Призвание – просветитель. Моя жизнь в трех странах. Часть 3. Детская русская школа в Лос-Анджелесе

Опубликовано: 13 октября 2021 г.
Рубрики:

Как возникла идея создания моей школы? Много лет подряд я читала курс лекций по еврейской истории и русской литературе для русскоязычных иммигрантов. Мои слушатели наперебой жаловались, как обидно, что их внуки забывают прекрасный русский язык, теряют связь с их историческими и культурными корнями. Они страдают, чувствуя, что внуки отдаляются от них, не хотят общаться на русском и теряют с ними контакт. Многие стали просить меня помочь им сохранить родственные связи: научить их внуков читать, писать и говорить по-русски, и только тогда они снова смогут сблизиться с ними. И я стала размышлять. 

Полки с книгами... Знакомые с детства переплеты: Библиотека приключений, томики Пушкина, Шекспира, Толстого. Почти в каждой интеллигентной русской семье в Америке вы увидите сходный набор книг, любовно собиравшийся годами и с трудом вывезенный “оттуда”. Кто бы мог подумать, что зрелище этих книг будет вызывать грусть у старшего поколения и ... скуку у младшего. Неужели зря тащили всё это из России, и русские книги здесь, в Америке, не нужны?! Но ведь сохранили же свою культуру многие поколения русских, уехавших после революции во Францию! Неужели в Америке это сделать невозможно? Как изменить эту ситуацию, восстановить почти утраченную идиллию, когда мать или бабушка /а иногда и папа/ часами читают своему малышу Маршака, Чуковского, Юнну Мориц, а потом он и сам принимается открывать для себя сокровищницу русской культуры. Ведь это основа того, что в более позднем возрасте у детей не будет утрачено чувство сродства между старшими и младшими в семье. Не того сродства, которое определяется химическим анализом крови, а того, что невозможно уловить никакими приборами - сродство душ. Надо помочь исправить это.

 Живя в России, мы даже не знали, какие умные у нас дети: они с ходу схватывали один из сложнейших на земном шаре языков – русский, безошибочно подбирали нужное по смыслу слово, использовали верный род и падеж, даже не задумываясь о том, какое грамматическое правило надо здесь употребить. Эти знания достались нашим чадам просто так, в подарок от языковой среды, в которой они плавали, как рыба в воде. Слова входили в жизнь малышей из разговоров дома или в детском садике, в школе; из песенок, звучавших по телевизору; из бесед старушек на лавочке… Это не значит, что все слова использовались, но они были там – в чёрном ящичке, спрятанном в подсознании, и в нужный момент выскакивали оттуда без труда, как Ванька-встань-ка. Теперь, пожив несколько лет в Америке, мы с горечью наблюдаем, как быстро вымывается родной язык из сознания детей в новой, англоязычной среде. Полгода - и сотня, а то и тысяча слов /в зависимости от возраста/ забывается, не говоря уже о склонениях и падежах. И это не преувели-чение. Таковы факты, и я, к сожалению, могу подтвердить их на примере семей многих моих знакомых. А что говорить о тех детях, которые приехали в Штаты, когда им было 3-4 года - они теперь еле-еле простейшие мысли выражают. А ведь сохранить родной язык, которым ты вполне владеешь, - это большой плюс в современном мире. Эту утраченную драгоценность можно и нужно восстановить. Если ты bilingual, как говорят американцы, это даёт преимущества при поступлении в колледж, активизирует умственные способности ребенка, расширяет его кругозор. У него появляется больше шансов найти престижную работу, и заполучить золотой ключик к целым пластам богатейшей русской культуры, что очень важно. Я всегда любила детей, работала с пятиклассниками еще в средней школе в Москве зачитывалась книгами о школе. Для меня была 

бесконечно интересной и важной книга Фриды Вигдоровой “Мой класc» - несколько лет я успешно работала по ее методике. И вот теперь я решила помочь новоявленным американцам утолить их языковой голод и дать пищу их сердцу и уму. Сначала мне удалось помочь их дедушкам и бабушкам, приобщая их к еврейской и русской культуре, а теперь это надо было сделать для их внуков. И снова я поразилась тому, как всё связано в моей судьбе.

