В похвалу президенту Бушу

Опубликовано: 1 января 2009 г.
Рубрики:

Буш уходит. Последний раз я видела его по ТВ в кадрах, где он говорил об инциденте с метанием в него башмаков. Легко говорил, со смехом, и глаза были добрые. Я пора­зилась: перед своим уходом с должности Буш явно просветлел: лицо стало живым, добродушным, со смешинкой во взгляде...

И вот с таким светлым лицом он рассказывал, как иракский журналист бросил в него, стоящего на трибуне, один за другим два ботинка.

Мы видели эти кадры: Буш два раза уклонился от удара, при этом не выразил ни испуга, ни негодования. Не убежал. Не закричал. Не позвал на помощь. Словом, проявил редкое самообладание и, я бы даже сказала, храбрость. Кто его знает, что могло быть запрятано в этом ботинке? Или что могло полететь вслед за ним? В похожей ситуации "опасности" грузинский президент — и мы это тоже видели по ТВ — дал стрекача, смалодушничал.

Этот — нет. Так заслужил ли он глупые издевательские комментарии, которые давались "инциденту" на российском ТВ, комментарии, сопровождаемые показом интернетной игры, где в президента кидают ботинком и попадают?

Что это? Очередной неудачный антиамериканизм? И можно ли этому удивляться, если сам господин российский президент на недавнем саммите посчитал возможным "пнуть Буша ногой"? А чего его щадить? Хромую утку. Все равно ведь уходит... Философия хама.

Буш не в первый раз проявил храбрость. Он не дрогнул после катастрофы 11 сентября и сумел сплотить вокруг себя американцев. Не зря они затем выбрали его на второй срок.

Не одобряла и не одобряю войну в Ираке и все, что за ней последовало... Но смелость президента была проявлена и тут. Помню, как все замерло перед вторжением в страшный непонятный Ирак, где американцев, как предрекалось, ждало все что угодно, только не встреча с цветами... Буш не испугался, и страх перед "непонятным и грозным" был рассеян.

Буш уходит. Все в один голос твердят, что в годы его президентства было допущено много ошибок. Но и время ему досталось не простое. Посмотрим, каков будет преемник и сохранит ли в конце своего срока самообладание и чувство внутренней свободы, которое, как кажется, посетило Буша.

А россиянам, вернее, тем, кто делает российскую политику, не мешало бы вспомнить, что высшая воинская награда в царской России — Георгиевский крест — давался за личную храбрость.