Из нашей почты. Моя старшая сестра вспоминает...

Опубликовано: 19 декабря 2020 г.
Рубрики:

Живя в Бостоне, я каждый день соединяюсь по интернету с моей старшей сестрой Мэри, живущей в Москве. 2020-й год для неё юбилейный. 24-го апреля ей исполнилось 90 лет. К сожалению, из-за пандемии я не смог приехать в Москву отметить эту дату. Но я её радую каждый раз, используя скайп, исполняя на пианино её любимые классические произведения. 

В один их таких дней нашего общения на мою с сестру нахлынули воспоминания о днях, проведенных нашей семьёй до войны и в эвакуации. Многочисленная мамина родня любила собираться на даче в Валентиновке* у тети Фани (маминой сестры). Этот дачный посёлок был любимым местом отдыха актёров МХАТ’а, Малого и Большого театров.

 20-го июня 1941 года решили отметить на даче четырёхлетие моего младшего брата Бори Фогеля. Празднование затянулось на 2 дня. Веселье прервалось сообщением диктора Ю.Левитана о начале войны. Все быстро вернулись в Москву. 

Мэри вспоминает: воздушные тревоги и быстрые сборы в бомбоубежище, которое находилось рядом с домом (рыцарь на фасаде) по Большевистскому переулку**. Это здание сохранилось до нашего времени.

Мамин брат Исаак (дядя Изя) окончил Сельскохозяйственную Академию им.Тимирязева и стал агрономом. В начале войны он был эвакуирован в Ульяновскую область, где работал главным агрономом совхоза и заместителем директора завода по переработке сельхозпродукции.

С ним в эвакуацию отправилась многочисленная родня его жены. И папа решил, что нам лучше уехать из Москвы в Ульяновскую область, где работал дядя Изя. В конце 1941-го мы отправились в путь. Ехали в теплушке на адрес село Шатрашаны Астрадамовского района Ульяновской области. (Название села, по преданиям, связано с походом Ивана Грозного в 1552 году на Казань, который на берегу реки Белая Якла разбил шатры на ночлег).  

После долгой дороги мы сошли на станции, где нас уже ждал грузовик. Маме удалось снять комнату, в которой мы и поселились. Папа до войны работал в ГлавСевМорПути, который возглавлял знаменитый И.Д.Папанин и он (папа, а не Папанин) решил приехать к нам, чтобы облегчить нашу жизнь. В Шатрошанах был клуб, где мама играла на пианино для эвакуированных.

Однажды, как всегда закрыв клуб на замок, она вернулась в темноте домой. Вдруг открывается дверь - и на порогк стоит наш папа! Не передать словами нашу радость. Папа вскоре устроился теплотехником на заводе, где работал дядя Изя. Ему от завода выделили комнату в бараке. Жить стало немного легче. Весной посадили картошку. Купили козу Магулю.

Её несколько раз сватали, и наконец она забеременела. Коза так сильно блеяла, что моя сестра решила выпустить ее на свободу. Вернулась она без козлёнка, но с молоком. Сестре удавалось надоить пол-литра молока в день. Она училась в пятом класса школы, которая находилась в пяти километрах от дома. Преодолевала она этот путь пешком, и кружка молока очень ей помогала. Однажды по дороге в школу она обморозила пальцы рук. Из школы позвонили папе и он привёз ее домой. Растирали руки гусиным жиром, что помогло. 

В 1942-м году дядю Изю забрали в действующую армию, где он прошёл рядовым всю войну. В это время, 29 июня, в Шатрашанах родилась его третья дочь, которую назвали Ириной. У папы была родная сестра Люба, которая эвакуировалсь из Крыма и приехала к нам в Шатрашаны. Она устроилась бухгалтером в райцентре и взяла к себе нашу бабушку Сару Ильиничну.

Мэри также вспоминает историю, которая случилась со мной, ее братом Борей,  в детском саду, где мама была музыкальным работником. Однажды один мальчик, играя, бросал камешки и попал в мой левый глаз.  Меня срочно отвезли в больницу в Ульяновск. Первые слова окулиста были: это настоящее чудо. Камешек пробил все оболочки, но не задел хрусталик.

Сейчас только небольшое бельмо напоминает об этой давней истории. В конце октября 1943-го мы вернулись в Москву. Мэри пошла в 6-й класс 613-ой женской школы в Большом Харитоньевском переулке.

А я поступил в первый класс 657-ой школы на улице Чаплыгина. Мама устроилась учителем пения в ту же школу. На дверях нашего одноэтажного домика дети часто писали мелом - "Наш учитель пения вышел из терпения.."  Мама занимала меня во всех детских утренниках. Я  пел в хоровом коллективе Дома Пионеров под руководством Владимира Локтева. Я был наделен таким звонким голосом, что  меня  использовали как солиста.

Папа работал доцентом на кафедре теплотехники Института Тонкой Химической Технологии им. М.В.Ломоносова. Защитил кандидатскую и докторскую диссертации. Ему было всего 62 года, когда он ушел из жизни.

P.S. Во время эвакуации моей сестре было всего 11 лет. Но она сохранила прекрасную память о прошлом, несмотря на свой почтенный возраст. 

 

-----

* Станция Ярославской жел.дороги в 45 км. от Москвы 

** Теперь Гусятников переулок