Такую цель - обучить детей русскому языку - я и поставила перед собой, организуя школу “Алые паруса”, взяв для неё название романтической новеллы Александра Грина; школу, где дети, приехавшие из России, Украины и других бывших советских республик, cмогли бы реализовать свою потребность в духовном общении на родном языке. Двуязычие – реальный путь к будущему успеху детей, оно очень пригодится им в жизни. Есть очень мудрая английская поговорка: “How many languages you know, so many lives you live” /Сколько языков ты знаешь, столько жизней ты проживаешь /. Для детей иммигрантов из России таким языком должен стать русский: они слышат его дома от родных и близких, а главное – на русском языке написаны шедевры мировой литературы, ключик к которым они получат. Да и связь поколений не нарушится... Этому и послужит Детская русская школа, которую я должна открыть.

Как возникла вера, что такое сложное дело сладится, что найдутся ученики, помещение, деньги на учителей, оплату расходов? Почему-то я была уверена в успехе, уж очень нужное дело я затеяла. Сначала меня поддержала Еврейская женская религиозная организация НА’АМАТ, где я регулярно читала лекции по еврейской истории. Мне бесплатно предоставили комнату для занятий, и я смогла набрать первую группу учеников. Этот эксперимент удался: были довольны родители, ещё больше были довольны малыши. Поначалу я всё делала сама – учила их читать и писать, читала им сказки, разучивала с ними песни. Мне пригодилось всё – и работа в средней школе после окончания вуза, и то, что я когда-то окончила музыкальную школу в Москве, и знание английского языка. Я ушла в это дело с головой, хотя пришлось немного сократить мою лекторскую деятельность. 

Когда набралось уже приличное число учеников, мне очень помогла синагога Beth Al в Лос - Анджелесе, где я раньше читала курс лекций по еврейской истории: по субботам, когда нет службы, мне было разрешено занять две комнаты и актовый зал. И тут уж я развернулась: для гармоничного развития детей я ввела в программу музыкальные занятия, рисование, аэробику, а затем и танцы; наняла учителей по всем этим предметам. И мы открыли 3 группы – самые маленькие, средние и старшие. Родители стали оплачивать обучение, и мы начали работать полноценных 4 учебных часа, а учителя переходили из класса в класс. 

Секрет моего успеха был в том, что я подобрала в школу учителей очень квалифицированных, энергичных, неравнодушных, любящих детей, обладающих даром зажечь их. А главное - умеющих режиссировать игры, которые и стали основой нашего обучения. Пришлось серьезно поработать всем коллективом - почитать о методе Г. Лозанова, И.Шехтера, Г. Китайгородской. Мы поняли, что необходимо помочь нашим детям, которые уже начали овладевать английским языком, вспомнить русский, дать им возможность обрести уверенность в своих силах: ведь обычно детям, да и взрослым, мешает психологический барьер, связанный с боязнью ошибиться. Вот этому-то и помогает игровой метод. В процессе игры дети будут увлечены, забудут страхи и раскрепостятся. Очень важно раскрыть полностью их потенциал и позитивное мышление, активизировать их память, как теперь говорят, “суперпамять”, на уровне подсознания. Этому всемерно способствует 

заучивание наизусть стихов и песен; музыка, которая гармонизирует и левое, и правое полушария мозга, концентрирует внимание; рисование и лепка, развивающие воображение. А аэробика и танец дадут радость свободного движения, когда все тело включается в ритм музыки. Это тоже игра. Вот так, играя, дети и придут к свободному владению русским языком. 

Я хотела, чтобы наша школа больше напоминала русский клуб, чтобы дети приходили сюда пообщаться с другими, равными им по менталитету, чтобы играли вместе. Общаясь с детьми, недавно приехавшими из России и Украины, я часто видела, что в американских школах им недостаёт духовного общения, что-то в их личности остаётся невостребованным. А к нам ребята шли с радостью, потому что знали: мы не будем заставлять их делать что-то, чего они не хотят. Они окажутся в среде своих единомышленников, и даже если и будут ошибаться, что неизбежно, этого не надо бояться: их никто не будет ругать и наказывать, их поймут и помогут. Важно и то, что группы будут небольшими и можно будет уделить внимание каждому ребенку. 

