюджет Российской Федерации. В 2001 году белорусская сторона в одностороннем порядке вышла из этого соглашения".

Путин: "В каком году?"

Христенко: "В 2001 году. И с этого момента устанавливала режим экспортных пошлин самостоятельно. В 2-3 раза ниже, чем российские ставки пошлин на нефтепродукты".

Путин: "И это привело к тому, что наши нефтекомпании стали вывозить нефть сырой для переработки на белорусскую территорию, так?"

Христенко: "Это направление стало неким оффшором — пылесосом, который создавал преимущества для белорусских нефтеперерабатывающих заводов".

Путин: "Значит, в 2001 году белорусские партнеры в одностороннем порядке вышли из этого соглашения, да?"

Христенко: "Да".

Путин: "Почему же вы сразу не ввели экспортную пошлину на сырую нефть?"

Христенко: "Факт таких длинных переговоров является лишним свидетельством поддержки белорусской экономики…"

Путин: "И переговоры шли пять лет?"

Христенко: "Да, и переговоры с разным успехом, точнее с безуспешностью, шли пять лет".

Такой разговор прозвучал в новостях Первого канала 3 года назад, в 18 часов 9 января 2007 года. Но через три часа, в итоговой программе "Время", его дали в сокращенном виде. На других каналах ТВ, кажется, его и вовсе не было.

Потому что в эфир вылетела страшная тайна. Про 5 лет. Как раз упоминание о 5 годах и вырезали в итоговой программе "Время".

Из него российские граждане могли сделать логический вывод, что "наши нефтекомпании" 5 лет, с 2001 по 2006 год, гнали сырую нефть в Беларусь беспошлинно, совместно продавали горючее на Запад, а бюджету России не доставалось ни копейки. Раньше мы получали 85 процентов, а с 2001 по 2006 год — нуль. Это сколько же миллиардов долларов не получила страна? Кому они достались?

Почему правительство, государство 5 лет не реагировали на разрыв межгосударственного соглашения? Ну просто не замечали. А уж на такой пустяк, как отсутствие поступлений в бюджет от нефтяной реки, и вовсе не обратили внимание. В чьих интересах подобная слепота? И как же члены правительства и другие причастные лица сумели сохранить тайну, если даже президент Путин, как и любой президент, имеющий несколько различных каналов информации, ничего не знал о ней 5 лет? Нет, от той давней истории точно пахнет серой.

 

Апелляционный суд Киева назвал преступниками генерального секретаря ЦК ВКП(б) Сталина (Джугашвили), председателя Совнаркома СССР Молотова (Скрябина), секретарей ЦК ВКП(б) Кагановича и Постышева, генерального секретаря ЦК Коммунистической партии большевиков Украины (КП(б)У) Косиора, председателя Совнаркома Украины Чубаря, второго секретаря ЦК КП(б)У Хатаевича за организацию голодомора на Украине в 1932-1933 годах прошлого века. Тогда погибло 3 миллиона 941 тысяча человек.

Это первый юридический приговор руководителям Компартии и СССР. Он вызвал в России разноречивые отклики. Многие отмечают юридически, этически и политически спорные формулировки приговора. В нем приводятся воспоминания итальянского консула в Москве: "Голод на Украине носил искусственный характер", показания свидетелей о том, что голод был именно на территории Украинской ССР, а в соседних республиках, например, Белорусской ССР, с продовольствием проблем не возникало. "Все вышесказанное свидетельствует, что голод, организованный интернациональной неукраинской группой, был направлен именно против Украины", — говорится в приговоре, который зачитал судья Виктор Скавроник.

"Получается, что украинцы выделяются как этническая группа, которую уничтожал сталинский режим, — отметил доктор исторических наук Виктор Кондрашин. — Я был совсем недавно в Киеве и видел, что там висят лозунги о геноциде украинского народа... Квалификация этой политики как геноцида, то есть преднамеренной акции по уничтожению украинского народа, не доказана, она остается дискуссионной. Поэтому, безусловно, если рассматривать ситуацию с этой точки зрения, можно говорить об антироссийской политике в сфере истории. И в этом смысле я солидарен с Грызловым".

Имеется в виду председатель Государственной думы России Борис Грызлов, моментально выступивший перед журналистами с комментариями. "Это просто политическая акция, которая входит в план поссориться с Россией — другой никакой подоплеки я здесь не вижу, — сказал он. — От голода пострадали все народы, которые населяли Советский Союз, и в гораздо большей степени народы Поволжья, а не только народ Украины".

И Грызлов, и его товарищи по Госдуме и Совету Федерации, и российское телевидение упор делали на том, что это была предвыборная акция Виктора Ющенко.

"Это решение суда, очевидно, не юридическое, а политическое, принятое поспешно и явно подогнано под завершающий этап избирательной кампании, является частью избирательной кампании Ющенко, его отчаянных попыток остаться во власти через проекты "а-ля голодомор". Никаких последствий юридических и политических это решение иметь не будет", — заявил глава Комитета Госдумы по международным делам Константин Косачев.

