Об Андрее Дмитриевиче Сахарове

Опубликовано: 21 мая 2021 г.
Рубрики:

Один академик однажды спросил у другого академика, что тот думает о Сахарове. И тот ответил: «Сахаров! О! Это наша совесть!» — «Как же, однако, удобно, — заметил тот, кто спрашивал, — иметь совесть на стороне». А ведь Сахаров действительно для очень многих был их совестью на стороне.

Я видел, как его постоянно теребят какие-то люди. Я знал его телефон 2-27-27-20, я мог позвонить, прийти и что-то передать или выяснить. Но я предпочитал его и Люсю зря не беспокоить. Я и мои друзья никогда не фотографировались с ним. Но имелось множество тех, кому это почему-то требовалось. А когда Сахаровы вернулись из ссылки, мы с Шихом (Ю. А. Шиханович) помогали перетаскивать их вещи. В углу, помню, стояла большущая сумка с письмами от разных людей; её такую ежедневно приносили с почты. К сожалению, всё это некому было читать.

Нет, о своём отношении к нему я предпочитал не говорить, потому что тогда бы пришлось что-то сказать о себе. А зачем? Kаждый, кто говорит о нём, обязательно где-то рядом ставит себя. Но однажды мне повезло. Сахаровы очень любили Андрея Твердохлебова — моего друга. Так вот, когда осудили Андрея, я не решился съездить к нему в ссылку и проведать его. По опыту других я знал, что это рискованно. А два пожилых человека, Сахаров и его жена, 14 августа 1976 года, пройдя 20 километров пешком ночью по тайге, смогли его повидать. Они смогли, а я нет. Назад Сахаров вернулся на костылях. Об этом с опасениями за его здоровье (и за себя лично) в ЦК КПСС весьма подробно сообщает Андропов  в письме 26.08.76. Ведь его обязанность следить за каждым шагом Сахарова. Но понять этого нельзя, не уяснив, где мы, собственно, жили.

А жили мы в СССР. Но это был никакой не союз, вовсе не советских, совсем и не социалистических, и никак уж не республик. Это была у т о п и я: столовые и продуктовые магазины не открывались на обед, а закрывались на обед. Во всём мире всё покупают у спекулянтов, а у нас их сажали в тюрьму.

Поэтому в инакомыслящих, правозащитниках, в диссидентах — практически всё население. Все что-то улучшали. А улучшение утопии хоть и длинный, но эффективный способ избавления от любой утопии. Об этом приходится говорить потому, что теперь там тоже утопия: распад СССР считают катастрофой, хотя катастрофа — это возникновение СССР. И Нобелевскую премию Сахарову дали не за его правозащитную деятельность, а за то, что он защищал право на жизнь для всех поколений людей на Земле.

А он знал свою ответственность... И требовал, чтоб и руководство страны тоже знало свою ответственность. Он исходил из того, что при наличии у нас ядерного оружия на нас никто не нападёт. Он убеждал ЦК не бояться демократии. Для начала он весьма деликатно вернул государству крупную сумму, заплаченную ему за его труды. Об этом 15 сентября 1969 года сообщал в ЦК Андропов. 

А ведь в 1968 году СССР, огорчённый победой евреев над арабами, чуть было не стёр Израиль с лица Земли. Об этом сообщил журнал «Родина», (1996 год, № 7. В апреле 68-го подводная лодка капитана 1 ранга Шашкова скрывалась где-то у берегов Сирии. Её ракеты должны были создать в Израиле 8 Хиросим. Но от этой безумной затеи, Слава Богу, вовремя отказались.)

Сахарову требовалось правовое государство, он знал, что ПРАВО - это наука, хотя даже в его научном окружении Право не считают такой же наукой, как физика или химия. Да и сам он прежде мог позвонить по «вертушке», скажем, Андропову и что-то спросить. Но в ЦК боялись демократии. Андропов трижды просил, чтоб кто-нибудь из руководителей страны поговорил с Сахаровым, но никто ему не ответил, И вот возникает письмо «академиков» о неизвестно какой Сахарова клевете.. Теперь газеты будут публиковать «отклики трудящихся». В период с 3 по 24 сентября 1973 года в «Известиях» получили 14959 писем. Из них о Сахарове и Солженицыне - 809. 492 из них носят негативный, а порой антисоветский характер. Например. «Мы не можем поддержать заявление рабочих завода Лихачёва, не узнав сути дела. А если эта группа ознакомилась с выступлениями Сахарова, то и нам нужно с ним ознакомиться». (Рабочие Таганрогского механического завода).

 «Я являюсь Героем Социалистического Труда, в этом году меня избрали в местные органы власти. Почему вы не предоставляете слова самому академику Сахарову? Давайте дадим ему бой открытый, а не так, как делаете вы. Сахаров сейчас похож на жертву, которой заткнули рот и издеваются». (И. М. Машков).

 «Я не знаю, в чём клевета этого Сахарова, но знаю, что во многих городах нет говядины и рыбы…, а недовольство народа - сильней водородной бомбы... Я участник войны и прекрасно знаю это...» (Куценко, г. Белгород).

Сысоев М.А. - прокурор Кочубеевского района пишет: «Прочитал письма по поводу Сахарова... Эта затея выглядит лживой. Чтобы исправить положение, я уверен, надо опубликовать саму статью Сахарова с изложением его точки зрения...Чтобы судить объективно, надо выслушать обе стороны...». Аналогичную подборку писем прислали в ЦК из «ПРАВДЫ».

Почти в каждом письме требование, чтобы информировали людей полно и точно. Читая эти письма, каждый понимает, что Сахаров говорит П р а в д у, коли её не хотят напечатать.