Я разработала “Интенсивную скоростную методику обучения чтению”, сравнивая английский и русский алфавиты в их соответствиях и различиях. Действительно, дети, которые уже изучили английский алфавит и умели читать по-английски, получив таблицу с моей Методикой, сразу начинали читать по-русски. И это не фантастика: моя Методика срабатывала многократно. Но вообще наша школа - это не написанное на доске по слогам предложение “Ма -ма мы-ла ра-му”- эдакий стереотип российской школы. Что-то подобное есть только в классе для самых маленьких - 5-7-летних детишек, хотя в этом тоже ничего плохого нет, ведь по-другому малышей просто не научишь читать. Большое внимание надо было уделить развитию интеллектуальных способностей, логики и сообразительности детей. Помимо чисто образовательных целей, педагоги нашей школы- Зорина Бабенко, Василий Нефедов, Нина Скляр, Снежана Ковалевская, поставили перед собой задачу привить детям понятие о системе моральных ценностей. В этом большую помощь нам окажут русские и зарубежные сказки, рассказы, мультфильмы на русском языке, которые учат детей по-настоящему ценить дружбу, доброту и желание помочь другим. 

А мы, учителя, должны быть добрыми, терпеливыми, понимающими, любящими, мудрыми. Именно таких учителей я и пригласила в школу “Алые паруса” /В дальнейшем - Школа/. И я, и они с первой же встречи с учениками старались покорить их, завоевать их сердца, разбудить их любопытство, зажечь интерес, включить их воображение и фантазию, постоянно и максимально развивать их творчество. Надо, чтобы дети влюбились в русский язык и литературу, да и вообще полюбили процесс получения знаний. Ведь все дети – талантливые и одаренные личности, надо только подобрать к ним ключик.

Вот такие мысли и задачи были у нас, когда мы начали работу. Успех пришел почти сразу: наши ученики мгновенно погружались в занятия, которые были им предложены, и следовали плану взрослых, не отдавая себе отчета в том, что одновременно многому учатся - грамотно писать и говорить по-русски, петь, рисовать, танцевать. Они очень быстро начинали читать по-русски, им это было интересно, а мы помогали им постигать и грамматику, и фонетические особенности русской речи. Работа с детьми, наблюдение за процессами, происходящими в них, доставляли нам огромное удовольствие. Известно, что в американских школах не дают задания на дом. Но ведь наши дети приходят к нам раз в неделю, и получается длительный перерыв, мешающий им сохранять полученные знания. Поэтому мы всегда давали домашние задания. Среди них были весьма серьёзные, их просто не могло не быть – падежи, спряжения глаголов, лексика, фонетика; выполнение упражнений, заучивание стихов. Но были и забавные: отгадать загадку, разгадать ребус, шараду, прочесть и пересказать шутку. А готовя роли в инсценировках сказок или сценок, дети обретали уверенность в себе, совершенствовали произношение. И именно здесь происходило сближение детей с родителями и бабушками с дедушками – к ним дети и обращались за помощью. Было решено дважды в году устраивать концерты для родных, чтобы они видели, чему их дети научились за это время. Мы долго искали логотип для нашей Школы, и наш учитель рисования Василий, профессиональный художник, предложил нам свой проект. Нам он понравился.

Если дети приходили к нам с хорошим русским языком, мы совершенствовали их знания. Когда в школу приходил подготовленный ученик, который неплохо знал русский язык, умел читать и писать, мы определяли его в старшую группу, даже невзирая на возраст. Мы хотели научить таких детей не просто читать по-русски, но и литературно, грамотно говорить и писать, и даже переводить тексты с английского языка на русский. В самом начале нашей работы собралась сильная старшая группа. Возраст: от 8 до 12 лет. Были и дети помладше: например, Саше было 7 лет, но чувствовалось, что с ним всерьез занимаются дома, потому он у нас был в числе лучших. Мы вообще заметили, что мощная поддержка семьи была необходима для успеха детей. Самой старшей девочке, Жене - 12 лет, она приехала недавно и, конечно, знала язык лучше всех. 

