Путь в науку

Опубликовано: 16 апреля 2009 г.
Рубрики:

Вы спрашиваете, что меня заставило избрать этот вид деятельности? Всему виною какао. Нет, нет, я вовсе не шучу. А вы любите какао? Никогда не пробовали? Тогда, позвольте, я расскажу всё по порядку.

Всё началось много лет тому назад. Мы с Джоржем сидели на скамейке в садике и обсуждали последние новости. Мы уже давно дружили и часто встречались.

— Как подвигается твой роман? — спросил Джорж.

— Никак, — вздохнул я.

— Ты же говорил, что она тебе нравится, — удивился Джорж.

— Жутко нравится.

— Так в чем же дело?

— А в том, — сказал я, — что нам негде встречаться. Сколько можно целоваться в парадной. Ведь не дети же.

Мне недавно исполнилось 23 года.

— А как она, вообще, относится к сексу? — заинтересовался Джорж.

— Положительно. Лена в медицинском, на втором курсе. Она говорит, что это нормальный человеческий процесс. Только вот негде. Я в коммуналке, и нас трое в одной комнате. У неё двухкомнатная квартира — так мама не работает, сидит дома.

— А если на природе? — предположил Джорж.

— Я предлагал, но она не согласна. Говорит — мы же люди, а не обезьяны.

— Что это за страна, в которой спишь не с той, которая тебе нравится, а с той, у которой есть квартира, — сказал Джорж.

Сам он был "устроен", но болел за меня.

— Послушай, — загорелся он. — Я поговорю с Толиком. Ты бы мог освободиться на работе в утренние часы?

— Ну, допустим, — сказал я.

— Его родители утром уходят на работу, и дома остаётся одна бабушка. По средам и пятницам она ходит на процедуры в поликлинику. Это на два часа. Правда, иногда она возвращается раньше. Если там большая очередь. Ей надоедает ждать, и она уходит. С другой стороны, если очередь маленькая, она быстро освободится, и вам может не хватить времени. Ты, перед тем, как заявляться в квартиру, должен зайти в поликлинику и посмотреть, какая там очередь.

— А как она выглядит, эта бабушка? — спросил я.

— Обыкновенная такая седая бабуля, — объяснил он. — Ты её сразу узнаешь.

Я позвонил Лене по телефону и сказал: — У меня хорошие новости. Есть квартира.

— Отдельная? — воскликнула она.

— Квартира отдельная, но всё зависит от Толиной бабушки. Я объяснил ей ситуацию.

На следующую среду я освободился на работе, к десяти часам утра побежал в поликлинику и разыскал кабинет физиотерапии. У дверей кабинета сидела длинная очередь. Я смотрел на пациентов в полной растерянности. Потом позвонил Лене по автомату.

— Ну, что, какая там очередь? — спросила она.

— Очередь большая, — сообщил я.

— Нашел седую бабулю?

— Нашел, — сказал я. — Только она не одна. Их тут человек десять. Все седые, и все бабули. Они уходят и приходят. Я не в состоянии за ними уследить.

— Ничего не выйдет, — вздохнула она. — Побегу в институт. А что ты будешь делать?

— Я же в командировке, до завтрашнего утра, — сообщил я. — Пойду в библиотеку — пить какао.

Тут я должен объяснить вам, что я познакомился с Леной в публичной библиотеке. Я часто ходил туда по субботам пить какао и знакомиться с девочками. Обычно я устраивался в журнальном зале и заказывал "Крокодил" или "Иностранную литературу". Обосновавшись, я оглядывался по сторонам в поисках интересного "объекта". Как ни странно, но таких читателей, как я, в публичке было немного. Основной контингент — научные работники. Они собирают материал для научных статей, рефератов, диссертаций. Это не для меня. Когда я учился в институте (я окончил холодильный), меня часто пытались вовлечь в студенческие научные кружки, но я каждый раз уклонялся. Правда, я пел в хоре. После окончания института меня, в числе других, не проявивших склонности к научной работе, направили на завод. Лично я был даже доволен. Я отрабатывал свою смену, выходил за проходную и был свободен как ветер.

