«Светит незнакомая звезда». Памяти Юлии Абрамовны Добровольской

Опубликовано: 25 августа 2020 г.
Рубрики:

Мне не повезло знать Юлию Абрамовну лично, о чем я бесконечно сожалею. Ее имя вспыхнуло на затянувшимся темными тучами небосклоне моей жизни неожиданно и ярко. Произошло это так.

Мне исполнилось шестьдесят пять – хорошее время для осмысления прожитого и, стало быть, сочинения мемуаров. Но я и не помышляла об этом, ведь жизнь была прожита самая обычная и блестящих имен, незаурядных событий, глубоких мыслей - ничего такого читатель не нашел бы в моих воспоминаниях.

К тому же, это занятие требует времени, а я, приехав в Америку, вынужденно сменила прежнюю профессию, но тотчас влюбилась в свою новую, и много работала, заодно публикуя в местных газетах статьи о моих талантливых студийцах, страстно убеждая людей в необходимости развивать у детей творческие спосбности. Родители моих студийцев и посоветовали мне написать об этом книгу. Подарили компьютер. Я пробежалась пальцами по клавишам киборда, сердце мое дрогнуло, лед тронулся...

Желая представиться будущим читателям будущей книги, я должна была хотя бы коротко осветить мой background. Тут-то и ждала меня ловушка: в той самой, описанной еще Булгаковым «коробочке», вспыхнул свет, зазвучали голоса... Воспоминания ожили и не оставляли меня до тех пор, пока не получилась книга. 

Книга была напечатана, но не издана – сомнения одолевали начинающего автора, несмотря на уверения друзей, что все ОК. И хотя я полностью доверяла их литературному вкусу, но ведь друзья потому и друзья...

Однако щедрая на «сюрпризы» Судьба обрушила все планы – безнадежно заболел мой муж. «Мы не знаем, что это, но лечим правильно», - сказал стенфордский профессор. Анализы этого упрямо не подтверждали. Шли годы. Горько было убеждаться, что вот опять цветет тюльпанное дерево и распускаются гиацинты, а прежней радости от этого нет, только боль. О своей книге я старалась не вспоминать и даже утешалась тем, что только мои близкие друзья прочитали ее, неизданную. 

И вот однажды звонит мне мой, обретенный в Америке, друг. И с места в карьер:

Он: А знаете ли вы, Люся, это имя – Юлия Добровольская? 

Я: Впервые слышу...

Он (укоризненно): А ведь это замечательный человек с очень интересной судьбой - известная итальянистка, переводчица, автор словарей, учебников, вообще, удивительная женщина

Я: И вы с нею хорошо знакомы?

Он (с гордостью): Уже много лет!

Я: Мне стыдно, Петя... Но я действительно...

Он (великодушно): Да ладно, не оправдывайтесь. Посылаю вам ссылку на ее потрясающие воспоминания. Прочитаете - познакомитесь. А теперь слушайте: Юлия Абрамовна уже отметила свой 95-ый юбилей. У нее сейчас проблемы со зрением, поэтому читает она очень мало и только по рекомендации своих друзей, мнению которых доверяет. Кто-то из них и привез ей из Москвы в Милан вашу книжку. И Юля ее прочла. Увидела там мое имя и позвонила мне, сказала, что давно не читала такой яркой и свежей книги, и... 

Он продолжал говорить и, как на детской переводной картинке, все четче и ярче становится изображение, так каждая следующая фраза моего друга проявляла мне образ этой необыкновенной женщины - удивившей меня своей душевной щедростью, проницательностью, редким умением понять, готовностью откликнуться и поддержать. И даже не просто поддержать, а зарядить желанием жить и действовать. Известно же, что возраст не добавляет физических сил, делая нас скупее в желаниях, сужая круг интересов, да и дружеский круг. А у Юлии Абрамовны в 95 лет нашлись и силы, и живой интерес к совершенно незнакомому человеку, к его жизни, описанной на 400 страницах неопытным пером. Это ли не подвиг великодушия!  

История эта меня потрясла. А ведь «сердце радоваться радо и самой малой новизне». Несколько слов, долетевших ко мне из Милана, выдернули меня из душевной спячки, встряхнули, повернув от моих горестей лицом к людям. Я просто физически ощутила, с какой нежностью я обняла бы эту необыкновенную и такую милую женщину. 

Через четыре года, в 2016-ом, Юлии Абрамовны не стало. 

Но как непредсказуема жизнь! Пришло время, когда я решилась на публикацию своих заметок и занялась поисками подходящего для меня журнала. Каково же было мое изумление, когда, просматривая один из них, я увидела в нем рубрику «Юля»: целый раздел журнала был посвящен Юлии Добровольской! Для меня это был знак: все та же «незнакомая звезда» слала мне привет, ободряла меня и одобряла мой выбор.

Журнал назывался «Чайка». Здесь я и присоединилась к большому кругу людей, помнящих Юлию Абрамовну памятью сердца.

 

Комментарии

Люся, и я так же согласен с Юлей Абрамовной - ваша книга "Частная история" интересна и очень хорошо написана. мне нравиться! да, я вспоминаю, что отрывки пре-публикационные были также в "Гранях"? Спасибо за статью. с уважением, Саша.