Программа у нас была интересной. Помимо необходимых уроков по грамматике и лексике, мы ввели игровой элемент: загадки, к которым нужно было придумать отгадки; шутки; обсуждение смыслового значения слова, переходящее в своего рода логическую дискуссию, например: «А что такое легенда и можно ли её создать в наше время?” Это был, скорее, не урок русского языка, а интеллектуальная разминка. Но разве возможно постижение речи без глубинного понимания ее смысла? 

Я хочу рассказать об одном дне в нашей Школе. Начнём со старшей группы. За столом собрались будущие “гурманы” русского языка. Я им читала, а они должны были пересказать текст, ответить на вопросы, а потом и сами сформулировать вопросы к другим ученикам. Иногда, правда, и будущие лингвисты попадали впросак.- “Дети, как вы думаете, что такое “землянка”? - И все, как в России, тянут руки. - “Это такая дорожка в лесу”. – “Это ягода такая”. И только с третьего захода Саша, который хочет стать учёным, чётко определяет:”Это домик из земли”. И получает за свой ответ очки. /Система такая: кто наберет больше баллов за ответы, получает приз/. Надо сказать, никто не расстроился, что не угадал, зато попробовали.. “А теперь отгадываем слово в рифму: “Идут ко мне унылые, с морщинками, со складками – уходят очень милые, весёлые и гладкие. Значит, я надёжный друг, электрический”...? -“Подруг!”, - быстро, но невпопад звучит первое предположение Лины.

Все смеются. “Утюг”,- перебивает её другой, более уверенный детский голосок, и на этот раз уже девочка Женя получает очередные баллы за свой ответ. Но больше всего моим старшим нравилось переводить с английского на русский. Мы часто переводили рассказы, сказки. Но самое трудное переводить стихи. Мы и раньше переводили простенькие стихи, и такая языковая разминка вполне подходила этим детям. Но сегодня я осмелела и предложила этим “гурманам” перевести стихотворение американского поэта Генри Лонгфелло “The arrow and the Song” / “Стрела и песня”/. Перевод его был не слишком труден, и я верила в успех. Что меня привлекло – оно было весьма содержательным и трогательным. Кратко перескажу:“Я выпустил стрелу – она улетела, и я не нашел ее. Я пропел песню – и она улетела, и я не знал, где она. Потом стрела нашлась в лесу, а песня – в сердце моего друга”. Они не удивились – уже привыкли переводить стихи, но, конечно, попроще.

А тут – великий поэт! Я немного волновалась, но они спокойно начали предлагать свои варианты, слово за словом, строчка за строчкой. Каждую фразу они как будто пробовали на вкус: как звучит, подходит ли оно к данному предложению, или нужно было бы заменить его другим, более точным. Сначала им было трудновато: “Как может лететь стрела?- спрашивала я. - Как вы думаете, как перевести на русский язык слово “swiftly”? Какое слово самое подходящее?” - “Скоро, быстро, плавно”, – выпаливают дети. И, наконец, звучит найденное слово - “стремительно”: “Стремительно стрела летела…” И так до конца стихотворения. Все довольны, я их хвалю, а это никогда не помешает. А вот и домашнее задание - попробовать дома перевести это в стихотворной форме. Трудно? Но пусть пробуют, ведь раньше получалось. Пусть родные помогут… 