Лену я "склеил" в буфете. Публичная библиотека было единственным местом в городе, где торговали какао. Я был в восторге от этого напитка, Лене он тоже очень нравился. Мы сидели за столиком, пили какао, и я поражался цвету её глаз. Абсолютно синие. Как будто кто-то прополоскал их в растворе с синькой.

На следующее воскресение после неудачной попытки проникнуть в бабушкину квартиру, мы встретились с Леной у кинотеатра.

— Ты меня извини, что так получилось, — сказал я. — Мне ужасно жаль.

— Мне тоже, — вздохнула она.

— Что мне в ней нравилось: она всегда прямо говорила то, что думала и чувствовала.

— Как прошла неделя? — спросил я. — Опять резала своих мертвяков?

— Да, ну их. Они мне надоели. Меня тянет к живым, — сказала она и посмотрела на меня своими синими глазищами. — Между прочим, к концу следующей недели у меня, возможно, будут хорошие новости.

— А что за новости? — поинтересовался я. — Еще одна седая бабуля?

— Это пока секрет, — сказала она.

Она позвонила мне в пятницу на работу и сообщила очень будничным тоном:

— Моих не будет два дня. Их пригласили друзья на дачу. Ты зайдёшь?

— Зайду ли я? Она еще спрашивает?

В субботу, ровно в 8 часов вечера, я стоял у дверей её квартиры с букетом цветов и бутылкой шампанского в руках. Она прямо у дверей бросилась ко мне на шею и закричала:

— Мишенька, как я рада. Ты только подумай. Целых два дня. И они наши, наши. Родители приедут в воскресенье поздно вечером.

Она показала мне фотографии.

— Это я, маленькая. А это мама. Она преподаёт музыку. А это папа. Он известный ученый. Только он ненормальный.

— Как это?

— С утра уходит на работу. Приходит домой, пообедает, отдохнёт и снова за стол. Статьи, рефераты, книги, патенты. Художественной литературы не читает. Только научную. В театр и в филармонию не ходит. Ну, уж только, если мама поскандалит.

— А спорт, — спросил я.

— Ну, какой там спорт, Мишенька.

— Не дай бог так жизнь прожить, — сказал я. — Но, всё равно, они прекрасные люди твои родители. Я уважаю их стиль жизни, но особенно ценю их привычку проводить субботу и воскресенье за городом в компании друзей.

Произнеся эту фразу, я услышал, как кто-то открывает ключом входную дверь. Я смотрел в немом изумлении на большого бородатого мужчину, с объёмистым портфелем в руках, и маленькую женщину рядом с ним.

— Извините, что побеспокоил, — сказал бородатый, войдя в комнату. — Один из наших друзей заболел, и нам пришлось срочно везти его в город. Меня зовут Лев Николаевич. Это моя жена, Тамара Ильинична. А вы кто?

— Я Миша, — представился я.

— Очень приятно познакомиться, — воскликнул он.

— Мне тоже, — сказал я и выдавил из себя улыбку.

— Мы родители этой очаровательной девушки, — сообщил он.

— Да, я уже догадался, — уныло сказал я.

— А вы кто по специальности, Миша?

— Я инженер. Закончил "холодильный", два года тому назад. Работаю на заводе.

— Мы познакомились в публичной библиотеке, — сказала Лена.

— Догадываюсь, — воскликнул он. — На заводе возникла проблема и вы пришли в публичку, чтобы найти решение. Что-нибудь удалось сделать?

— Пока еще нет.

— Но общее направление поиска определилось?

— Да, определилось, — сказал я, посмотрев на Лену.

— Мой вам совет, — не разбрасывайтесь, сосредоточьтесь на одной теме.

— Я и хочу сосредоточиться, — заверил я, — только не всегда получается.

— Ничего страшного, — заметил он, — у вас еще всё впереди. — А что вы там делаете, на вашем заводе?

