День памяти ЕКАТЕРИНЫ ВЕЛИКОЙ (1729 - 1796). "Великая жена". Мда. Ну, да, участь законного супруга, вереница фаворитов... Стихов о ней несметно много - и pro и contra. И великие заздравные оды и убийственные эпиграммы, и обличения, и диатрибы... Так или иначе, её царствование - вершина империи. Да, дворянской, гнусно-крепостнической, но тут и зарождение общественного мнения и начало веротерпимости. И, да, виселицы для пугачевцев и закрепощение украинцев, но и природная мягосердечность и шуба, посланная с фельдъегерем вдогонку сосланному Радищеву - в Сибири всё же холодно... И новые города и выход на моря. И желание стать всецело русской, отожествление своей судьбы с будущим России и этот потрясающий старческий лепет (почти предсмертный): "Больше никогда не подпускать к трону немцев!" И сильный ум. И расцвет словесности. И уж точно державинские "Фелица" и "Водопад" нетленны...
Тут своё кое-что.
Михаил СИНЕЛЬНИКОВ
ЦЕРБСТ
Торжествуя в правой силе,
Всё круша в отместку зверств,
Как траву, страну скосили,
Но почтили старый Цербст.
Где София-Фредерика
В детской комнате цвела,
Ей - военная музЫка
С пеплом Царского Села!
Весть от долгой, как блокада,
Белой ночи над Невой
И Таврического сада
Вечный шелест ветровой.
Дух тайги и лесосплава,
Тень Урала и Орла
Необъятная держава
В легкий домик занесла.
Были радостны и яры
Караулы во дворе,
И добавку кашевары
Раздавали немчуре.
ПЕРЕПИСЧИЦА
Славься сим, Екатерина!
Славься, нежная к нам мать!
Г.Державин
Пусть юность рано отцвела,
Пропала нежность,
София-Августа, мила
Твоя прилежность!
Учить язык, на дальний клич
Войти в подстепье,
Чтоб новой родины постичь
Великолепье!
Какая молвь и что за речь
В степи пространной!
Что значит харалужный меч,
Рукав бебряный?
Но список «Слова о полку»
Встреч суховею
Ведёшь ты за строкой строку
Рукой своею.
И тянется через века
К донским низинам
Твоя всевластная рука
С пером гусиным.
Вот прежней славы больше нет,
И век не славен,
Забылся гром твоих побед,
Восплачь, Державин!
Но этот свет неугасим,
И, всё едино,
Восторжествуй и славься сим,
Екатерина!
ФАВОРИТ
Он обнажённой видел эту спину
И обнял величайшую из жён,
Как всю великорусскую равнину,
И утром был довольно награждён.
Вот всё, что мог поведать в мемуарах.
Но этого немало, чёрт возьми!
Стоял он твёрдо на ногах поджарых
И жёсток был с дворовыми людьми.