Одно из постоянных наших занятий называлось ”Это интересно”. Оно оказалось необыкновенно полезным – обогащало интеллект, развивало логику, сообразительность, расширяло эрудицию, повышало IQ. Вопросы были самыми разными, например: ”Сколько ступенек на лестнице Капитолия в Вашингтоне, и что это число означает?” Ответ “всезнайки” Саши: “ 365 ступенек, и это означает 365 дней в году”. Ещё вопрос: “Назови единственное в мире млекопитающее, которое умеет летать?” Все сразу стали кричать: “Mammal! Mammal!” И сразу вопрос: “А по-русски?”- “Летучая мышь!” – это уже Женя. Всеобщее оживление: и догадались, да еще и на русский язык перевели! А вот еще вопрос: “Зависит ли показатель IQ от привычки человека слушать классическую музыку?” И ученики Школы уже знают, что ответ на этот вопрос, несомненно, “да!” Они очень любят музыкальные занятия. А теперь игра:” Выбор ответа” /они ее тоже любят/: “Кто изобрёл телефон?- 3 варианта ответа: Эйнштейн, Белл, Биттлз”. –Ответ сразу. “Конечно, Белл”. – “А кто изобрёл самолеты? 3 варианта: Генри Форд, Братья Райт, Леонардо ди Каприо”. И снова быстрый ответ – “Братья Райт”. А теперь вопрос на засыпку: “В какой день года дети меньше всего болтают? “- Ответа нет. Думают... Придется дать подсказку: “Какой день самый короткий в году?”- И тут отличился Игорь: ”22 декабря, потому что это самый короткий день в году.” Вот молодец! Не каждый догадается! И еще вопрос:“А ты хотел/а бы полететь в космос?– да, нет. Почему? Аргументируй.” И ещё загадка:” Как можно путешествовать по всему свету, находясь в одном углу?» Не угадал никто. Ответ – “Почтовая марка”. Ничего, что не отгадали - будут знать. И дома загадают. 

У нас сложилась традиция: старшие ребята помогают младшим: по очереди следят за малышами, играют с ними, заботятся о них. Малыши это очень ценят и обожают своих менторов... 

 Большой мальчик Оливер среди маленьких детей./ Великий Гёте когда-то сказал, что научиться можно только тому, что любишь. А мои дети полюбили учиться русскому языку и литературе, петь русские песни, играть в слова, рисовать, танцевать. Для них всё было игрой, будь то безударные гласные или употребление глаголов разного вида. Они сами сочиняли сказки, учились выражать свои мысли. Вот, например, задание на дом: “Расскажи свою самую любимую сказку”. 

И рассказывают! Важно создать комфортную среду, дружеский микроклимат, процесс обучения должен приносить радость. Ритм, движение, слово, игра. Пока наши ученики ещё не перешагнули порог детства, мы даём им возможность соприкоснуться с романтическим миром Алых Парусов, миром искусства, творчества, знакомства с достижениями науки и культуры. А прагматическая реальность Америки от них никуда не убежит...

 В другом классе, где сидит средняя группа, слышатся звонкие голоса: ”Раз словечко, два словечко - будет песенка”. Это урок пения. Когда входишь в класс, уже звучит припев этой сладко знакомой по России детской песенки. “Вместе весело шагать по просторам,”- с удовольствием повторяют за учительницей пения дети. “По просторам, по просторам”. И я радуюсь: сколько новых слов они уже выучили! А ведь известно, что во время пения речь улучшается –нараспев слова лучше произносятся. Я спрашиваю у нашей учительницы пения Нины: ”Они понимают, что поют?” - “Сначала бывает, что нет; некоторые дети, особенно те, которые еще плохо знают русский язык, просто автоматически заучивают слова. Но потом постепенно проникают в их смысл. А спетые несколько раз строчки песен легко запоминаются и надолго остаются в памяти ребенка”. Когда затихает очередная песня, учительница и дети с гордостью рассказывают мне, что они еще умеют исполнять роли в мюзиклах, играют маленькие сценки на концертах для родителей, сестрёнок и братишек. “Вы не представляете, какие артистические таланты открываются у детей, когда они выступают на сцене, - с восторгом говорит Нина. - Ведь для детей это очередная игра, они легко входят в роль и делают это с большим увлечением. А когда есть воодушевление, всё дается без труда: запоминаются новые русские слова и песни. И мы только удивляемся, какие одаренные у нас дети подобрались. Ребята, давайте вспомним, какие песни мы пели?” – “Антошка”, “Солнечный круг”. А какие мюзиклы исполняли?”- Слышны голоса: “Волк и семеро козлят”, “Дюймовочка”, “Буратино”. Я спрашиваю шестилетнего смышлёного мальчика: “Кого ты, Ростик, играл в “Буратино?”- “Я – Пьеро”, - с гордостью отвечает он. “А я играла полевую мышку в “Дюймовочке,”- застенчиво говорит черноглазая девчушка. Нина поясняет: “Это Ребекка. Она приехала из Ташкента и почти совсем не говорила по-русски. А теперь сами слышите”. Да, слышу и радуюсь! 