— Холодильные агрегаты, — сказал я.

— Надеетесь занять командный пост на заводе?

— На это не рассчитываю, — вздохнул я. — У нас всё заморожено.

— В таком случае, не подумать ли вам о научной работе, Миша?

— Лена толкнула меня ногой, и я сказал:

— Только об этом и мечтаю.

— Я не согласен с теми, кто считает, что, работая на заводе, нельзя заниматься наукой, — сообщил он. — Я знаю нескольких производственников, добившихся серьёзных научных результатов. У вас уже есть тема диссертации, Миша?

— Нет, пока еще нет, — признался я.

— Это не совсем моя область, — сказал он, — но мы могли бы это обсудить.

— Боже мой, Лёва, — сказала маленькая женщина, — но ведь не сейчас же.

— Ну, разумеется, — согласился он. — Но вы должны торопиться, Миша. Чтобы жизнь не прошла мимо.

Они ушли в соседнюю комнату. Я поцеловал Лену и поплёлся домой. Ситуация казалась абсолютно безвыходной

Решение пришло с самой неожиданной стороны. Через несколько дней, она позвонила мне и сказала:

— У меня хорошие новости.

— Ты сняла отдельную квартиру на Марсе? — предположил я.

— Нет, послушай, У меня был серьёзный разговор с папой. Ты произвёл на него прекрасное впечатление. "Этот молодой человек тяготеет к науке, — сказал он, — для меня это лучшая рекомендация. Моя библиотека к его услугам". "Уж не думаешь ли ты, что Миша будет приходить сюда, чтобы читать книжки в твоей библиотеке?" — возразила я. "Нет, нет, — воскликнул он. — Ты меня не так поняла. Я не ханжа. Я знаю, что вам молодым надо. Пусть он приходит, твой молодой человек. Мы не будем вам мешать".

— Приходи ко мне в субботу, Мишенька, если ты продолжаешь тяготеть к науке.

— Я продолжаю тяготеть к тебе, — сказал я.

— Тогда приходи. Я приготовила тебе сюрприз.

— И что ты мне приготовила?

— Какао, — сказала она.

— Боже мой, где ты его достала?

— По блату, Мишенька, по блату.

Как раз в это время в публичке начались перебои с какао, и я был очень рад её сообщению.

Я пришел в следующую субботу, и она угостила меня какао. Какой пленительный и сладкий до невозможности этот напиток.

С тех пор каждый раз, когда мы договаривались о встрече, она добавляла: "Будет какао". И я мчался к ней как на крыльях.

Недели через три мне позвонил Джордж.

— Куда ты пропал? — заорал он в трубку. — У меня есть хорошие новости.

— Как, и у тебя тоже, — удивился я. — А что случилось?

— Толина бабуля уезжает к сестре на неделю.

— Спасибо, — скромно сказал я, — но мне уже не понадобится.

— А что случилось?

— Я остаюсь на ночь у Лены.

— А родители? — удивился он.

— Они не возражают.

— Ты обещал жениться?

— Вовсе нет.

— Тогда что же?

— Её отец — известный ученый. Он думает, что я пойду по его стопам. Он хочет, чтобы я защитил диссертацию.

— Заниматься наукой? Какая скука. И ты согласился?

— Разумеется.

— Ты сошел с ума, — сказал Джордж.

— Ничего подобного. Ты знаешь, сколько лет уйдет на защиту диссертации? За это время многое может случиться. Ты же помнишь, как Ходжа Насреддин учил своего осла читать.

— Конечно, помню, — сказал Джордж. — Как бы тебе не оказаться в роли осла.

Больше я его не видел. Джордж уехал в другую страну, где он первым делом снял отдельную квартиру.

Вы спрашиваете, как сложилась моя дальнейшая жизнь? Панически не хватает времени. Статьи, рефераты, книги, патенты. Художественной литературы не читаю. Только научную. В театр и в филармонию не хожу. Ну, уж только если синеглазая поскандалит...