"Геноцид это, или преступная халатность, повлекшая за собой смерть людей, но то, что названные руководители преступники — очевидный факт, — возразил российским политикам председатель совета общества "Мемориал" доктор философии Никита Петров. — Важно и необходимо дать юридическую оценку совершенным преступлениям. Но я вижу, что по политическим и по идеологическим мотивам Кремль совершенно в этом не заинтересован... Действительно, в результате голода погибали люди и в Краснодарском крае, и в других регионах России, и в Казахстане. Другое дело, что мы даже не потрудились выяснить, сколько точно людей погибло у нас. Украинцы приводят точную цифру — 3 миллиона 941 тысяча человек... Что мешает России точно так же подвести баланс, сказать: да, а вот у нас столько погибло?"

Мешает "Сталин в сердце", как написал в семидесятые годы один поэт. Не только в сердце Бориса Грызлова, который однажды заявил, что "Иосиф Сталин — незаурядный человек", и что с течением времени "меняется и отношение к этому человеку". Сталин — в сердце нынешней политической власти, которая с его именем связывает величие страны. И потому украинский юридический приговор, определение Сталина и его клики как преступников воспринимается как нож в сердце.

И потому в ход идет все: демагогия, подтасовки, прямая ложь: "К сожалению, бывают годы, когда по климатическим условиям в течение нескольких лет бывает неурожай, что и было в 30-е годы в Советском Союзе". Это сегодняшние слова все того же Бориса Грызлова, председателя Государственной думы РФ.

Разумеется, голодомор был не только на Украине. Киевский суд и не утверждает украинскую трагическую исключительность. Украинцы — о своем, украинском горе. Они утверждают, что голод был устроен сталинской властью сознательно. Точно так же, как в Казахстане в те же годы. О казахстанском голодоморе мало, кто знает. А он был самым страшным — в силу исторических условий жизни кочевого народа. Тогда вымерло более половины этнических казахов. Точно так же сознательно был устроен властью голод в России. В те же годы. Хлеб реквизировали и продавали за границу, покупая там машины и оборудование — так вершилась "сталинская индустриализация всей страны".

А Борис Грызлов утверждает, что в те же годы на всей территории СССР, от Казахстана до Украины, был неурожай — и потому случился голодомор.

Факты иногда бессильны перед верой.

 

Допускаю, что Грызлов верит в неурожай и в Сталина. Обращусь тогда к его чувствам. В пятидесятые годы в Институте мировой литературы трудился научный сотрудник Иван Иванович Чичеров. Когда его уволили в связи с достижением пенсионного возраста, он возмутился, счел себя обиженным и перечислил свои заслуги перед страной, властью, Коммунистической партией. В их числе — руководство отрядом, бойцы которого проводили в одном из районов России коллективизацию. То есть, отбирали имущество "кулаков", выгоняли их из домов, грузили на подводы и далее — эшелонами в Сибирь. Цитирую по книге "Сталиниада", автор — Юрий Борев:

"Обреченные на испытания люди понимали, что младенцы не выдержат мытарств. В ночь перед высылкой матери задворками пробирались к сельсовету и клали детей на крыльцо в надежде, что их — невинных — вырастят односельчане, чужие люди или государство. Этих детей, рассказывал Чичеров, собирали у порогов всех окрестных сельсоветов, свозили в самую большую комнату самого крупного сельсовета и клали там на пол. Умевшие ползать — ползали, не умевшие — лежали на половицах в чем мать родила или в чем принесла. Послали "наверх" запрос, что делать с младенцами. Вскоре получили распоряжение: не позволять ни кормить, ни брать детей, так как, во-первых, младенцы классово чуждые, а во-вторых, следует пресечь порочную эксплуататорскую практику кулаков подбрасывать своих детей государству или беднякам. Какое-то время дети жалобно плакали, потом уставали и лишь изредка судорожно всхлипывали и, наконец, угасали от голода. Их хоронили в общей могиле".

Борис Вячеславович Грызлов как любящий отец и дед безусловно горько сожалеет о данном факте и не будет оправдывать действия отряда Чичерова, которые тот, повторю, ставил себе в заслугу и требовал за это не отправлять его на пенсию, а сохранить должность и зарплату. Но как политик Борис Вячеславович может сказать, что это были "перегибы" отдельных бойцов партии, "власти на местах". По выражению Сталина — "головокружение от успехов". (Так называлась статья Сталина в "Правде" от 2 марта 1930 года о некоторых итогах коллективизации.) То есть отряд Чичерова и "власть на местах" добились больших успехов, "перелома" ("Год великого перелома", И.Сталин, "Правда" от 7 ноября 1929 года), но при этом наблюдалось некоторое "головокружение".

Какой же страх надо было вбить в души, как запугать народ, какую систему власти создать в стране, чтобы русские люди покорно, бездеятельно смотрели, как умирают на их глазах грудные дети?