Но, как правило, дети из средней группы не столь успешны, как старшие. Чаще всего они изучают русский язык как иностранный – и тогда нужно погружение в русскую речь. А это уже более сложный процесс. Не думайте, что нашим “средненьким” очень легко сразу стать американцами и изменить свой менталитет. Они так же, как и мы, скучают по своим друзьям, оставшимся в России, да и английским ещё не овладели. Им трудно. Но к нам они ходят с удовольствием – это же клуб! Им весело и интересно, они поют, танцуют, рисуют, учат стихи, участвуют в спектаклях. И хотя им приходится много заниматься фонетикой, лексикой и грамматикой, они не напрягаются - ведь всё это тоже происходит в игровой форме. Прекрасное стихотворение Льва Квитко “Анна – Ванна” Нина инсценировала так: Анна-Ванна – в платке и с ведром, а все остальные - хором: “ Анна-Ванна, наш отряд хочет видеть поросят! Мы их не обидим, поглядим – и выйдем!” Надо было видеть, как они старались! А сколько новых слов узнали!

А теперь очередь старших - петь, и они идут к Нине. А разучивают они песенку на слова Юнны Мориц: “Собака бывает кусачей только от жизни собачьей”. Звучит магнитофон, песню исполняют Никитины. Нужно дома выучить слова. А их самая любимая песня – “Ничего на свете лучше нету.”

 В следующей комнате сидят самые маленькие – дети 4-7 лет, те, которые учатся читать по слогам. Однако и им тоже совсем не скучно. Темп, в котором наша учительница русского языка Зорина ведёт урок, не даёт скучать ни минуты. “Кто быстрее прочитает слова на жёлтой карточке? А на синей? А теперь Маша будет учительницей и будет вас проверять”, - чередовала Зорина свои задания, не давая малышам времени опомниться. “Давайте отгадаем загадки, а потом прочтём сказку о дельфине. Вот загадка: “Поднимает хобот он. Кто же это? Это”…” Слон,” – хором кричат дети. – Давайте напишем это слово, а потом прочтём. А теперь еще одна загадка: “Он большой, как мяч футбольный, если спелый - все довольны. Так приятен он на вкус! А зовут его...?” -“Арбуз! – догадывается самая маленькая девочка. -“Давайте и это слово напишем, а потом прочитаем”. Кажется, эти дети сначала научатся в Америке читать и писать по-русски, а потом уже по-английски. У Зорины особая методика развивающего обучения. Вообще, этот класс больше всего напоминает начальную русскую школу. Но, в отличие от неё, дети у нас пользуются полной свободой перемещения на уроке, раскованно общаются друг с другом и учителями. Некоторые дети очень непоседливы, например, пятилетний Рома. Он может выйти во время урока из своего класса, прийти ко мне на урок в старший класс и сказать:” Аня, можно я с тобой побуду?” Аня. Он бунтарь – не может вместе со всеми сидеть в классе и что-то одно делать. Но есть один предмет, на котором его не узнать – рисование и лепка. Вот тут он по-настоящему увлечен - лепит зоопарк и спрашивает учителя рисования Василия, эдакого добродушного дядю Стёпу-великана: “Вася, смотри, что я слепил”. И улыбается счастливо – ведь его похвалили. Я искренне порадовалась за мальчика, наконец-то нашедшего занятие по душе и поглощенного им. Сколько новых слов он выучил сегодня, общаясь с детьми и учителями, лепя и запоминая русские названия зверушек? Никто точно не знает, но выучил наверняка, и творчество - тому великий помощник. Мы все, учителя, убедились, что хвалить детей – один из лучших стимулов их образования и воспитания. Дети просто расцветают и очень стараются заслужить награду. А рисование и лепка развивают память ребенка, дают ему возможность сосредоточиться и способствуют его креативному мышлению.

