С понятным интересом прочитал возникшее в прессе известие: "Разговорное произношение слова "свеклА" в перспективе может вытеснить правильное "свЁкла", рассказала РИА Новости доктор филологических наук, главный научный сотрудник Института русского языка имени Виноградова РАН Мария Каленчук". Таким образом порча языка с чьего-то административно-академического дозволенья продолжается. Он всё более плебеизируется. При том, что ошибки современных телеведущих давно и так катастрофичны.
Тут мне вспомнился один подлинный эпизод кампании за реформирование русского правописания, предпринятой при Н.С. Хрущеве. Я сейчас не вдаюсь в общую оценку его продуктивной деятельности, но вот эти импульсивные всплески, обвалы разрушительной активности, не раз будоражившие страну, нередко бывали и явно вредоносными. Перед академиками была поставлена задача максимально приблизить правописание к народному (в сущности, к самому что ни на есть простонародному) произношению. Короче, Никита Сергеевич, уровень грамотности которого был уже решительно всем очевиден, возжелал к примеру, чтобы слово "огурцы" писалось как "огурци". И так далее и тому подобное.
Одно из заседаний академиков и видных мастеров пера протекало в здании Союза писателей СССР (так называемый "Дом Ростовых"). В разгар теоретических прений, уже касавшихся лишь мелких частностей, ибо прожект в целом был утвержден свыше, один академик вышел в коридор якобы по надобности. Скорей всего у него, донельзя утомленного дискуссией о суффиксах, возникла потребность выпить рюмку водки и с этой благой целью он воспользовался подземным ходом в сопредельный Центральный Дом литераторов. И устремился к буфету. Но в вестибюле услышал переданнуюc по радио весть об отставке Никиты Сергеевича по состоянию здоровья... Вернувшись на заседание и, еле удерживаясь от ненормативной лексики, он возопил: "Доколе мы будем заниматься этой дурью и портить язык Пушкина и Даля!" Естественно на его голову обрушилась лавина гневного осуждения коллег. Однако через считанные минуты всё разъяснилось и собравшиеся разошлись в суровом молчании.
Я предполагаю, что одно примечательное стихотворение Ярослава Смелякова было навеяно итогами этой самой компании за реформу правописания. Заключительные строки такие:
Владыки и те исчезали
мгновенно и наверняка,
когда невзначай посягали
на русскую суть языка.