Снежана задорно ведет урок аэробики во всех группах. Все с энтузиазмом танцуют, разрешается придумать и свой собственный танец и показать его другим. Удивительно пластично движется всегда застенчивая Марина, казавшаяся медлительной на других уроках. Мы как будто раздвигаем горизонты возможностей наших детей, наблюдаем, как быстро они начинают расти не только физически, но и духовно. 

Через два года мы ушли из синагоги и сняли помещение в детском саду. Там мы тоже проработали два года. И там-то мы и организовали кукольный театр. Во-первых, купили в России целые наборы русских народных кукольных сказок - “Теремок”, “Сказка о рыбаке и рыбке”, а для самых маленьких -“Репка”, “Колобок”. Приятно было видеть, как увлеченно дети говорили от имени того или иного персонажа, как умело обращались с куклами /а это нелегко!/, как старались правильно произносить слова – то был результат фонетической работы наших учителей. А потом мы заказали уже настоящих, “взрослых” кукол у профессиональной художницы, и тогда смогли поставить серьезные сказки – “Двенадцать месяцев”, “Золотое прикосновение Мидаса”. Кстати, мы инсценировали сказки так, чтобы в них участвовало как можно больше действующих лиц, и тогда в спектакле была занята почти вся школа. На концерте дети показывали кукольные спектакли на ширме, и родители были в восторге. 

А вскоре нам удалось снять “всамделишную” частную школу - с партами, залом, большим двором, где и проходили наши концерты дважды в год. Дети очень увлеченно готовились к ним – ведь зрителями будут родители, дедушки с бабушками, братишки и сестрички 

/Фото№6 – большое. Группа детей в новой школе /. 

А потом к нам пришла работать Оля Трофимова, актриса 

Московского театра /мы уже могли себе это позволить!/, и стала сценаристом и режиссером всех спектаклей. У детей появилась возможность стать “актёрами” и кукольного, и драматического театров. Мы поставили спектакль “Снежная королева”. Участвовали все! Так сложилась Детская русская школа эстетического воспитания. 

Наша популярность росла: мы всем составом были приглашены в Центр еврейской общины в отдалённом районе Лос-Анджелеса - Valley/ в дальнейшем Центр/. И теперь у нас были уже две русские детские школы с тем же названием: к нам привозили детей сразу из двух районов города. Эта школа была побольше: мы открыли 4 класса, и нам сразу же выделили бесплатные помещения. Здесь дети были уже постарше, от шести до четырнадцати лет. А главное - было больше учеников именно того типа, который нам особенно нравился: ими всерьез занимались дома, причём именно бабушки и дедушки /родители, как правило, много работали/. Занятия велись по воскресеньям. Когда школа в Центре только открылась, родные малышей попросили меня провести открытый урок. Он прошёл отлично, и одна мама мне сказала: “Вы работаете, как по методу Георгия Лозанова, которым я всегда восхищалась”. И для меня это было высшей похвалой. 

Наша методика была уже отработана, и мы её успешно внедряли в новой школе. Потом появилась идея поставить в школе спектакль, в котором могли бы участвовать все, от мала до велика. Была выбрана “Золушка”. Мы с Олей, педагогом по драматическому искусству, прочитали эту сказку во всех группах, написали сценарий, который охватывал практически всех детей, и начали работу. Были опасения – потянем ли, ведь нужны декорации, костюмы. И тут произошло удивительное: администрация Центра заказала у профессионального художника настоящие декорации и костюмы! Репетировали два месяца, все были увлечены. На репетиции было разрешено приходить родным, и дети очень старались, дабы не ударить в грязь лицом. У нас в старшей группе было два очень красивых двенадцатилетних брата-близнеца: один из них играл короля, другой – принца. Надо было видеть этого юного короля в гриме старика! А принц блистал красотой и изяществом движений. Золушку тоже играла очень красивая и талантливая девочка. Да и другие “артисты” были прекрасно загримированы и одеты /Оля постаралась!/, а главное – никто не забыл слова своей роли, так что спектакль не прерывался. У нас был камин, у которого сидела Золушка, прекрасно убранный дворец; а костюмы были, как в настоящем театре. Очень интересное решение было найдено для мышек, которые превращались в лошадей. Посмотрите, как великолепно это выглядит. 

 На само представление пришли не только родители и дедушки с бабушками, но и их знакомые, родственники, соседи, администрация Центра – зал был полон. Родные гордились своими детьми - маленькими артистами. Об этом событии написали в американской газете Center Focus. Представление было снято на кассету, и потом мы с детьми долго “работали над ошибками” – разбирали каждую роль. 

Наши две школы стали популярны в Лос-Анджелесе. Я искренне порадовалась, что, несмотря на нелёгкую финансовую ситуацию в штате и уменьшение потока эмигрантов из России, наши маленькие духовные центры по пропаганде русской культуры сохранили свою жизнеспособность. Вначале в “Алых парусах” контингент преимущественно состоял из учеников, уже вкусивших прелесть русского языка и литературы в бывшем Советском Союзе, и мы помогали им не забывать свою родную культуру и адаптироваться в новой среде. Теперь ситуация изменилась: у нас в основном учились дети, родившиеся здесь, в Америке. По-прежнему приводили их к нам русскоязычные бабушки и дедушки, обожавшие своих внуков и понимавшие, что с помощью обучения их русскому языку они смогут сохранить с ними связь. А наши бывшие ученики приводили своих младших сестрёнок и братишек. Они понимали, что “Алые паруса”- это не только учёба, но и разнообразные интересные занятия. Подчас к богатейшим пластам русского языка и культуры старались приобщить своих детей и англоязычные родители. Один из них, Джозеф Арагон, который почти пять лет приводил в школу свою дочь Лорен, на одном из наших концертов выступил и рассказал, что все эти годы его дочь ждёт- не -дождётся субботы и очень любит ходить в нашу Школу. Она уже очень неплохо говорит по-русски и с увлечением изучает русскую грамматику. В конце он вновь процитировал известную поговорку: “How many languages you know, so many lives you live” /Сколько языков ты знаешь, столько жизней ты проживаешь/, и в его устах она обрела ещё большую убедительность. Другой родитель, профессор Южнокалифорнийского университета –USC - Маркус Левитт привел сразу двух своих детей - Джесси и Бетси, и им понравилась атмосфера в школе. Они сказали, что это - как клуб, весело и интересно. А это, надо сказать, и было нашей целью. Очень занимательная история произошла у нас и с большой семьёй русских детей, предки которых приехали в США во время революции 1917 года. И вот через несколько поколений двое детей из семьи старшей сестры пришли к нам в школу, им понравилось, и с тех пор к нам приходили, подрастая, всё новые и новые дети из её семьи и семей её брата и сестры. В итоге их было 9 человек. Всех этих детей отличали серьезность и старательность. 

Школа просуществовала 10 лет, и ребята из нашей общины охотно посещали её. Многие из наших учеников потом поступили в университеты и колледжи и с благодарностью вспоминают дни, проведенные в стенах школы. Знание второго языка очень помогло им, об этом многие нам потом рассказали. “Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся”, – эта строка из стихотворения Фёдора Тютчева всегда была моей любимой. Кто знает, как сложится жизнь наших детей, если они станут двуязычными специалистами в той отрасли знания, которую изберут. Возможно, русский язык станет для них необходимым, значительно повысит их шансы получить интересную и престижную работу. И тогда окажется, что не напрасно мы везли книги из России – они найдут своих читателей. А бабушки и дедушки, да и родители, в буквальном смысле слова найдут общий язык со своими детьми. Итак, обещание своим слушателям я выполнила... 

Моя педагогическая эпопея в Лос-Анджелесе не ограничивалась лекциями, клубами и школами для русскоязычных. Я 10 лет проработала ещё и в американской образовательной организации Life Steps Foundation, что в переводе означает “Шаги по жизни”. Программа была рассчитана на людей старше 28 лет, которые в силу своего умственного отставания не могли учиться ни в одном учебном заведении США. Моя должность называлась In-Home educator, то есть Учитель на дому. Работа была трудной, но интересной и творческой. Об этом я расскажу в следующий раз.